Он вытер своё лицо ладонью, и я крепче обняла его.
— Всё хорошо, — сказал он почти как видящий, словно услышав фрагмент моих мыслей. — Я просто рад, что ты здесь, Элли.
И вновь я осознала, что всматриваюсь в эту скорбь в его глазах.
Однако он, похоже, не мог вынести, чтобы я долго смотрела на него. Вытерев лицо, он выбрался из моих объятий, и его лицо опустело.
— Тебе надо поесть, — подтолкнул он, показывая на закрытое серебристое блюдо третьим пальцем своей изувеченной руки. — Пока не протухло, Элли.
Я подчинилась скорее потому, что он попросил.
Я знала, что моё тело как минимум должно испытывать голод.
Я не помнила, чтобы ела что-то после того, как вышла из гибернации с Ревиком, хотя по идее должна была, иначе сейчас я была бы намного слабее. Ещё до встречи с Вэшем и остальными, мы с Ревиком говорили, как сильно мы оголодали, и где нам поесть после собрания.
Однако Дорже порушил наши планы на ланч.
Подняв крышку с подноса, я посмотрела на сэндвич с беконом, латуком и помидором, а также размякшую картошку фри.
Я гадала, сколько же здесь простояла эта еда.
— Раньше тебе это нравилось, — Джон неопределённым жестом показал на открытый поднос. — Я просмотрел всё меню, Элли, но не мог вспомнить, что ещё тебе нравилось. Я даже не был уверен, ешь ли ты всё ещё мясо. Я знаю, что брак с Ревиком изменил твои вкусы в еде.
Мой разум обдумал, когда он мог это заказать.
Я осознала, что это не имеет значения.
— Всё супер, Джон, — заверила я его. — А кетчуп есть?
Джон издал некое подобие смешка, всё ещё вытирая лицо.
— Ага, — он подтолкнул бутылку.
Наблюдая, как я вытряхиваю кетчуп на тарелку резкими движениями запястья, он оперся руками на свои бедра. Его лицо выражало растерянность.
— В последнее время я больше знаю о вкусах Ревика в еде, чем о твоих, — сказал он, когда я сунула в рот ломтик холодной картошки.
Хоть размокшая картошка была не ахти, мой аппетит взревел в ответ, требуя добавки.
Джон наблюдал, как я продолжаю есть. Наблюдая за теми рыбками, плававшими по новостному монитору, он покачал головой и щёлкнул языком.
— Я не думал, что ты захочешь карри, — сказал он. — Теперь, когда вы женаты, ты, наверное, будешь есть его намного чаще, чем тебе хочется.
Я издала тихий смешок.
— Джон, это отлично подойдёт, — я положила ладонь на его бедро, пальцами другой руки держа картошку. — Спасибо. Правда. Мне это было нужно.
Несколько секунд мы просто сидели там. Он наблюдал, как я взяла половинку сэндвича и откусила кусок. Сэндвич оказался намного лучше картошки.
Джон как будто не знал, что делать, пока я ем.
Он наблюдал за мной, затем смотрел на другие предметы в комнате. Я видела, как его взгляд остановился на пульте от настенного монитора, но он его не взял. Я тоже не могла сейчас переварить новостные каналы и сомневалась, что просмотр фильма станет для нас достаточным отвлечением.
Наверное, это запихнёт его обратно в то состояние, похожее на грёзы наяву.
Он нуждался во сне. В настоящем сне, а не в дрёме на диване, то пробуждаясь от погребальных ритуалов, то задрёмывая обратно. Я подумывала принести ему что-нибудь крепкое, в духе того, что пил Ревик.
Затем мне пришла в голову другая мысль.
— Что, если я заставлю тебя немного поспать? — спросила я, прожевав последний кусок сэндвича. Стряхнув крошки с рук на тарелку, я потянулась к салфетке. — Так похмелья не будет, — добавила я, выдавив улыбку.
— Ты можешь уйти, если хочешь, Элли. Правда. Всё хорошо.
Я покачала головой.
— Я никуда не пойду. Но тебе так больше нельзя, Джон. Нельзя. Тебе нужно на какое-то время отключиться.
Долгое время он не отвечал, но я видела, как в его глаза вернулась усталость, и он вновь вытер лицо рукой.
— Ладно, — сказал он наконец.
Его голос звучал обречённо. Однако я решила не выискивать в этом подтекст. Поставив стакан воды, который я наполовину осушила, я вытерла рот тканевой салфеткой и встала на ноги.
— Пошли, — сказала я, протянув руку.
Кивнув, он сжал мои пальцы.
Он позволил мне отвести его в спальню, которую он последние три месяца делил с Дорже. Я попыталась вспомнить, сколько они в общей сложности жили вместе, и осознала, что не знаю. Поначалу они не показывали своих отношений — при мне, по крайней мере. К тому времени, когда я заметила, они довольно сильно погрузились в свет друг друга.