Наши взгляды встретились, и я в первый раз заметил, как потеплели его глаза и в них промелькнуло что-то очень похожее на уважение. Разобраться в эмоциях этого закрытого и сурового человека было не просто. Но, кажется, он по достоинству оценил мой поступок. А может мне просто показалось, и я выдал желаемое за действительное? Посмотрим…
Мы всё дальше и дальше углублялись в горы, периодически меняя проводников. Шамсуддин пользовался для этого любой возможностью. Ему важно было вести свой маленький отряд как можно боле скрытно. Но в горах иногда нет большого выбора путей движения и вскоре мы столкнулись с этой проблемой. Очередной проводник предупредил нас, что впереди мост, который охраняют местные «сборщики налогов». Одним словом — здешние разбойники, которые быстро сообразили взимать плату за проход по единственной дороге. Отличный доход. Стоишь себе на одном месте, ничего не делаешь и просто гребёшь бабло… Здорово устроились.
— Придётся платить, — сказал проводник, — Иначе они не пропустят.
— А нельзя ли этот мост как-то обойти? — допытывался наш командир.
— Нет, господин. Другой дороги нет, — развёл руками проводник, — Во всяком случае — в это время года… Вы же не хотите зимовать здесь до весны?
— Значит, мы пробьёмся силой, — решил Шамсуддин.
— Подожди, — остановил я его, — Никто не знает точно сколько их там, этих «сборщиков налогов». Вы можете понести потери, а люди — это главное, что у тебя сейчас есть. Их и так не много, а ведь впереди ещё долгий путь.
— Что же ты предлагаешь?
— Маленькую хитрость.
— Какую?
— Мы, с Хансом и несколькими вьючными лошадьми, поедем вперёд под видом купцов. К тому же, у меня есть грамота правителя Баварии. Кто знает, может она поможет? Но, в любом случае, мы отвлечём их стражу, затеем перепалку и начнём торговаться, переключая всё их внимание на себя. Можем даже затеять драку, чтобы они все вышли из укрытия. А вы, тем временем, внезапно атакуете. Если сосредоточить двадцать хороших стрелков на узком участке, то рукопашной схватки можно будет избежать. Вы просто перестреляете их с дистанции, не приближаясь. Как далеко и точно бьют ваши луки?
— По верь мне, Конрад, они способны бить ровно настолько, насколько это будет нужно, — усмехнулся Шамсуддин.
— Это как же так? — удивился я.
— Увидишь, — уклончиво ответил шаман, — Твой план хорош. Но вы рискуете. Вас могут убить до того, как мы подоспеем.
— Мы справимся, вы только не задерживайтесь…
— За это не беспокойся.
— И ещё — вам придётся вернуть наше оружие, — улыбнулся я, — С ним у нас будет гораздо больше шансов. Мы ведь теперь заодно. Поверь, мы никуда не сбежим. Я не меньше твоего хочу встретиться с вашим господином. Это и в наших интересах тоже.
Шамсуддин смерил меня пристальным взглядом, будто сканировал. Но колебания его длились не долго. Вероятно, он стал нам уже больше доверять.
— Хорошо, — кивнул он.
Вот и мост. На нём даже издали можно было разглядеть вооружённую стражу. Дальше всё пошло по плану. И мы, с Хансом, ведя в поводу пару нагруженных вьючных лошадей, смело двинулись вперёд. А отряд азиатов притаился за ближайшим поворотом скалы в ожидании моего сигнала. Я старался держаться как можно увереннее.
— Сто-ой! — крикнул нам один из стражников едва мы только ступили на мост, — Кто такие?
— Купцы из Баварии, — отвечал я, — Едем торговать в Милан.
— Ого, издалече же вы, — удивился стражник, — Ладно, но только проезд по этому мосту платный. Вам нужно будет заплатить пошлину.
— Вы не можете брать с нас плату! У меня охранная грамота от правителя Баварии герцога Иоганна Виттельсбаха, — с достоинством проговорил я, — До этого мы беспрепятственно проезжали по всем землям до самых Альп.
— Э-э, мы сейчас с тобой не в Баварии, приятель, — рассмеялся караульный, — Тут нет власти твоего герцога, здесь у нас свои законы. Плати или поворачивай назад. Иначе не пройдёшь.
— Вот как? — деланно удивился я, — Тогда скажи — кто твой господин, что поставил тебя сюда собирать налоги? Как его имя? Я везу товары ещё и для герцога миланского. Возможно, он захочет узнать имя столь ревностного сборщика налогов с поставщиков его двора.
— Чего-чего? — протянул стражник, быстро покосившись на мой меч, висевший на поясе и на секиру Ханса.
— Я должен знать кому плачу. Скажи имя твоего господина. И на каком основании он установил тут плату за проезд, — требовал я.
— Незачем тебе это знать. Плати и всё.