— Не в штаны, а в карман. Или у тебя есть другие идеи, куда мне глаза положить? — прозвучал сзади голос девушки.
— Я б тебе сказал, но щас как-то не очень удобно, — двусмысленно хмыкнул Егор. — Эй, Монгол! Все, последний рывок!
Сквозь мутную пелену я увидел яркую вспышку.
Неужели и правда все закончилось?..
Сияние было таким ярким, что я прикрыл глаза.
Ну же, давай. Вези меня домой, хвостатая комета.
Еще никогда в жизни я не хотел так сильно домой…
Мы вывалились из разлома дружно, все втроем сразу.
Первой в стеклянную дверь впечаталась всем своим голым телом Женька, полностью раздевшаяся от полупрозрачных шипастых доспехов, которые хоть как-то выполняли функции одежды. Застучала по стенкам колбы, размазывая кровь.
Причем в одной руке она почему-то держала меч.
И тут в голову вдруг пришло, что вообще-то все это может оказаться предсмертным видением. Поэтому буквально минуту назад мне было адски больно, а теперь уже почти нет. Егор символизирует Харона, перевозящего душу умершего из мира живых в мир мертвых, голая Женька с мечом в руках — это смерть с колюще-режущим предметом для перерезания пуповины, соединяющей душу с телом. А эта колба — мое чистилище… Сейчас выйдет великий судия с весами в руках и начнет взвешивать все головы, пробитые за последние дни моей рукой… Собьется со счета… И вариться мне в адском котле на мыло для ангельских перьев…
К реальности меня вернул стук отворившейся дверцы колбы.
Я увидел, как Женька вывалилась буквально в руки какому-то молодому парню в белом халате.
Голая. Вся в крови. С мечом в руке.
А потом я увидел Данилевского.
Он спешил к нам, сбрасывая на ходу пиджак и галстук.
— Давид, иди сюда, помоги мне! Антон Георгиевич, приготовьте хирургический и реанимационный набор!
Швырнув одежду мимо кресла, он поддержал меня на спине Егора и стащил со спины ужатый до небольшой сумки рюкзак, о котором я успел подзабыть.
— Господи, вы откуда вообще⁈
— Из жопы, в которую ты нас сунул! — прохрипел Егор, прямиком направляясь к медицинскому уголку.
— Стой здесь, я сам! — приказал Данилевский. — Еще не хватало, чтобы ты по пути вместе с ним упал!
— Я нормально, это все не моя кровь, — пробормотал Егор, в то время как Ян вместе с появившимся будто из-под земли Давидом вдвоем подхватили меня на руки и поволокли на кушетку.
— Алексей, оставьте уже девушку в покое! — раздраженно гаркнул Данилевский, обернувшись на растерявшегося парня, который так и застыл с прильнувшей к нему Женькой. — Она по крайней мере сама стоять может! И одолжите ей, в конце концов, свой халат! — и, повернувшись ко мне, добавил уже совсем другим голосом. — Монгол, ты живой? Ты меня слышишь?
Я напрягся и чуть шире приоткрыл глаза.
Яна сейчас было не узнать. В рубашке, обляпанной моей кровью, с растрепавшимися волосами и встревоженным лицом он выглядел совсем иначе.
Из моей груди вырвалось что-то невнятное типа «м-ммм».
— Вот и хорошо, — приободряюще проговорил Ян, поправляя меня на кушетке. — Сейчас все будет хорошо. Антон Георгиевич, займитесь вторым мужчиной!
— Сева, ничего хорошего здесь не будет, — проговорил Давид вполголоса Данилевскому. — У него большая кровопотеря, до Москвы мы его живым не довезем…
— А я разве сказал, что мы его куда-то везем⁈ — резко возразил Ян, наскоро закатывая рукава. — Я сказал «помоги мне»!
Он схватил со столика рядом с кушеткой шприц и что-то уколол мне в плечо.
— Занавеску задерни, — приказал Данилевский Давиду Георгиевичу, и, вооружившись скальпелем, принялся срезать с меня одежду.
— Извини, что лезу с советами, которых ты не просил… — неуверенно снова начал возражать Давид, но Ян перебил его.
— Извиняю. А сейчас просто сделай так, чтобы кроме тебя здесь больше никого не было и помолчи. Этот человек мне нужен живым.
Между тем боль отступала. Я уже плохо понимал, что происходит вокруг. Слышал только гул голосов. А перед глазами мелькали яркие вспышки…
Глава 10
Тени прошлого и настоящего
Сознание включалось медленно.
Сначала я видел сменяющие друг друга картины недавнего приключения в рифте. Потом эпизоды и персонажи начали нелепым образом перемешиваться. Голые чушки похожие на здоровенных крыс бегали по площади с раскрашенными красной краской мордами, богиня гремела цепями в выставленной на ступеньку пирамиды здоровенной ванне с джакузи, откуда наружу вылезала бурлящая пена с человеческими глазами.
«Ну и бред», — подумал я.