— Возможно, его фамилия настолько известна, ее и называть как-то неприлично? — хмыкнула девушка.
Возможно, вот только откуда мне знать, к кому в лапки я попаду? Ладно, распросим кого-нибудь на досуге про этого таинственного Л., который настолько могущественный, что не может выйти из собственного купе.
Наконец, мы добрались до двери в локомотив. В ответ на мой стук к нам выглянула озабоченная физиономия с седыми подкрученными усами.
— Добрый день, Василий Иванович? — спросил я.
Тот кивнул.
— У меня для вас передачка, — сказал я и сунул ему саквояж, — от Механика.
Выражение его вытянувшегося лица трудно было передать словами.
— От… — проговорил он, бегая глазами, — … Механика?
— Да, он очень просил передать вам все в целости, — кивнул я и направился прочь. — Почуяла артефакт?
— Угу, — отозвалась Метта. — И судя по магическому фону…
Она замолчала.
— Что такое? Метта?
— Его чуд-хранитель очень благодарна тебе.
Шум в коридоре заставил меня насторожиться. Я не спал уже где-то минут пять и, лежа на полу, слушал шум ветра за окном.
Тихо. Слишком тихо, и это мне не нравилось. Такие тихие ночи — идеальное время для убийц.
Мое терпение было вознаграждено — за бумажной стеной мелькнула тень. Секунду спустя дверная панель еле слышно отъехала в сторону, и в комнату шагнула фигура в черном.
Блеснуло обнаженное лезвие. Ага, значит, пришел поиграть…
Я выровнял дыхание, нащупал под подушкой кинжал и из-под полуопущенных ресниц наблюдал за ночным гостем.
Он передвигался так тихо, что даже листочек, упавший на водную гладь, наделал бы больше шума. Профессионал.
Давай-давай. Еще ближе! Мне нужно, чтобы ты подошел максимально близко и тогда…
Едва приблизившись к краю постели, фигура растаяла в воздухе.
Я перекатился в сторону, и — хоп! — в подушку вонзился меч.
Подсечка, и убийца, прыгнувший на меня сзади, полетел на пол.
Через секунду я уже на нам. Острие кинжала замерло у его горла.
— Ты… — рыкнул я, но убийца снял маску.
— Хорошие рефлексы, Илья Тимофеевич, — улыбнулась мне Метта. — А уж думала, мне удасться вас зарезать!
— Тьфу ты! — покачал я головой. — Я и забыл, что мы в моем сознании!
— Ишь вы как! — хихикнула она. — Привыкаете?
— Пожалуй… Тут, черт его дери, так реалистично… И спокойно.
Я отпустил ее и сел рядом.
— Поэтому я и решила, вас немного напрячь, — кивнула Метта, обняв меня за шею. — Нельзя расслабляться даже во сне. Закон ускоренного развития суров!
— Эхх… Вот получим наследство, подзаработаем, хапнем энерии гору и…
Я огляделся. А тут было до чертиков красиво даже ночью.
— Сделаем себе такой же домик! — решил я. — И чтобы пруд был, и двор с камешками!
— И стены бумажные?
— Ну на севере это, конечно, лишнее, но мы что-нибудь придумаем. Ладно, давай спать.
— Но вы уже спите, — заметила Метта.
— Неважно.
— Как это неважно? Сон — лучшее время для…
И она хлопнула в ладоши.
— … тренировки!
Вдруг двери вокруг раскрылись, и к нам вошли еще шестеро вооруженных парней в черном.
Покинув пределы Резервации, поезд встал на дозарядку на станции. Когда двери открылись, я смотался к Колодцу.
Вернее, мы с Женей смотались. За сутки я израсходовал так много энергии, что тело перестало слушаться.
— Беда, — сделал я вывод, ощупывая ноги, потерявшие чувствительность.
И нет, Метта со своей ночной тренировкой, в этом не виновата. Все эти гремлины, беготня да и синхронизация, будь она неладна.
Однако друг охотно меня выручил.
— Залезайте, я доставлю вас по адресу! — вызвался Устинов, опускаясь на корточки.
Ну что ж… Пришлось забраться к нему на спину и таким макаром добраться до энергобазы.
— Вот это настоящий аристократ! — хихикнул попавшийся нам на пути Шах.
За порогом базы меня встретила пара здоровенных кубов, подсоединенных к сложному цилиндрическому устройству. Один куб был синий — артефакт Движения, а второй зеленый — Жизни. Как раз то, что нужно для лекарей.
— Эх, мне бы такой… — вздохнул Женя, и при виде цен его виски тут же покрылись испариной.
Я отпустил его, и пока мы со служащим торговались, Шпилька умудрилась облазить помещение со всех сторон — к вящему неудовольствию работников. Пришлось даже на нее шикнуть, чтобы ее неуемное техническое любопытство не привлекало к нам излишнее внимание.
— Не могу ничего поделать! — сказала девушка, появившись в своей девичьей форме. — Мне все интересно, а механизмы… они мне словно родные!