Достигнув середины комнаты, тень остановилась и замерла в нескольких шагах от нас. А затем начала медленно растворяться, словно утренний туман. Лишь только глаза продолжали до последнего светиться в глубине капюшона — глаза Шамсуддина….
Иоганн, наконец, первым обрёл голос:
— Стража! Сюда! — заорал он.
За дверью раздалось громыхание и топот ног, а потом она распахнулась и на пороге, бряцая оружием, возникли силуэты вооружённых людей. Первые же стражники, ворвавшиеся в комнату, сразу замерли при виде странной тени, медленно исчезающей в центре комнаты. Кто-то смелый решился вдруг метнуть в неё копьё. Но без всякого толка. Копьё пролетело сквозь неё, как сквозь туман и врезалось в противоположную стену. И тут тень окончательно исчезла, а воины замерли на месте с открытыми от удивления ртами.
Там, где только что колыхался этот таинственный объект лишь на миг вспыхнул странный голубоватый отсвет, похожий на разряд молнии в темное и сразу же угас. Наступила звенящая тишина. Зато сразу стало теплее и факелы вернулись к своему обычному свету. В комнате опять стоял запах кожи, воска и дыма. Как будто бы ничего и не было. Да и мой амулет в поясной сумке сразу же «успокоился». Я вздохнул с облегчением. Кажется, магия покинула это место… Ну и славно! Честно говоря, мне в её присутствии было как-то не по себе.
На этот раз первым молчание нарушил Стефан:
— О, Боже! Что это был за призрак? — воскликнул он дрожащим голосом, — Или это был демон?
— Колдовство… не иначе, — тихим шелестом пронёсся шепоток среди стражников, столпившихся в дверях.
Тем временем, Иоганн медленно опустился обратно в кресло. Лицо его было бледным, но решительным.
— Признайся — это твоих рук дело, — вперил он в меня свой тяжелый пристальный взгляд, — Ты — колдун?
— Нет, Ваша светлость, — я уверенно и без робости выдержал его взгляд, — Это был Шамсуддин. Тот самый человек Тамерлана, о котором я вам говорил. Я узнал его. Вот он, похоже — точно колдун или какой-то восточный шаман.
— Тогда, ЧТО же это было?
— Я думаю, что это было предупреждение, — предположил я, — Или может быть своего рода — послание.
— Послание? Кому?
— Всем нам. Теперь мы знаем, какая грозная сила на нас надвигается.
— Да, уж…, - тяжело вздохнул Стефан, — Если враг столь силён, что в любой момент может проникнуть даже сюда, сквозь такое расстояние, то опасность, и вправду — серьёзная…
Братья-герцоги быстро и понимающе переглянулись, а затем оба взглянули на меня. Но теперь эти взгляды были уже другими. В них уже не было прежней властности и снисходительности, свойственной многим правителям, дающим аудиенции своим подданным. Они больше не смотрели на меня, как на обычного рыцаря, которого они могут по своей воле одарить или не одарить какой-то милостью. И они уже не решали — насколько я достоин этой чести. Нет, теперь они смотрели на меня как на единственную ниточку, способную привести к разгадке этого зловещего послания…
— Хорошо, Конрад Уттингер, ты поедешь на восток, вместе с этим колдуном — Шамсуддином, — проговорил Иоганн, — Я дам тебе грамоту и свой перстень. Они подтвердят твои полномочия перед азиатским владыкой. Согласен? — обернулся он к брату.
— Да, — коротко ответил тот, — Теперь не время для распрей. Это уже не вопрос политики или власти. Возможно, скоро это будет вопрос нашего общего выживания.
— И мы очень рассчитываем на тебя ritter, — добавил Иоганн.
— Благодарю за оказанную честь и доверие, — поклонился я правителям Баварии, — Я сделаю всё, что будет в моих силах.
— Нет, Конрад, этого мало. Ты должен сделать всё, что необходимо…
В ответ я лишь только снова поклонился.
Дорога впереди лежала дальняя и очень трудная. Я отчётливо понимал, что нам предстоит пересечь огромную территорию с различным климатом, рельефом, множеством стран и правителей. Поэтому всё оставшееся время мы, с Хансом посвятили тщательной подготовке нашего оружия, дорожного снаряжения и припасов. А ещё — мы во всех подробностях обсудили границы моих полномочий и наши мирные предложения. В заключении, мне выдали походную «казну» на дорожные расходы. Я сознательно отказался от сопровождения до места встречи, которое предлагали нам и герцог, и барон. Не хватало ещё заявиться в условленное место вместе с целым отрядом. Что может подумать Шамсуддин, увидев такое ещё издали? Так ведь миссия может и вовсе сорваться, даже не начавшись.