Когда я вернулась в тату-салон, Рыцарь был еще в отрубе, и я прокралась на цыпочках в комнату отдыха, чтобы сварить ему кофе и подогреть булочку. Я не знала точно, как варить кофе, но я сто тысяч раз видела, как это делает мама, так что я просто включила кофеварку в надежде на лучшее.
Пока кофе варился, я пошарила по шкафам в поисках кружки и молока. И нашла их, и еще нашла небольшую коробку, которая, судя по всему, принадлежала Рыцарю. Там был флакон одеколона – мужской Obsession, – бритва, крем для бритья, зубная паста, зубная нить, щетка… и презервативы.
Презервативы.
Я никогда не задумывалась, что Рыцарь может заниматься сексом, но ему уже восемнадцать. Большинство моих знакомых расстались с девственностью еще в средней школе. Я бы тоже была в их рядах, если бы не было так трудно заполучить Ланса.
Тут я подумала, не девственник ли сам Ланс. Нет, конечно. Он такой прекрасный, и веселый, и высокий. Так с кем же он спит? Может, Джульет все же была права? Может, у него таки есть подружка? А со мной он просто играет.
Я распечатала свою зубную щетку, воспользовалась пастой Рыцаря и сердито вычистила зубы, рисуя перед собой образ подружки Ланса с большими сиськами и розовыми волосами.
На стену передо мной упала тень, я взвизгнула, уронила щетку в раковину и прижала руку к полному пены рту. Рыцарь, опершийся о дверной косяк, хихикнул:
– Господи. Это я так ужасен с утра?
Вообще-то Рыцарь с утра был совсем не ужасен. Он выглядел… милым. Босой, заспанный, а джинсы снизу все еще закатаны. Подтяжки висели у него на поясе, а не были натянуты на плечи, и майка была не заправлена. Он был похож на выросшего и накачанного Гека Финна. Не хватало только удочки и соломенной шляпы. Я засмеялась и сполоснула рот.
– Вообще-то ты с утра как раз менее страшный, – сказала я, запихивая все обратно в коробку.
– Только никому не рассказывай, ладно? – Рыцарь улыбнулся и добавил: – А ты с утра выглядишь потрясающе, особенно в этой куртке. – Я отвернулась, чтобы скрыть, как я покраснела, и попыталась затолкать коробку обратно в шкаф.
– Можешь оставить, – сказал Рыцарь. – Мне тоже надо умыться.
– Извини, что взяла твою пасту. – Я передала коробку Рыцарю, чувствуя, как у меня пылают щеки.
«Вот твои презервативы, парень».
К счастью, он просто поставил коробку на полку и принюхался.
– Ты что, готовишь завтрак?
Тут же звякнула микроволновка. Я вытащила горячую, дымящуюся булочку, обернула ее в бумажное полотенце и гордо протянула ему. Рыцарь отстранил мою протянутую руку и взглянул на меня с выражением, которое говорило: «Мы оба знаем, что я заставлю тебя это съесть, так что давай обойдемся без сцен, ок?»
Я ненавидела этот взгляд.
Без единого слова Рыцарь обошел меня, достал из холодильника еще одну булку и сунул ее в микроволновку. Потом схватил с полки коробку и вышел, оставив меня с булкой в руке.
Его возвращение я почуяла, и от этого запаха мои свежепроколотые соски напряглись до боли. Это сочетание крема для бритья, зубной пасты, дезодоранта и одеколона подействовало на меня, как валерьянка на кошку. Мне хотелось засунуть голову к нему под майку и просто потереться об него.
Я положила его булку возле своей на маленький стеклянный столик посреди комнаты и налила ему чашку кофе. Когда Рыцарь увидел этот столик, накрытый к завтраку, как у взрослых, он улыбнулся. И я почувствовала себя почти королевой мира.
– Черт, Панк, сдается, мне нравится быть твоей подружкой. Надо устраивать такое на выходных. – Рыцарь сел за стол, а я изо всех сил постаралась не покраснеть. И не смогла. Совсем.
– Если ты устроишь мне кровать получше, – сказала я, садясь рядом. – Я себе всю жопу отморозила.
– Это потому что ты неженка, – ответил он с полным ртом.
Я хлопнула его по руке.
– Да ну? Станет тебе неженка прокалывать соски.
– Черт! – Рыцарь внезапно посерьезнел. – Я ж не дал тебе бактина, чтобы намазать их. Ты на них с утра смотрела?
– Хм, ну да. Ничего хорошего.
– Покажи.
Я покраснела всерьез.
– Ну… да… сейчас.
Рыцарь же был специалистом, верно? Это как пойти к врачу. Ничего такого. Вообще. Совершенно нормально.
Я сунула руку за спину, расстегнула лифчик и подняла майку вместе с этой трехкилограммовой конструкцией. Приоткрыв рот, Рыцарь наклонился вперед, завороженный, как будто увидел там двухголовую жабу.