— Нет, это было бы ошибкой — ведь наша война с Англией не вечна. Есть способ получше. Ссылаясь на войну и свое двусмысленное положение здесь, она вымаливала позволение покинуть двор, но король отказал ей. Она уверяет, что якобы её брат велел ей отправиться в Савойю, чтобы завершить там придворное образование. Как будто она в этом нуждается! Кто-то нашел ей место при герцогине Беатрисе. До сих пор я считала все простым кокетством. А теперь вижу, что причина — её брак с де Норвилем или ещё какая-то хитрость, а возможно и то, и другое. Вероятно, ей нужно о чем-то сообщить. Или…
Луиза снова запнулась.
— Да-а, — пробормотала она, — да, это более чем возможно…
И продолжила вслух:
— Послезавтра король со своими дворянами уезжает на охоту в сторону Парижа. Его не будет два дня. За это время я берусь выпроводить миледи отсюда. Ко времени возвращения его величества она должна быть за пределами досягаемости. И это дело — в ваших руках.
— Моих?!
Вопреки этикету, Блез широко раскрыл рот.
— Конечно. Разве вы не возвращаетесь к маркизу де Волю? Разве не утверждает он в письме, что из Люцерна направится в Женеву? Савойский двор сейчас находится там. Молодую женщину и её спутниц кто-то ведь должен сопровождать через всю Францию. Так кто же подойдет для этого лучше вас? Молодой человек, отличающийся смелостью и, я уверена, скромностью; молодой человек, который знает мое мнение и на которого я вполне могу положиться. Ах, господин де Лальер, какая счастливая возможность для вас заслужить мою благодарность! Вы можете доверить мне свое будущее. Я за вами присмотрю. Ради вас я даже велела смягчить строгость закона в отношении вашего отца-мятежника.
Все это было великолепно и просто блестяще. Все это чудесным образом совпадало с новыми устремлениями Блеза и обещало самые радужные перспективы.
Но он никак не мог отделаться от ощущения, что попал в зыбучие пески и с каждым шагом увязает все глубже. Сначала регентша вынудила его отдать ей письмо, которое должен был вскрыть только сам король. Потом она как-то сумела сделать его своим сообщником в сокрытии части этого письма. А теперь вовлекает его в какую-то интригу, которая, конечно, может оказаться и безобидной, и даже в какой-то степени полезной, но ведь ею предстоит заниматься за спиной у короля! Он чувствовал, что за этим делом таятся мрачные бездны, но не знал, во что позволяет себя втравить.
И, наконец, самое ужасное: мысль о том, что придется сопровождать эту загадочную Анну Руссель в Женеву, привела его в полное смятение. Это было странное и довольно опасное поручение. Он бормотал слова благодарности регентше за обещанные золотые горы, а сам все вспоминал её остроту насчет мула и морковки.
Тревоги и колебания Блеза были написаны у него на лице — и герцогиня усилила нажим.
— Смотрите-ка, да у вас не слишком счастливый вид!.. Интересно, вы хоть поняли, о какой услуге я вас прошу? Или ваши уверения в преданности — не более чем сотрясение воздуха? Не могу поверить. Конечно, вы будете охранять эту девчонку по дороге — хотя, признаться, меня её безопасность не слишком беспокоит, — но вы сделаете и кое-что еще. Вы позаботитесь доставить её в Женеву — а то вдруг забредет в Мулен или ещё куда-нибудь. Я не настолько глупа, чтобы позволить ей разгуливать по Франции без всякого присмотра. Вы объедете далеко стороной Бурбонне. Изберете путь через Дижон, потом на юг к Бург-ан-Бресу, а оттуда в Женеву. Но и это ещё не все.
Она понизила голос. Вот и следующий шаг, подумал Блез, чувствуя, как затягивает его зыбучий песок.
— Мсье де Лальер, я не верю, что миледи влечет в Савойю только замужество. Это может быть одна из причин, но не единственная. Она рассчитывает встретиться там с кем-то — с кем-то из Англии. Может быть, со своим братцем, этим самым Джоном Русселем, столь близким к Уолси. Ах, много бы я отдала, чтобы та стрела, которая выколола ему глаз в прошлом году при Морле, когда пираты-англичане грабили наши берега, проткнула ему мозги!.. И я точно знаю, какая-то встреча замышляется, потому что на этот счет получено тайное известие от одного из наших людей в Англии.
На миг выражение лица Луизы выдало сожаление о том, что она сказала лишнее. Однако теперь ей не оставалось ничего, как только продолжать:
— Похоже, из Англии к Бурбону направлен — или вскорости будет направлен — посланец с условиями союза между ними. Им нужно замкнуть это последнее звено в цепи, чтобы окружить Францию. Но кто тот посланец, мы не знаем. Этот человек будет замаскирован. Он как-то проскользнет через нашу границу — скорее всего, из Савойи — самый близкий пункт к владениям Бурбона — и встретится с гергоцом. Ну, теперь-то, мой друг, вы поняли, что мне нужно?