Но нет, все точно. Внутри было пу…
И тут изнутри брызнул вал пауков!
— Ох, ма-а-а-ать! — завизжал ошалевший наемник и, отряхиваясь, отпрянул. Вдруг спиной он наткнулся на что-то твердое.
Охнув, дрожащий Лось обернулся.
Перед ним со строгим видом стояла автомат-горничная. Руки лежали на широких бедрах.
— Ах ты, сука!!! — в голос зарычал Лось, попятившись. — Напугала!
Он хотел долбануть тупую жестянку, но разглядел позади нее еще десятерых автоматов.
Сука, и слева, и справа! Твари заполнили всю комнату!
— Как…
Он точно помнил, что внутри не было никого, кроме той четырехрукой сучки за столом.
Только Лось подумал об этом, как сбоку загорелся синий огонек. Заскрипел стул, и автомат в костюме поднялся на ноги. Следом разноцветные огоньки замерцали в груди у остального десятка устройств.
И одним из них была фигура с надписью «Прочь» на роже.
— Блин! — вскрикнул Лось и тут же получил от горничной мощную оплеуху. Потеряв равновесие, он грохнулся на пол и ударился башкой о край сейфа.
Перед глазами запрыгали звездочки. Затем все заволокло тьмой.
— Мы отдадим его Рен⁈ Да? Да⁈ — вдруг послышался голосок сквозь забытье. — Ну пожалуйста!
— Может, располовинить его прямо здесь? Ги, давай не стесняйся. Твоя честь пострадала!
— Или может, подождать Илью, и он сам скажет, что делать?
— Что-то хозяин не отвечает… Мио, не видела Шпильку?
Услышав голоса, Лось очнулся на полу. Над ним стояли автоматы с ярко горящими геометриками в груди. Вокруг по стенам прыгали тени.
— Мфф! — замычал наемник и попытался встать, но его руки оказались связаны. Во рту торчала тряпка.
— Очнулся! Очнулся, голубчик! — заголосили автоматы, со скрипом расхаживая вокруг.
В их руках сверкали ножи, топоры и дубинки с гвоздями. «Зубастая» горничная сжимала огромную бензопилу.
— Мффф! — задергался Лось, но не это оказалось самым страшным.
Под рубашкой, в штанах и на лице он почувствовал щекотку. Через мгновение наемник осознал — по нему ползал целый выводок пауков.
— Не волнуйтесь, ваше благородие. Я знаю Лося уже семь лет. Он, конечно, иногда может взбрыкнуть, но свое дело знает, — сказал Родиону Горбатову наемник по имени Тим, пуская кольца дыма в потолок броневика. — Ни разу еще не лажал.
— Тогда почему он еще внутри? — скосил на него глаза Родя, щелкая пальцем по рулю. Ждать он не любил, особенно простолюдинов. — Тут дело на пять минут — открыть дверь!
— Поди заплутал. Говорят, там внутри целый лабиринт.
— Кто говорит?
Тим только пожал плечами, и Родя сжал пальцы на руле. Ладно, времени еще вагон. Наследник Онегина все равно просидит у Ленских, как минимум, до завтра. А раз дуралей испугался, то и хер с ним: через час Таврино будет принадлежать Горбатовым уже по факту.
А поймать пацана и вынудить поставить закорючку на дарственной — дело техники. Сам Родя этим и займется.
Минута сменяла минуту, а ворота даже не шелохнулись. Ох, если окажется, этот Лось решил повозиться с сейфом или свистнуть серебро, ему кирдык!
— Какого хера он до сих пор внутри? — прошипел Родя и еще плотнее запахнулся в плащ.
Холодрыга еще… И ладно бы только холодрыга, так и с неба уже полчаса льется месячная норма осадков. На лобовом стекле нихера не разглядишь, даже «дворники» не справлялись.
— Где этот долбанный… Как там у него вторая кликуха?
— Амерзонский ниндзя…
Выругавшись, Родя опустил стекло на двери и посмотрел в бинокль на усадьбу.
НИ-ХЕ-РА! По-прежнему тихо, темно и пусто.
— Слышали? — подал голос мохнатый нелюдь по кличке Серый с заднего сиденья. — Кажется, кто-то кричал?
Родя нахмурился. Даже если кто-то и кричал, то дождь поглощал вообще все звуки.
Ох, если этот хваленый Лось облажался! Ох, если девки засекли его! Ох, если он реально решил покопаться в онегинских закромах!!!
На заднем сидении заерзали. Этим баранам тоже не по себе.
— Тихо! — шикнул на них Тим. — Просто флюгер на крыше скрипит. Как маленькие…
— Или скажете, что верите в проклятье? — ухмыльнулся Родя. — Ха!
И он снова прижал глаза к окулярам. Однако что-то и ему стало не по себе. А Лося все нет и нет…
Вдруг Роде вспомнился старший брат Ян. Тот был туповат, но смел как три быка, вот как-то по дурости он прихватил пару дружков и поехал ночью в Таврино.
Что там с ним произошло, никто так и не узнал. Просто Ян как-то вернулся истощенным и седым как лунь, повторяя лишь одну фразу — «закройте дверь в подвал». До сих пор бедолага проходит спецкурс в Шардинском дурдоме.