Я на мгновение растерялся. Ханс от неожиданности даже открыл рот. Вот, блин, такого мы никак не ожидали. Ни о каком расколе и двоевластии в столице до нас, в Линдау, сведения ещё не доходили. Конечно, до нас доходили слухи, что после смерти старого герцога между его сыновьями началась обычная феодальная распря за власть. Но Мюнхен по закону отошёл к старшему — Иоганну. Правда, другие его братья были не совсем согласны…
— Мне нужен тот, кто правит по закону, — вымолвил, наконец я.
— Ха! По закону? — хмыкнул стражник, — Тут каждый из них считает, что закон на его стороне. Ладно — ступай внутрь. Там, в большом зале, Иоганн будет сейчас вершить суд. Стефан тоже будет присутствовать. Они, вишь — теперь…, как это…, - неграмотный воин напряжённо подбирал подходящее слово, — А, вспомнил — соправители… Вот и решай сам, который из герцогов тебе нужен. Проходи.
«Твою дивизию, — подумал я про себя, — Вот уж мне эти феодальные порядки и средневековая гордыня… Каждый сам себе — Великий господин… Хуже нашей современной бюрократии. Ладно, разберёмся».
Во внутреннем дворике было тише, но не спокойнее. Разномастный народ толпился вдоль стен и гудел, как потревоженный улей. Мокрые от дождя каменные политы казались холодными даже через подошвы сапог. Отдельными группками стояли вооружённые люди обоих герцогов. Одни с гербом Иоганна на одежде, другие — Стефана. Они не бросались друг на друга, но и не общались, держась обособленно и настороженно, готовые в любую минуту схватиться за мечи. Я заметил, что взгляды, которые они кидали на противоборствующую сторону были острыми, как лезвия. Супер! Не хватало ещё оказаться тут между молотом и наковальней их внутренних разборок… Но на нас, слава Богу, никто не обратил внимания. Благополучно миновав эту «пороховую бочку», мы протиснулись внутрь Alter Hof.
В просторном и мрачном главном зале тоже было полно народа, но даже несмотря на это и на жарко пылающие камины, было довольно прохладно. Верхушки стен терялись в полумраке высоких сводчатых потолков, а узкие окна-бойницы пропускали слишком мало света. Поэтому на стенах дополнительно горели факелы. Мы подоспели как раз вовремя. Всё было готово к началу судебного разбирательства.
В центре торцевой стены, на небольшом возвышении сидел герцог Иоганн Виттельсбах — немолодой, грузный мужчина с тяжёлым взглядом и седеющей бородой. Его окружали писцы и чиновники. Сбоку, чуть в стороне гордо восседал его младший брат Стефан — высокий, худощавый человек с порывистыми, нервными движениями. А перед ними уже стояли просители. Суд шёл между двумя городскими ремесленными цехами и атмосфера, как и везде здесь, была напряжённой. И, как я сразу понял, дело заключалось не только в противоречиях между цехами, но и в соперничестве братьев-герцогов, каждый из которых защищал интересы разных противоборствующих сторон
В какой-то момент спор перешёл на повышенные тона. Один из мастеров сказал резкое слово. В зале поднялся гул. Кто-то из людей Стефана сделал угрожающий шаг вперёд. В ответ, стража Иоганна схватилась за оружие. Заседание угрожало перерасти в сражение. Напряжение готово было взорваться и всё внимание спорящих было приковано к центру зала.
Внезапно, я боковым зрением уловил необычное движение. Из-за колонны, располагавшейся рядом с тем местом, где сидел Иоганн, словно тень бесшумно вынырнул человек, закутанный в плащ. В руках он держал обнажённый меч, а его глаза горели яростной решимостью. Вероятно, он прошёл незаметно вместе со всеми и до поры притаился в тени массивной колонны, выжидая удобного момента. И такой момент настал. Он отшвырнул в сторону растерявшегося от неожиданности стражника и ринулся прямиком на почти безоружного Иоганна….
К чести герцога, он не растерялся и, быстро вскочив на ноги, схватился за кинжал — единственное оружие, имевшееся сейчас при нём. Небольшой кинжал против длинного меча… Едва ли у правителя Баварии были шансы.
Нападавший действовал быстро, но я оказался проворнее и мгновенно выскочил из-за спины герцога. Мой меч вылетел из ножен и скрестился с лезвием убийцы буквально чуть ли не у герцога над головой, парируя смертельный удар. Выкрикнув грязное ругательство, покушавшийся вынужден был переключиться теперь на меня. Зазвенели наши мечи, с грохотом опрокинулся один из столов и по всему полу разлетелись бумаги. Истошно завопили шарахнувшиеся от нас писцы, а побледневший Иоганн отскочил в сторону и прижался спиной к стене. Тем временем, нападавший оказался опытным бойцом и, возможно, мне предстоял нелёгкий поединок. Но тут я заметил, как ещё один человек в тёмном плаще отделился от колонны. Он распахнул вдруг полы своей одежды и, выхватив припрятанный там небольшой арбалет, нацелился прямо на меня…