Лорн подал им знак, прежде чем пойти вправо; Дуэйн зашагал за ним по пятам. Лайам и Логан направились влево, чтобы обогнуть с другой стороны огромный склад, на темной и безмолвной территории которого они оказались. Йерас начал бесшумно карабкаться по его стене.
Эриал старался не подавать виду, но внутри у него все сжималось от разочарования, смешанного с гневом и тревогой. По пути, в мягко покачивающейся повозке, Лайам объяснил ему, что планы поменялись. Вместо того чтобы атаковать дом Андары, они опустошат один склад в порту.
Будучи в курсе дел Андары, Эриад тотчас догадался, о каком складе идет речь. Выслушав объяснение Ваарда, он понял, что не ошибся.
Чтобы спасти Ориаль от голода, Городской совет покупал третьесортное зерно, которое перемалывали в муку и затем по низким ценам продавали людям из самых бедных кварталов. Несмотря на дороговизну этой операции, члены Совета считали ее необходимой, в первую очередь для того, чтобы не допустить бунтов в столице Верховного королевства. Префекты кварталов отвечали за перераспределение муки, что позволяло Иоргасу обогащаться, придерживая часть запасов. Эту украденную у народа муку прятали на складе и затем сбывали по завышенной цене.
Ваард сказал, что Лорн получил неожиданное сообщение и в последний момент решил ограбить этот склад. Он, без сомнения, был защищен хуже, чем дом Андары, а удар, который они могли нанести, был бы столь же болезненным. Судя по всему, кузнецу этот вариант нравился куда больше первоначального.
— И что мы будем делать со всем этим зерном? — удивился Эриад.
— Как — что? Раздавать, конечно. Раздавать, малыш…
Стоя на улице, где они с Ваардом охраняли повозки, Эриад мог думать только об Андаре, который обезумеет от бешенства, когда узнает, что вновь остался в дураках. Эриад не был виноват в этом, но, зная главу милиции достаточно хорошо, он понимал, на кого тот обрушит весь свой гнев. На Эриада, конечно. Андара будет бушевать из-за проваленной операции, что уж говорить об убытках. Охраняют склад всего трое, потому что почти все милиционеры сейчас находятся в засаде возле дома Андары.
Эриад не был глупцом; время шло, и его подозрения росли. Что, если его разоблачили? Что, если Лорн послал его на разведку специально для того, чтобы дать возможность предупредить Андару? Что, если он с самого начала собирался ограбить склад?
Не находя места от тревоги, Эриад догадался: Лорн все знал и просто ловко использовал его. Разве не Йерас должен был идти к дому Андары? Разве не он разведчик и наблюдатель? Конечно, Эриад вызвался добровольцем. Но разве этого одного было достаточно, чтобы Лорн предпочел его Йерасу?
Чувствуя, как капли холодного пота выступили у него на лбу, Эриад окончательно утвердился в мысли, что Лорн все знал. Он знал, что Эриад хотел иметь свободу действий, чтобы предостеречь Андару. Лорн знал, что он вызовется идти, и даже рассчитывал на это.
Его обвели вокруг пальца, как мальчишку.
Теперь уже не имеет значения, как его разоблачили. Выходит, он чем-то выдал себя. Сейчас надо бежать, пока не все потеряно. Когда Лорн с остальными вернется, он наверняка призовет его к ответу или, что еще хуже, позволит ему бежать, а сам распустит слух о том, что Эриад подставил Андару. Это значило бы подписать смертный приговор. Нет, об этом не могло быть и речи. У Эриада, возможно, еще остался шанс объясниться с Андарой, но для этого он должен убежать немедленно.
А для начала устранить Ваарда.
Он медленно обнажил кинжал и повернулся к Ваарду, который все это время стоял у входа в переулок.
Но старого кузнеца там больше не было.
Эриад слишком поздно почувствовал, что за его спиной кто-то есть. Он не увидел, как получил удар, который оглушил его и обрушил наземь.
Ваард презрительно посмотрел на тело, распростертое у его ног. И плюнул на него.
— Предатель.
Лорн и Дуэйн без труда расправились с обоими часовыми, которые патрулировали склад. Лорн убил первого одним ударом в затылок. Дуэйн подобрался ко второму сзади, поднял его, пережав шею согнутой рукой, и, не обращая внимания на отчаянные пинки, не отпускал, пока тот не потерял сознание.
Лайам и Логан обошли склад и присоединились к ним.
— Никого, — сообщил Лайам.
В ту же минуту появился Ваард на одной из повозок. Человек, который охранял ворота, вышел вперед, чтобы остановить его и спросить, что ему нужно, но Йерас остановил его выстрелом из арбалета. На месте наконечника находился мешочек с песком. Этот удар в голову всего лишь оглушил часового: когда он очнется, у него будет сильная головная боль.
Ониксовые гвардейцы поспешили открыть ворота Ваарду. Они втащили часового за ограду, а Логан отправился за второй повозкой, в то время как Дуэйн и Лайам с некоторым трудом, но взломали замок на больших дверях склада.
Внутри лежали штабеля мешков с мукой.
— Грузим повозки доверху, — скомандовал Лорн.
— А с этим что делать? — спросил Лайам.
Он указал на бесчувственного Эриада, который лежал, связанный, в задней части повозки.
Лорн колебался.
— Я займусь им потом, — мрачно произнес Ваард.
Они взялись за дело.
Андара обнаружил своего шпиона ранним утром: связанный по рукам и ногам, он висел на вывеске «Сломанной шпаги»; веревка была такой длины, чтобы он балансировал на кончиках пальцев. Эриад был жив, его заплаканные глаза выкатились из орбит. Его отчаянные стоны заглушал окровавленный лоскут, вставленный в рот как кляп.
Взбешенный Андара велел, чтобы кляп вынули.
— Дурак, — сказал он. — Быстро же они тебя раскусили…
Но тот не ответил.
Противно хрипя, Эриад всхлипнул и выплюнул сгустки черной крови вместе с языком бродячей собаки, который ему пришлось терпеть во рту всю ночь, рискуя задохнуться. У многих из собравшихся милиционеров случился сильнейший приступ тошноты.
Одного из них вырвало.
— Говори, — процедил Андара, поднимая голову молодого человека за волосы.
Он был мертвенно-бледен от гнева, но этот гнев оказался ничтожным в сравнении с бешенством, которое охватило его, когда он обнаружил склад, где оставались только несколько развороченных мешков муки. Он выместил гнев на часовом, которого едва не забил насмерть, и затем, потрясая окровавленными кулаками, метался туда-сюда, словно загнанный в ловушку хищник.
Иоргас понес значительные убытки. Впрочем, он настолько богат, что из-за кражи этой муки и пальцем не пошевелит. Для Андары же последствия были серьезными. Безусловно, ограбление склада приведет к огромным финансовым потерям, в результате которых он не сможет платить подручным, информаторам и другим, кто служил ему только из корыстных интересов. Кроме того, очень скоро он станет посмешищем в глазах всего квартала.
Потому что весь мир уже знает или очень скоро догадается, кто похитил муку, и Андара не мог предотвратить это. Новость, вероятно, распространилась по кварталу, и Лорн Аскариан, сидя в своей проклятой башне, ликует, а жители Красных Мостовых потешаются над тем, как ловко и умно он и его люди провели милицию. Они украли украденное, похитили как бы не существующий товар, который по этой причине не мог стать предметом жалобы. Либо глава милиции сам отомстит обидчику, либо должен помалкивать.
И если кто-то еще не верил, что в этом была замешана Ониксовая гвардия, то во второй половине дня сомнения развеялись окончательно, потому что в Черной башне устроили первую бесплатную раздачу муки.
С наилучшими пожеланиями от Первого рыцаря королевства.
С тех пор на дверях домов квартала все чаще стал появляться рисунок с изображением скрещенных шпаг.
ГЛАВА 16
Проходили дни, а Андара никак не давал о себе знать, да и милиционеры заметно притихли: они продолжали мерить шагами улицы Красных Мостовых, но старались избегать стычек и даже оказывали населению кое-какие услуги.