Поднявшись из кресла, он подошел вплотную к стеклу.
— Я хотел продемонстрировать им некоторые особенности объекта 1-A. Конечно, я не рассчитывал, что он напугает вас настолько сильно…
— Не напугает, а скорее удивит. Я не ослышался — объект 1-A? То есть?
— Вы сейчас находитесь на объекте 1-А, или Цитадель. А есть еще одна Цитадель, сестра-близнец нашей, и она там — в Амерзонии. В недрах этой второй Цитадели и притаился кристалл, который питает ее. Ваша задача — обесточить Амезонскую Цитадель, забрать кристалл и привести его в ШИИР. Вот это и есть ваша задача, господа.
Я хотел завалить его еще кучей вопросов, но Вернер обрубил их одним движением:
— Приятно было с вами познакомиться, — сказал он и, отвернувшись, пошел к выходу. — Госпожа Метта, ваш выход через окно! А вы, Илья, и вы, Акихара — устраивайтесь поудобней, а я справлюсь насчет лифта. Необходимо пустить его как можно быстрее, чтобы вам не пришлось тратить драгоценное время и расхаживать по этим коридорам как призракам!
И он скрылся за дверьми.
Дождавшись, когда его шаги затихнут, я откинулся на спинку кресла. Ну и чудак… В голове было столько мыслей, что они буквально вываливались наружу. Судя по выражению лица Аки — у нее было не лучше.
Метта бросила в рот еще одну конфетку, запила ее чаем, а затем поднялась.
— Илья, ты не поверишь.
— Точно. Вся эта Цитадель….
— Я не про это, — покачала она головой, а затем, подойдя к стеклу, прижалась к нему головой. — Неужели не видишь? Здесь все такое… реальное.
— Ты о чем?
— Я только что пила чай с Вернером, неужели не понятно? Я пила чай, ела конфеты… Конфеты дрянь, да и чай такой себе, но…
— В смысле? Ты не можешь оттуда выбраться⁈
И я тоже вскочил со стула. Он грохнулся об пол у меня за спиной.
— Могу, — раздался ее голос у меня за спиной. — Но…
Я обернулся. В нашей половине стояла Метта.
— Но она не может.
Я снова повернулся к стеклу. Прижавшись к его запотевшей поверхности, за ним по-прежнему стояла моя спутница. Аки была в шоке.
Метт было две.
Приблизившись к порогу мастерской, Тома встала как вкопанная. Оттуда раздавался треск сварки, что-то шипело, сверкало, а еще дребезжало, рычало и дымилось.
Короче, такое ощущение, что оттуда и начнется новый виток Гигантомахии. Будь Тома в другой ситуации и не сжимай она в руках платье самого жуткого монстра, которого ей приходилось встретить за все свои двадцать два года, она бы точно свалила да подальше. Мало того, что она слышала непрестанные «пу-пу-пу», доносящиеся из-под двери, так еще оттуда страшно воняло селедкой и перебродившей смазкой!
Все так. Но ей отчего-то очень хотелось порадовать эту несчастную девочку, которая почти всю свою маленькую жизнь просидела в углу… В подвале! Одна! В облике монстра! А из друзей у нее была пара крыс да косматая неряха Вен с ее пауками.
Сжав ткань, Тома раскрыла дверь и застыла на пороге. Платьице едва не выскользнуло у нее из рук.
В помещение, где и шагу нельзя было ступить от обилия пустых банок из-под сгущенки, а еще сотен и сотен инструментов, верстаков, цепей и кучи разного оборудования, стояла длинная стремянка, а под потолком висели…
Засверкало, и Тома закрылась рукой. Искры брызнули на пол и фокс отступила.
— Ух-ты, пух-ты! Устал… — пробубнил Механик, стоявший наверху стремянки, и приподнял сварочные очки. — Ой! Не поможете ли Механику, Тамара Сергеевна?
— К-к-как? — спросила Тома, не смея оторвать глаз от размашистых крыльев, накрывших помещение от стены до стены. Они напоминали гигантские крылья летучей мыши.
— Подайте, пожалуйста, баночку, а то лапки занятые, — сказал гремлин и ткнул концом сварочного пистолета в банку на соседней ступеньке.
Прижав платье к груди и стараясь не испачкаться, Тома проскользнула под мембраной крыла, подхватила банку и сунула под нос Механику.
— Хорошо, — кивнул гремлин. — А теперь, пожалуйста, сожмите, да покрепче!
— Так? — спросила Тома, нажимая на банку всей пятерней.
— Еще-еще! Не стесняйтесь! Чем крепче сожмете, тем лучше! Давайте, вы же фокс! Сожмите, как…
И Тома раздавила банку всмятку. Оттуда тут же выплеснулась сгущенка и полетела в мордочку гремлину. Тот не зевал и, открыв свой зубастый рот, подставил глотку.
Тома рванула платье в сторону. Сглотнув, Гремлин громко рыгнул, а затем затрясся всем телом.
— Хороша, зараза… — и опустив очки, вновь щелкнул пистолетом. На Тому посыпались искры, и она бросилась в сторону.
Ладно, может быть, искать швейную машинку именно сейчас было не самой лучшей идеей…
Ага! — охнула Тома, заметив в углу искомое, и вновь юркнув под крылом бросилась к машинке. Та оказалась заправлена, а само главное — в ней не было ни грамма автоматики!
Отлично, значит, договариваться с этой штуковиной не придется!
Расположив платьице, Тома немного повозилась с нитью и едва она сделала первый стежок, как сзади хлопнула дверь.
Тома оглянулась.
— Эй, косматый! — крикнула Вен на все помещение. — Готово⁈
По полу тут же забегали ее мохнатые дружки.
— А то! — расплылся в зубастой улыбке гремлин и, выключив свою дискотеку, съехал со стремянки на пол. — Ждет только тебя, Вен! Пришлось разобрать целую дюжину негодных автоматов, но каков результат!
Его лапка указывала в противоположный угол, где стоял огромный стол, а вот на нем лежало нечто огромное, бугристое и многосуставчатое. Сверху это нечто закрывал плотный брезент, но из-за уголка к полу свисала рука. Тома сглотнула.
— Так чего ты ждешь⁈ — воскликнула Вен и сбросила на пол свой балахон. — Давай за дело! Меня аж трясет от нетерпения!
И пошлепала к машине в абсолютно голом виде. Тому она совсем не смущалась, да и Механика тоже. Гремлин вытер руки и мордочку ветошью и побежал к странному агрегату.
Схватив брезент, он потащил его на пол.
Только углядев кучу рук, сверкающих металлом, Тома повернулась к машинке. Там было еще нечто, напоминающее длинные спицы и хвост, но не ее это дело — главное платьице дошить, а не то…
— И что для моих малышек найдется место?
— А то! Можешь собрать их и постоянно носить с собой. Вот так!
— Ой, щекотно! Полегче, ушастый! Я же все же девочка!
— Пу-пу-пу… пых-пых-пых… Подожди, вот оно! Можешь двинуть рукой? Хоть какой-нибудь⁈
— Да… О, да! Оооооо, да-а-а-а… Дай мне зеркало. Зеркало!
Заскрипело — громко и протяжно. Затем нечто разбилось.
— Нет, стой, Вен, не так быстро… Нет! Что ты… Ладно, держи. Далеко не все получилось так как надо, однако…
Скрежет прокатился такой дикий, что Тома со страху вжала голову в плечи, но не оборвала стежка.
Черт с ними, она не обернется, пока не закончит!
И тут оно защелкало. Легко и изящно. Туда-сюда, словно по полу бегало нечто быстрое и крайне агрессивное. Щелк-щелк-щелк, справа, а потом слева. Затем снова защелкало, но уже сверху!
— О боже, что я наделал⁈ — кричал Механик. — Я создал монстра! Я гений!
— Да… Ахахахаха, теперь я могу все! Я живая! Я живая!
Тома снова вся сжалась — нечто огромное пробежало рядом. Затем затихло, а потом снова двинулось. Щелк-щелк-щелк, и прямо к ней!
— Эй, что это там у тебя? — нависла над ней тень, говорящая голосом Вен. — Платье? Для Рен что ли?..
— Да… — скосила глаза Тома, и увидела свое вытянутое отражение как в кривом зеркале.
— Ишь как! А я думала ты только щи варить умеешь и от Сен огребать! Ну твори!
И щелкающее по полу нечто убежало прочь. Хлопнула дверь, и за ней до Томы донеслось:
— Я живая! Я живая!
— Оу, Вен, тебя прям не узнать! Как удивительно!
Они еще долго там охали и ахали, а Тома тем временем закончила платьице. Надо было конечно взять мерки с Рен, но разве она позволит? На глазок, и ладно. Даром, что рядом лежало похожее тельце, и получилось несколько раз прикинуть размеры.