Высокая изможденная женщина в драном черном платье выступила из тени, ведомая за руку женщиной пониже, со взметенными над головой волосами.
– Не забудьте про нее, господин.
– Баки? – Тауг не старался скрыть своего удивления. – Это мать Этелы?
– Разумеется, господин.
– Я и не знал, что она такая высокая.
Свон поманил рукой Баки:
– Пойди ко мне, девушка. Ты рабыня? Ты одета как рабыня.
– Я и есть рабыня, сэр рыцарь.
– Несомненно, именно поэтому ты называешь моего оруженосца господином. Он свободный человек, а любой свободный человек кажется тебе господином.
– Я его рабыня, сэр рыцарь. И поэтому называю его господином.
– За время своего пребывания здесь я видел много рабов, в том числе и женщин. Порой кажется, что Утгард кишит ими. Однако я еще ни разу не видел рабыни столь прелестной.
– Осторожнее, сэр рыцарь.
Мать Этелы взяла руку Тауга и вопросительно посмотрела на него огромными темными глазами.
– Она в замке, – прошептал Тауг. – Она очень хорошо себя вела, и я не обижал ее. Никто не обижал.
Один из слепых рабов громко произнес:
– Вы сказали, мы можем стать свободными.
Свон возвысил голос:
– Послушайте, все вы. Я представляю здесь короля. С этого момента вы принадлежите королю Гиллингу – вы все, кроме девочки, которая принадлежит моему-оруженосцу. Мы забираем вас отсюда и ведем на рынок.
Раздались протестующие возгласы.
– Не для того, чтобы продать вас! Нам нужно купить продовольствия, чтобы кормить вас в Утгарде, и у меня есть деньги. Я куплю много мешков зерна и корзин овощей – репы или что там выращивают местные жители. Мы также купим мяса и, возможно, живых животных, которых погоним в замок. Вы потащите мешки и корзины и поможете погонять животных. Я хочу довести до вашего сведения следующее: теперь у вас новый хозяин, король, и я его представляю. Если выкажете преданность и послушание, мы хорошо о вас позаботимся. В противном случае я не собираюсь попусту тратить время, осыпая вас упреками и колотушками. Королю Гиллингу нужны хорошие рабы, а не плохие, а в земле, откуда вы родом, он найдет еще много рабов. Следуйте за мной.
Баки дернула Тауга за рукав:
– Солнце светит вовсю.
– Я понимаю, – кивнул он.
– Боюсь, она отстанет.
– Я присмотрю за ней, – сказала одна из женщин.
– Может, ей лучше поехать на коне с вами, господин? Она очень худая и явно весит всего ничего.
– Если мы сумеем посадить ее в седло.
Голос подала мать Этелы:
– Подставь мне руки, девушка.
– Думаю, у меня не хватит силы. – Баки обратилась к другой рабыне: – Опустись на одно колено. Подставь ей под ноги другое.
Дело оказалось проще, чем предполагал Тауг. Вскоре мать Этелы сидела в седле позади него, задрав юбку выше коленей и обхватив до боли исхудалыми руками его талию.
– Остальные уйдут через окно с другой стороны дома, господин. Именно через него ваш спутник забрался в дом, и его конь привязан там.
– Мы присоединимся к ним, – сказал Тауг и тронул Лэмфальта шпорами, давая понять, что они готовы ехать.
– Она эльф, – прошептала мать Этелы, когда они проезжали через дверь.
– Я знаю. Но вы откуда знаете?
Она не ответила.
По дороге через город их один раз остановили, но Свон громко объявил, что они едут по поручению короля, и ангрид, вставший у них на пути, с ворчанием посторонился.
Рынок оказался больше и беднее, чем ожидал Тауг; за прилавками стояли в основном представители человеческого племени. Порасспрашивав и поторговавшись, они купили огромную телегу, грубо сработанную и почти новую, а также четырех волов, чтобы тащить повозку. Затем Свон принялся покупать самые разные продукты питания, приказав рабам погружать все на телегу.
Маленькая ручка нашарила руку Тауга:
– Он переплачивает.
У Тауга отвисла челюсть.
– Что ты здесь делаешь?
– Сопровождаю вас. Я боялась, вдруг вы попадете в беду и вам понадобится помощь. Вы сказали, что собираетесь на рынок, вот и я пришла сюда.
Покачав головой, Тауг поднял Этелу и поставил на бочку.
– Ты знаешь, что тебе не следовало уходить из замка. Я запретил тебе. Ты поступила дурно.
– Если для того, чтобы помогать вам, мне придется поступать дурно, я буду поступать дурно. Я не такая маленькая, как вы думаете. Дайте руку.
Он протянул руку, и она прижала ее к своей груди.
– Чувствуете? Мама говорит, теперь я буду взрослеть день ото дня.