Увидев, как Врег закатил глаза в ответ на его вопрос, Джон издал звук, полный неверия.
— Не могут же они всё ещё спать. Прошло уже… сколько? Три дня?
— Зачем ты здесь, брат? — сказал Врег.
Покосившись за Джона, словно определяя, один ли он, Врег пренебрежительно взмахнул рукой.
— Разве ты не должен где-то там развлекать своего бойфренда? Напоминать друг другу, почему два члена лучше одного?
— Мило, — Джон стиснул зубы. — Ещё больше шуточек про геев. Потому что это никогда не приедается. Скажи мне, ты правда веришь в это дерьмо? Или это просто твоя новая жалкая попытка избавиться от меня?
Врег уставился на него, прищурив тёмные глаза. Он сидел на диване золотого цвета, раскинув руки на его спинке. Когда Джон не отступил, он выдохнул сквозь сжатые губы и посмотрел обратно на освещённый водопад.
Джон наблюдал, как тёмные глаза видящего пробегаются по этажам отеля, отмечают балконы с плющом и цветущими растениями, но как будто не видят их. Джон заметил, что он нахмурился, а размытые радужки указывали на то, что находится где-то в другом месте. Немного поразившись глубине его злости, Джон поколебался, невольно уставившись на него.
— Что? — спросил он. — Я действительно задел твои чувства, назвав тебя гомофобом? Я думал, среди вас, военных, это практически обязательный этикет…
— Нензи впал в гибернацию, — перебил Врег, пожав плечами, но не поднимая взгляда. — Это нетипично, поскольку рана была не такой уж опасной, но такое случается.
— А что насчёт неё?
— Он забрал её с собой, — Врег пожал тем же плечом, положив руку на подушку дивана. Он продолжал смотреть на водопад. — Опять-таки, не беспрецедентное явление. Связанные пары часто делают такое друг с другом.
Джон кивнул, всё ещё пытаясь прочесть лицо видящего, но теперь получая большую пустую стену из ничего. Он в шутку сказал про военных. Очевидно, это тоже воспринято не так.
С другой стороны, ему никогда не удавалось прочесть настроение Врега.
А ещё он немного тяжело переносил спокойствие Врега.
— Так что, — сказал Джон, подавляя напряжение в своём голосе. — Тот факт, что все друзья и одноклассники Элли из её родного города, наверное, толпами умирают за стеной карантина… ты не думаешь, что это хорошее основание, чтобы их разбудить? — наблюдая за лицом Врега, Джон ещё сильнее стиснул зубы при виде ровного взгляда в этих чёрных глазах. — Ты правда не думаешь, что потом она будет не в восторге от того, что ты позволил ей проспать такое? И неважно, как бы им с Ревиком не хотелось обнимашек? И ты думаешь, что Ревик тебя тоже за это поблагодарит?
Врег закатил глаза.
— Гибернация — это тебе не вздремнуть, брат, — фыркнул он. — Я не смог бы разбудить их, даже если бы захотел. И честно говоря, я рад, что они оба проспят это. Она бы захотела отправиться туда, а он настоял бы на том, чтобы поехать с ней…
— И? — сказал Джон. — Хочешь сказать, что им не стоит туда отправляться?
— Я хочу сказать, что карантины вводят не просто так, брат Джон, — Врег повернул голову, и его взгляд остановился на Джоне. — Или тебе так не терпится ещё быстрее распространить эту штуку? Если бы Мост отправилась туда, и даже если бы она не заразилась этой штукой, она бы захотела вытащить своих людей. Людей, которые, возможно, уже заражены.
Видя, что Джон собирается заговорить, Врег поднял ладонь, и его глаза посуровели.
— …И позволь напомнить тебе, мы никак не можем знать, есть ли у неё и Меча иммунитет. Что бы они там ни доказали касательно крови сарков, это может не касаться элерианцев. Или ты тоже готов рискнуть её жизнью, чтобы придерживаться какого-то непрактичного человеческого принципа?
— Слушай, — сказал Джон, с трудом сдерживая злость. — Элли хотела бы знать. Она хотела бы знать. Ей это не понравится, я тебе обещаю, — в ответ на пренебрежительный взгляд видящего он повысил голос: — Что насчёт Касс? Мы даже не знаем, выбралась ли она. Можешь ты хотя бы послать одного видящего, чтобы выяснить…
— Нет, — сказал Врег. — Не могу.
— Это необязательно должны быть Элли или Ревик! — рявкнул Джон. — Вам уже известно, что сарки не могут это подцепить. А у нас тут целое здание сарков, разве не так?
— Они всё равно могут служить переносчиками! — раздражённо сказал Врег, тоже повысив голос. — Я не стану допускать оплошностей в этом, Джон. Или рисковать дальнейшим распространением.
Джон впервые услышал и увидел искренние эмоции видящего и осознал, что Врег всё же прислушивается к нему, даже если изображает обратное.