— Как две недели? — изумилась она, не понимая, как она смогла прожить без сознания две недели без подходящей медицинской помощи, ведь ни капельницы, ни препаратов в комнате она так и не заметила. — А что с убежищем? — вдруг опомнилась она, вспомнив причину своих травм. — Все, что там было…
— Правда, — перебил Алису Франк. — Мы зачистили его и сожгли все тела. Все, что можно было спасти, перенесли на наш склад в доках. Так что, если тебе что-то понадобиться, оно полностью твое. Мы переживали, что кто-то видел эту бойню или ее последствия, но нам повезло. В твоем районе всем будет плевать, если рядом взорвется атомная бомба. Может, так даже лучше, — печально улыбнулся оборотень, посмотрев Алисе в глаза.
— И все эти две недели я была без сознания? — не понимала охотница. — Но, как? — Она еще раз рассмотрела комнату. — Тут нет того, что бы поддерживало меня две недели, пока я не могла есть и пить. Я хоть и проклята на вечные муки, но я все же живая, — заявила она требуя тем самым объяснений от старика. Тот печально вздохнул, сел на стул, на котором его впервые после того, как очнулась, увидела девушка, и посмотрел на нее полными печали и сожаления глазами.
— Нет, Алиса, — возразил вождь поселения. — Ты не была без сознания эти две недели. Все это время ты была мертва. Ты не доехала до нас. Каиль привез тебя уже мертвой. Бедный мальчик. Он опечален твоей смертью сильнее всех. Считает, что это его вина. Он настоял на том, чтобы тебя не сжигали сразу, а попрощались с тобой, как полагается прощаться с добрыми друзьями, хоть мы и не успели стать таковыми. Мы используем эту комнату для прощания с погибшими, — признался он. — Мы оплакивали тебя все две недели. Я не позволил тебя сжечь, потому что заметил, что твое тело не подвергается разложению. Решил, что это знак. Мы сделали тебя своей Святой. Приходили излить душу и попросить помощи у твоего духа. Я пришел помолиться тебе сегодня, — заявил Франк.
У Алисы все поплыло перед глазами от такой новости. Она едва не потеряла сознание, но схватилась за стену, найдя точку опоры. Заметив это, старик подскочил со стула и подбежал к ней, чтобы помочь той сесть на кровать и прийти в себя. Она непонимающе уставилась на оборотня, но в его глазах увидела испуг и беспокойство. Алиса, что оборотень не лгал. Ему было просто не за чем это делать. Неожиданно с коридора донесся торопливые шаги, словно несколько человек бежало по коридору. Затем дверь распахнулась, и в комнату ввалилось несколько молодых людей с внуком вожака во главе, привлекая к себе удивленные взгляды собеседников. Все пришедшие с удивлением уставились на Алису, словно никогда прежде не видели людей. С десяток молодых людей столпилось у входа, еще столько же высовывалось за ними, а дети протискивались между взрослыми, с любопытством рассматривая ожившую святую.
— Живая. Все же живая, — тихо выдохнул взволнованный Каиль, не отрывая глаз от воскресшей охотницы.
— А ты надеялся сбагрить меня на т от свет по-быстрому? — усмехнулась Алиса, смущенная вниманием стольких людей. — Я же проклята, забыл? Если не хотели, чтобы я возвращалась, стоило сразу меня сжечь, — самоуверенно заявила она, вызывая у старого волка веселую улыбку. Его явно забавляло поведение Алисы, которое моментально изменилось, стоило в ее поле зрения появиться большой толпе нежити.
— Ты как-то долго воскресала для проклятой, — вскинув бровь и сложив руки на оголенной груди, ответил ей тем же тоном Каиль, сохраняя холод в глазах и равнодушие на лице. Алиса бегло оглядела оборотней с ног до головы. На всех были либо черные брюки либо джинсы. Некоторые были в черных футболках, кто-то продолжал хвастаться красивым торсом. На внуке вожака была приталенная черная рубашка, подчеркивающая слишком тонкую для взрослого мужчины талию, которая так странно сочеталась с широкими плечами и накаченными грудными мышцами, которые виднелись через разрез благодаря расстегнутым верхним пуговицам.
— А я смотрю, вы уже мне поминальную службу устроили? — она указала на их темный дресс-код. — Отменяется траур. Я вам еще кровь попорчу. А пока есть что перекусить? Возвращение с того света требует много энергии, — уверенно заявила она, вызывая у всех скромные улыбки. Алиса вернулась, оставшись прежней. Она никому так и не расскажет о своем странном сне, который заставит ее еще сильнее приглядываться ко всему, что происходит вокруг.
Тайна жизни
Сказать, что все были в шоке, это ничего не сказать. Когда Алиса показалась в главном зале, где все играли и тренировались, и ее увидела большая часть стаи, оборотни сначала ужаснулись. Они знали о том, что мертвецы восстают из могил. То и дело они ощущали их стойких запах, когда ветер дул с кладбища. Но тех всегда кто-то убивал: охотники, другие монстры, которые оказались неподалеку, или обычные перепуганные люди, в руках которых было что-то достаточно тяжелое, чтобы отбиться от странного, страшного человека. Именно за зомби сначала и приняли Алису. Некоторые старшие оборотни даже попытались подбежать к ней и оторвать голову, дабы не подвергать опасности детей, но Каиль и его друзья быстро поняли намерения своих сородичей и прикрыли Алису.
— Она не зомби, — громко заявил внук вожака. — Она вернулась к нам. Проклятая смертью оправдала свое имя. Ее душа гналась за жнецами две недели, но ни один не осмелился остановиться в своем побеге и она вернулась к нам. — После его слов толпа радостно заликовала, хлопая в ладоши.
— Что за чушь он несет? — недовольно и довольно тихо, но с заметным раздражением возмутилась Алиса.
— Это наша вера. Мы убеждаем детей, что не умираем, а играем в догонялки с жнецами смерти, — тихо пояснил ей Франк, приблизившись к ней, чтобы никто кроме нее не слышал ее слова. — Благодаря этому дети не бояться смерти. Если душа догоняет жнеца, что тот должен отвести ее к предкам, а тела сжигаются, чтобы жнец не жульничал. Мы говорим детям, что наши души имеют образ волков, а волки быстрее жнецов, — заверил он охотницу. Она посмотрела на него, и тот ласково улыбнулся удивленной девушке.
— Поэтому вы никогда не проигрываете в игре со жнецами, — поняла Алиса. — Ну, это лучше, чем поступать, как в моей деревне. Там детям сразу говорили, как жестока смерть. У нас все ее боялись, — вспомнила свое детство охотница.
— Тогда были иные времена. Я знаю. Я и сам был ребенком тогда. И я все еще боюсь той смерти, что мне довелось увидеть в те жуткие годы, — вспоминал времена войны старый волк.
— Так мы, получается, ровесники? — удивленно спросила Алиса, посмотрев на старика.
— Почти. Я на пару лет младше, — с улыбкой подмигнул подростку Франк, заставляя ее саму улыбаться. Но даже это не смогло избавить охотницу от тяжести на сердце. Она была на том свете целых две недели. Но ей казалось, что она была без сознания всего пару часов. А этот странный сон? Охотница ведь и в самом деле поверила в него. Ей никогда не снилось ничего более реалистичного. Стоит на мгновение закрыть глаза, и все ощущения вновь возвращаются. Или же это Алисе не снилось? Она отчетливо помнила все слова, которые произносили доктора в ее присутствии. Она вновь пригляделась к окружающей обстановке, чтобы убедиться в ее целостности и реальности, хотя здесь все было слишком идеальным, даже трещины на стенах выглядели, как нарисованные талантливым художником картины, вызывая у девушки сомнения в самой глубине души.
— Мы хотели тебя похоронить, — неожиданно заявил Каиль, провожая Алису на кухню, чтобы та поела. Рядом с ними никого не было. Старейшины отвлекли Франка, и тот поручил своему наследнику столь важное дело. — Сегодня на закате я намеревался настоять на придании твоего тела огню.
— А я думала, оборотни моему телу молиться собирались до скончания времен, — усмехнулась Алиса. — С чего ты решил изъявить свое желание меня сжечь? — спросила она. — Почему раньше не попросил сделать это? — поинтересовалась охотница, то и дело поглядывая на высокого брюнета. — Что остановило?
— Не что, а кто, — уточнил оборотень, стараясь не смотреть на свою собеседницу. Алиса давно поняла, что тот лишь притворяется холодным и равнодушным, но она никак не могла вывести его на чистую воду. Подростку было интересно узнать его истинную сторону. Алиса сомневалась, что кому-то вообще удавалось хотя бы раз увидеть нынешнего наследника вождя иначе, кроме как бесчувственным, расчетливым, высокомерным юношей с холодными, как лед, глазами и камнем вместо сердца. Едва ли он показывал свои эмоции с той поры, как его родители погибли. Так Алиса поняла из смутных рассказов Франка в их первый день знакомства. Но по описаниям того же старика прежде Каиль был милым, добрым мальчиком с яркой улыбкой и горящими глазами. Алиса надеялась, что раз смерть не прибрала ее к рукам за эти две недели, то, возможно, у нее будет шанс увидеть, как Каиль исцеляется. Сама же она понимала, что ее раны затянутся лишь на теле. А та огромная дыра в сердце, оставленная убийцей, который лишил ее друзей, останется с ней навсегда. Лишь мысли о том, что, возможно, та сцена в палате не была сном, и все теории на наличии нескольких измерений — правда, а Алиса в погоне за смертью как-то переместилась в другой мир, где Ли жива и здорова, давали ей надежду, что где-то ее друзья все же существуют. Они не умерли там, а живы. Их мир не наполнен монстрами. Им не приходится никого убивать. А самое главное, все без исключения живут так, как им хотелось всегда — тихо, спокойно и мирно. Возможно, и сама Алиса есть в тех мирах, где-то счастливая, где-то сильная, где-то ее содержать в психушке, куда она непременно угодит и в этом мире, но немного позднее. Но ответ оборотня вырвал ее из внимательного рассматривания волка, который уже чувствовал неловкость от пристального взгляда воскресшей девушки.