…Долгожданная река появилась из-за кустов внезапно. И очень скоро. Бертрану показалось, что он не успел пройти и сотни шагов. И место было именно то, которое он искал: всего в десяти шагах, у берега, лежал на песке челнок, а напротив, у выезда из просеки, паслись кони и горел костерок — там его дожидался Моран. Собравшись с силами, Бертран стащил лодку в воду, погрузил в нее бочку и, загребая против течения, направил челнок к берегу…
— Слава Богу! — поклонился кавалеру латник Моран. — Добрались, мессир Бертран, слава Богу!
— Помолись об упокоении души бедняги Роже, — буркнул Бертран. — Утоп в болоте…
— А тот разбойник где?
— Зарубил я его, как только дорогу показал…
— А Марсиаль? Марсиаль где?
— Марсиаль? А что ему сделается?! Он всю ночь продрых, бортника караулит. Вино есть? Давай сюда!
Моран суетливо полез в переметную суму за флягой. Бертран выдул ее единым духом и сказал:
— Нечего рассиживать! Туши костер, бочку погрузим на лошадь и живее к виконту, пока еще солнце не взошло…
Драгоценную бочку пристроили на вьюк. Бертран взлетел в седло, босыми пятками пришпорил коня и поскакал по просеке в сторону Мариендорфа. За ним скакал Моран, державший повод вьючной лошади. Он тоже рассчитывал получить награду и тоже боялся наказания. Просека была узкая — та самая просека, по которой третьего дня скакали, удирая от мифического великана, Андреа и Франческо. Здесь-то и пересеклись пути Бертрана и Марты…
Марта услышала топот копыт, шелест разбрасываемых кустов и треск сушняка. Сонливость ее как рукой сняло.
Кто же там? Если это люди Шато-д’Ора, то надо спрятаться, потому что на ней кольчуга герцогского воина. Если воины герцога, то по коню Мишеля в ней признают переодетого врага. Она стала разворачивать коня, чтобы съехать с дороги и углубиться в лес. Но тут произошло непредвиденное: копье Мишеля зацепилось за какую-то ветку. Марта попыталась его отцепить, но ветка хлестнула ее по лицу, и Марта нечаянно ударила коня шпорами, пытаясь усидеть в седле. Конь встал на дыбы — и понес Марту прямо навстречу выехавшим из соседних кустов всадникам…
— Что это? — спросил мессир де Фонтенель, поворачиваясь к Морану. — По-моему, кто-то из наших…
Марта увидела всадников в багровых плащах и подумала, что это — конец. Она неумело выдернула из петли копье и сунула его под мышку, метя во врага.
— Проклятье! — взревел Бертран. — Он атакует нас! Эй ты, остановись, черт побери!
Но никто из всадников уже не мог сдержать коней… Марта, выставив вперед копье, неслась вперед. Острие копья, пробив кольчугу, увязло в животе Морана. Древко вывернулось из-под мышки Марты и со страшной силой хватило по лицу мессира Бертрана, который с воплем вылетел из седла и грянулся оземь… Все произошло очень быстро, может, за секунду, может, за две… Марта проскакала еще с десяток метров, и тут конь ее остановился как вкопанный. Марта испуганно оглянулась и увидела, что в этой схватке одержала полную победу. Моран катался по земле, орошая кровью дорогу и оглашая окрестности душераздирающими воплями. Мессир Бертран упал крайне неудачно — ударившись о камень, лежавший посреди просеки, раздробил крестец…