— Странное место для заправки, — заметил Егор.
— Так они и зарабатывают не бензином, — ответил я.
— Тоже верно, — вздохнул тот.
Начала просыпаться Женька. Потянувшись, она непонимающим взглядом уставилась в окно, явно не понимая, где мы.
— Эй, ты там как, живая? — спросила Лекса, заметив, что спящая красавица очухалась.
— Ага, — промычала Зеленая. — Кажется.
— Если ты — жертва абьюза, они тебя украли и держат в плену — кашляни два раза, — со смехом сказала разноглазая.
— Не, — качнула головой Женька. — Они, конечно, те еще мудаки. Но ребята хорошие…
Тут она подняла взгляд на Лексу, и глаза ее расширились.
Зеленая открыла было рот, чтобы что-то сказать…
Но не успела.
Из залитых солнцем зарослей одна за другой промелькнули пять теней.
Бабах!
В лобовое стекло со всего размаху врезалось уродливое голое тело. Не знаю, было ли стекло тоже от «кассандры», но удар оно выдержало с честью.
От неожиданности Лекса взвизгнула, вцепившись в руль.
Отодвинув от стекла окровавленную разбитую голову с наростами, юрка оскалил зубы, довольно проурчал и с выпученными глазами еще раз ударился рожей с разинутым гнилым ртом в то же место, размазывая кровь по стеклу. И в этот раз на месте удара с глухим треском пролегла паутина трещин.
Твою мать, откуда они здесь? До пустоши ведь далеко!
— Подними стекло со своей стороны! — крикнул я. Выхватил пистолет, снял с предохранителя и, высунувшись в открытое окно, выстрелил уродцу в висок. От разрывной пули ему снесло половину гнилой головы. Кроваво-серая жижа расплескалась по стеклу и капоту.
— Охренеть, — дрожащим голосом проговорила побледневшая Лекса. Она крутанула руль, и машина, вильнув, сбросила труп с капота.
Бросив взгляд в ее сторону, я удовлетворенно отметил, что стекло поднято.
Молодец. Испугалась, но не растерялась от страха.
— У вас что, теперь и здесь твари бывают? — удивленно охнул Егор.
— Откуда мне знать? Лично я вижу их в первый раз! — ответила Лекса, непроизвольно срываясь на крик.
— Притормози, щас разберемся, — уверенно заявила Женька, разминая плечи.
— Куда собралась? — резко осадил я Зеленую. — Ты на присадках, причем настолько, что всю ночь меня «большой черепахой» называла, не помнишь?
Перед машиной промелькнули еще два силуэта, и что-то тяжелое бухнулось нам на крышу, неровными буграми проминая ее внутрь.
Лекса резко рванула вперед и тут же ударила по тормозам. Шины взвизгнули по старому асфальту.
Один из юрок свалился на капот. Второй со скрежетом вцепился в крышу, разрезая хваленый металл когтями, как будто вскрывал ножом консервную банку.
Теперь этот Росомаха просто так оттуда не свалится, скорей дыру в салон проковыряет.
— А-аааа! — стонал он наверху.
— Ыыыы-ааа! — выл второй на капоте, пытаясь уродливой, будто ошпаренной лапой ухватиться за дверцу с моей стороны, по всей видимости сообразив, что там нет стекла.
Поймав себя на этой мысли, я обалдел.
Потому что юрки, с которыми я до сих пор встречался, соображать не умели вовсе. Они тупо жрали своих собратьев, влезая друг за другом в вентиляционную шахту Крестоносца, а не нападали группами, как стайные звери!
— Останови машину и оставайся внутри, — скомандовал я Лексе.
Та послушно притормозила.
Уродец с победоносным возгласом повис на моей дверце.
Я резко распахнул её, и юрка свалился на землю.
Егор вывалился с другой стороны, сжимая в руках монтировку — видимо, нашел где-то под сиденьями, пока шарился в поисках сумки. И занялся Росомахой.
А я своему противнику выстрелил в грудь. Разрывная пуля разорвала ему мясо в лохмотья. Юрка взвыл и рухнул мне под ноги, заливая дорогу кровью. Но все еще продолжал извиваться и царапать когтями асфальт, срывая ногти.
И я еще раз нажал на спусковой крючок, метя в голову.
Щелк!
Пистолет беззубо клацнул, так и не выплюнув пулю.
Твою ж, патроны кончились.
Ну и хрен с ним, не впервой.
Отбросив бесполезное железо, я расстегнул ремень, выдернул его из шлёвок. Вскочил на капот и на скорости схватил занятого борьбой с Егором юрку в петлю и рванул на себя.
Росомаха взвыл. Сдирая с крыши стружку своими когтями, уродец скатился с крыши ко мне на капот. Извернулся, полоснув меня когтями по ребрам. Я затянул петлю потуже и стащил хрипящего монстра на землю.
— Давай живей! — крикнул я Егору.
Подскочив к нам, тот замахнулся монтировкой, и вокруг его руки на мгновенье появилось красноватое свечение.
Удар!
Кости черепа Росомахи хрустнули, как яичная скорлупа. Кровь залила юрке глаза. Подняв голову, он беспомощно заскулил, потеряв ориентацию в пространстве.