– Вы не против? – Он приближался медленно, шаг за шагом, не вполне уверенный в моих намерениях.
– Если бы я не хотел видеть тебя, то не стал бы тебя звать, верно?
Я улыбнулся, и тогда он подошел ко мне и подставил голову, чтобы я почесал за ухом. Немного погодя я сказал:
– Не стану отрицать, я действительно пытался избавиться от тебя до того, как сел на корабль. Прошу прощения. Возможно, я уже извинялся перед тобой, и если да, извиняюсь еще раз. Наверное, ты заподозрил меня в том же самом, когда я не пришел за тобой, но я не знал, что ты ждешь меня в Эльфрисе. Я подумал, что ты возвратился на корабль. Я отправился туда, а потом уже не смог вернуться к Гарсегу. Он рассказывал тебе, что случилось?
Гильф помотал головой.
– Возможно, он не знал.
Я уже думал об этом. Умнее Гарсега я никогда никого не встречал, и он страшно много знал; но таких людей легко переоценить, и ты легко можешь убедить себя, что они всеведущи. Но даже Вальфатер знает далеко не все.
– Раньше я думал, он все так подстроил, чтобы я встретился с Кулили, а мы с тобой потеряли друг друга, – сказал я. – Точно не знаю, но мне теперь мне кажется, что я ошибался.
– Мне тоже.
– Правда?
Я на пару минут задумался. Похоже, после того как мы с Гарсегом расстались, Гильф еще довольно долго ждал меня внизу, где обитали келпи, и если Гарсег вернулся туда, Гильф мог что-нибудь слышать. Наконец я принялся рассказывать про огра – просто потому, что он долго не выходил у меня из головы и мне хотелось обсудить эту тему. Я рассказал Гильфу, как он покалечил Данса и напугал Нукару.
– Я не верю, что это вообще призрак, – сказал я. – Зачем призраку удирать от Данса? Он мог просто исчезнуть. Баки, например, исчезает без особого труда, а она даже не призрак. Люди думают, что все огры погибли, но ведь на севере еще осталось полно великанов. Я думаю, это настоящий огр, который остался в живых и чувствует себя в безопасности, поскольку все считают, что огры давным-давно вымерли.
Гильф кивнул не сразу, но все же кивнул.
– Я пришел сюда не в поисках огра, я искал Дизири. Но возможно, мне следовало бы поискать именно его. Он наверняка живет здесь, в лесу.
Гильф помотал головой.
– Нет? Откуда ты знаешь.
– По запаху. – Гильф широко зевнул и лег у моих ног.
– Конечно, ты не чувствуешь запаха. С чего бы вдруг? Еще до сих пор моросит, а недавно шел проливной дождь. Во время дождя запахи не распространяются. Это всем известно.
Гильф ничего не ответил, но по его взгляду я понял, что он остался при своем мнении.
– Послушай, – сказал я, – все говорит в пользу моего предположения, и ты должен понимать это. Окна были открыты, поскольку стояла жара. Призрак или огр – я думаю, огр – мог просто забраться в дом через окно.
Гильф снова помотал головой.
– По-твоему, он слишком большой? Но он же выпрыгнул из окна, когда Данс погнался за ним, значит, он мог и залезть в окно.
Гильф из вежливости промолчал, но я понял, что он думает.
– Большое существо, вроде змеи в человеческом обличье. Так описал огра Данс, а уж Данс-то знает. Возможно, мы вернемся туда, когда погода станет лучше. Тогда ты сможешь выследить его для меня.
Гильф положил голову между лап и закрыл глаза.
– Тебя клонит в сон от моей болтовни? – спросил я. – Надеюсь, ты не боишься огра.
– Нет, – очень отчетливо произнес Гильф.
– Я, например, боюсь тебя. Потому-то и пытался отделаться от тебя до того, как мы переправились через Ирринг.
Гильф сделал вид, будто не услышал.
– Мне нравится рассказывать всем, какой я смелый. Вот ничтожество! Я сказал хозяйке фермы, что в Ширволе нет рыцаря, с которым я побоялся бы скрестить мечи. Возможно, так оно и есть; я не врал, когда говорил это. Но я видел, как ты изменил обличье, когда мы сражались с разбойниками, и перепугался тогда до смерти. Я не пугался, когда Дизири меняла обличье. Или когда Баки делала то же самое, как несколько минут назад. Я даже не очень испугался, когда увидел истинное обличье Гарсега при свете дня, хотя позже, в Муспеле, здорово испугался. Но с тобой совсем другое дело.
Гильф переложил голову на лапы и протяжно вздохнул, вроде как застонал.
– Извини. Я не хотел тебя расстраивать. Мне жаль также, что я оказался недостаточно смелым. Я рыцарь, а рыцари не должны ничего бояться. Кроме того, ты мой самый лучший друг.
– Пес.
Он взглянул на меня. У него были глубоко посаженные карие глаза на коричневой морде, и большую часть времени я не обращал на них особого внимания. Но когда Гильф сказал «пес», его глаза посмотрели прямо в мои, и я понял что он просит меня понять, кто он такой и что он чувствует.
– Да, – сказал я, – ты мой пес, и никто не должен бояться дружелюбного пса. Во всяком случае, рыцарь. Дизири говорила, что мечом под названием Этерне владеет один дракон – дракон вроде Гарсега, полагаю. Но как я смогу сражаться с драконом, коли боюсь собственного пса?