Но прежде чем заговорить, Клер с удивительной для ее комплекции легкостью скользнула за ширму, где почивали служанки, и, убедившись, что обе они спят (одна даже похрапывала во сне), вернулась и стала обучать благородную леди тем сельским способам, когда молодые люди могут доставить друг другу удовольствие, не заходя дальше положенного.
Милдрэд слушала, и сердце ее неистово билось. Девушка, закусив губу, с трудом сдерживала дыхание. Так вот оно что… А ведь она и раньше со смехом наблюдала повадки животных, видела, как бык лижет промежность коровы, вместо того чтобы сразу забраться на нее, ну и все такое прочее. Но это делали животные, а в церкви учили, что утехи плоти — грех. Сближение и любовь должны быть направлены лишь на продолжение рода и позволительны только между супругами. Но ведь Милдрэд и собиралась стать женой Артура. И вот, оказывается, эти утехи могут быть не только для того, чтобы спариваться и зачать. Девушка внимательно слушала, где надо взять рукой мужчину, что делать, как его ласкать пальцами и губами или как тереться телами друг о друга, чтобы довести своего любимого до апогея, чтобы он ощутил удовлетворение, не мучаясь неутоленным желанием, но не проникал в женщину. Но и женщина от подобного может получить удовольствие, отдаваясь не тем способом, какой принято считать супружеским, а таким, когда можно полностью открыться, отдаться ласкам, но при этом не потерять девственность. Есть такие укромные места у женщины… мужчины о них знают. Особенно умелые мужчины. И, похоже, Артур из таких. Он знает и все сделает, если Милдрэд ему подскажет, чего ждет. Ну а там только ее разумение подведет к тому, чтобы остаться девственницей и без страха, с чистым сердцем стоять перед алтарем.
— Все, все, Клер, хватит! — остановила наставницу девушка, даже зажала ей ладошкой рот. — Довольно, я все поняла.
Она отвернулась, пряча пылающее лицо. Надо же… И это обычно такая строгая и благопристойная Клер! Милдрэд всегда считала ее едва ли не столпом добродетели. Выходит, правдивы те слухи, что некогда сия достойная матрона была… Но ведь за годы в супружестве с Пендой она никогда не давала повода для подобных сплетен.
Да и сейчас, задергивая занавески на ложе воспитанницы, Клер что-то бормотала про Пенду. Мол, соскучилась, мол, хочет к нему. Ибо он у нее еще мужчина хоть куда, несмотря на то что седой. Милдрэд было стыдно это слушать. И вообще, после наставлений Клер она теперь вряд ли уснет.
Об этом думала девушка, вслушиваясь в стук начавшегося в ночи дождя. И сердце билось, и в голове носился рой мыслей. А потом сразу уснула — сладко и глубоко.
На другой день Милдрэд отправилась с Гаем и Артуром смотреть, как продвигаются работы по осушению участков фенов. Вместе с работниками они поплыли на лодках-плоскодонках, причем девушка была странно молчалива и словно опасалась смотреть на Артура. После того, что посоветовала ей Клер… Ей все же надо было побороть свою девичью стыдливость, чтобы решиться на подобное.
Артур заметил, что Милдрэд держится с ним как-то скованно. Неужели смущена тем, что случилось вчера на башне? А ведь ранее она была лукавой и игривой после их объятий, переглядывалась с ним, будто их объединяла некая общая тайна. Сегодня же и глаз поднять не смеет, отвечает лишь краткими репликами, словно он ее чем-то обидел.
Юноша даже заволновался, однако, когда они прибыли на место и Милдрэд стала наблюдать за работами, она вроде как пришла в себя. Объясняла, как проводится осушение, указывала, где вдоль выбранного участка прорывались канавы, собирающие влагу и способствующие быстрому просыханию земли; рассказывала, как нужно направить вырытый желоб, чтобы придать тому или иному потоку нужное направление и тем самым отвести воду от осушаемого участка. Даже Гай заинтересовался, и они пошли смотреть, где достаточно прорыть траншею для оттока воды, а где надо использовать деревянные желоба. При этом девушка заметила, что им все же придется возвести плотины, используя бревна и камни, которые надлежит скрепить глиной, чтобы она удерживала воду, когда по весне заводи затопляют землю.
Артур был поражен, насколько много знает его будущая жена, казавшаяся такой легкомысленной и беспечной, а на деле давно готовая стать хозяйкой в поместьях. И он учился у нее, задавал вопросы, а наблюдавший за ними Гай посмеивался в усы, особенно когда управляющий Хродерав, не больно-то и общительный, заявил, какая из них получится ладная и согласная во всем пара.