Стук в дверь отвлекает меня от дальнейших размышлений.
- Госпожа! - раздается взволнованный голос Элизы.
- Проходи, Элиза, - я закрываю окно и поворачиваюсь лицом к двери.
Она открывается, в комнату заходит моя служанка и подруга, Элиза. Её лицо выражает беспокойство. В этом вся Элиза - все, что она чувствует, становится заметным каждому.
- Что-то случилось? - сразу спрашиваю я.
- Не совсем, - Элиза косится в сторону кровати.
В два шага оказывается передо мной и спрашивает шепотом:
- Как ты, Джосалин?
- Если ты про первую брачную ночь - то прекрасно. Я выспалась, надеюсь, и Рэй тоже.
Элиза округляет глаза и потрясенно шепчет:
- Вы не...
- Давай не будем обсуждать этот вопрос, - строго говорю, но чтобы смягчить свой тон, улыбаюсь подруге, - у нас есть дела поважнее. Что там с завтраком? Мой муж и его люди поели?
- Да, - Элиза кивает головой, и теперь выполняет роль исключительно моей горничной. - Там небольшие перемены, госпожа. Именно поэтому я решила предупредить вас заранее.
- Что за перемены? - ощущая укол напряжение в груди, тихо спрашиваю.
- Думаю, вам лучше самой это увидеть. Давайте, я помогу вам с прической и платьем.
Элиза приносит кувшин с чистой водой. Я умываюсь, делаю все необходимые водные процедуры, а затем - сажусь перед камином, и горничная занимается моими волосами.
В который раз благодарю Господа, что в лице Элизы я обрела подругу и горничную. Она деликатна, надежна и терпелива. Последнее качество особо нужно, потому как мои волосы очень трудны в расчесывании.
Тяжелые, густые, чтобы уложить их в прическу - требуется немало сил и умения. С дрожью вспоминаю, как в первый год жизни здесь обнаружила блох в своих прекрасных волосах... Какое счастье, что все это - в прошлом!
Элиза собирает мои волосы в косу и оборачивает вокруг моей головы.
Из одеяния я выбираю платье цвета вереска. Сшитое из фламандского сукна, расшитое серебряной нитью, оно как нельзя лучше подходит для того, чтобы я предстала перед своим мужем и людьми на следующий день после свадьбы.
Теперь - я готова спуститься вниз.
На нижних этажах царит оживление. Слуги снуют туда-сюда. Завидев меня, останавливаются, испуганно кивают и убегают.
Кто так запугал их?
Нехорошая догадка обжигает мою грудь.
- Элиза, - снижаю голос до шепота, - в чем дело?
Элиза опускает взор вниз. Значит, что-то скрывает.
- Элиза, прошу, скажи мне, - я беру её за ладонь и отхожу к дальней стене.
- Это все рыцари, моя госпожа. Их так много. Мы не привыкли к такому числу воинов в нашем замке.
Киваю головой. Элиза права. Замок на постоянной основе, во главе с сэром Джоном, охраняют всего 10 воинов.
С Рэем пришло 50 рыцарей.
50 мужчин - каждый со своим характером.
- Что-то еще, Элиза? - я выжидающе смотрю на неё. Она нервно сжимает свои худые ладони.
- Господин... Ваш муж велел переделать один из залов под комнату для рыцарей.
- Один из залов? - стараясь говорить ровно, уточняю я. -Который - из?
Элиза краснеет.
- Тот зал, миледи, где вы зимними вечерами собирали нас всех и читали нам книги.
От этой новости мне хочется плакать и ругаться одновременно.
Быть может, именно так я и сделала бы - не будь я леди.
Но я - леди Джосалин, и манеры мои должны быть безупречны.
- Хорошо, спасибо, Элиза, - я улыбаюсь ничего не понимающей горничной.
Она еще больше удивляется, когда я невозмутимым тоном интересуюсь:
- Что там с ужином? Надеюсь, мяса будет достаточно? Наших рыцарей нужно хорошенько кормить.
Не дожидаясь ответа, направляюсь в сторону кухни. Чем ближе она - тем сильнее ароматы.
Запах свежеиспеченного хлеба, похлебки, жареного мяса - работа там кипит с самого утра.
На кухне меня встречает главный повар. Румяный и толстощекий - Луи отличается простодушием и добрым нравом (что не скажешь про поваров в домах других господ).
При виде меня Луи приосанивается и расцветает в улыбке.
Сдержанно улыбаюсь и уточняю, какие будут блюда на ужин, благодарю Луи и его помощников за работу. Уже хочу уйти, но главный повар заботливо напоминает мне, что “госпожа нынче даже не завтракала”. Принимаю от Луи корзинку с пирогами (по утверждению его - “пироги с нежнейшим творогом”), снова произношу слова благодарности и покидаю кухню.
Вместе с Элизой заворачиваем в небольшую комнату. Я называю её уютным местечком. Именно тут, долгими зимними днями, я греюсь возле камина и, иногда, вышиваю.
Усаживаюсь в кресло и предлагаю Элизе пирожки. Сама так же беру один из них. Мягкое теплое тесто под пальцами пробуждает аппетит. Откусываю и довольно улыбаюсь. Луи, как всегда, сотворил кулинарный шедевр!