Через пару часов мучений, демон все-таки начал приходить в себя, постанывая от боли и пытаясь пару раз пошевелиться, но прекратив свои попытки хотя бы присесть. Было заметно, что демон регенерировал, но очень медленно, словно ему что-то мешало, ограничивало его возможности. И все же дня хватило, чтобы Себастьян немного вылечился и пришел в себя. Только вот хвост не отрастал, как бы много времени не прошло. Из-за этого температура кота все еще оставалась очень высокой, но он уже не дымился и не обжигал при прикосновениях окружающих, хотя он испытывал постоянную жажду из-за сильного обезвоживания. К вечеру следующего дня Себастьян уже сам ходил. Правда недолго и сильно шатаясь, будто вот-вот упадет, но за ним неусыпно наблюдали круглыми сутками на случай, если ему понадобится помощь. При осмотре травм и шрамов, которые остались у демона, Мамото заметил на нем странное выжженное клеймо в виде ангела, которого прежде на теле Себастьяна не было. Но японец прекрасно понимал, что значит этот странный символ. Теперь все стало понятно. Заклейменный этим знаком, демон никогда не сможет покинуть свое тело и будет его вечным заложником. Убить демона так же будет сложно, но если это произойдет, то он не сумеет спастись, как сделал это однажды после схватки с Сончже. Когда японец спросил у демона, что тот помнит о своем избиении, тот ответил, что выслеживал одного из охотников, когда тот исчез из виду. А первое, что он почувствовал, было жжение на боку, а потом он понял, что не может вырваться из тела или исцелить его, как бы сильно он ни старался. Но, как ни странно, изменять свой облик он, по-прежнему, мог, и даже куда более виртуозно и профессионально, чем прежде. Когда демону окончательно полегчало и он смог осознавать, что происходит вокруг и вспомнить все происходящее, Алиса решила с ним поговорить наедине.
— Ты сказал, что узнал, кто эти охотники и почему они на нас нападают, — не долго бродя вокруг да около, спросила у демона охотница, желая заполучить от него ответ. — Ты можешь мне рассказать, кто это? Он тебя так искалечил? Кто он такой? — начала расспрашивать Алиса, желая наконец узнать правду.
— Да, это так. Но, боюсь, правда тебе не понравится, — вздохнув, прошептал демон. — Я и сам не понимаю, как произошло такое, но то, что я увидел, меня едва не убило, — его глаза наполнились слезами, которые он старательно скрывал от девушки, но они все равно чувствовались в его голосе.
— И все же, — настояла охотница. — Лучше расскажи мне, что произошло с тобой в тот день.
— Хорошо. Я расскажу, — согласился Себастьян. — Я выследил троих охотников из Лиги. Они привели меня в свое логово. Я был уверен, что мне удалось остаться незамеченным, как это было прежде с другими, за кем я следил. Однако меня обхитрили. Я даже не понял, как. Это была засада, продуманная и запланированная. Меня не трогали именно для этого, чтобы как следует насладиться моей агонией, пока я подвергался пыткам.
— Для чего? — перебила Себастьяна Алиса. — Для чего им необходимо было так тебя пытать? Они хотели что-то узнать? Что ты им рассказал? — спросила Алиса, понимая, что под такими пытками она сама бы рассказала все, что угодно, лишь бы прекратить всю ту боль, которую ему причинили.
— Они хотели, чтобы я передал тебе кое-что, — немного промолчав, ответил ей на вопрос Себастьян. — Помнишь историю о своем предке — архангеле Михаиле? — поинтересовался демон у девушки, которая никогда не могла забыть эту глупую легенду, которую когда-то придумали ее предки.
— Откуда ты знаешь об этой глупой сказке? — удивленно вытаращилась на него Алиса, отчасти позабыв о том, что перед ней сидит тот, кто знает почти все обо всех, но никогда не раскрывает секретов того, откуда у него, порой, слишком личная и интимная информация, о которой даже в аду не должны были узнать.
— В смысле, Михаил — твой предок? — удивленно посмотрел на девушку Хамелеон, не веря своим ушам. Кенто вырос в иной культуре, где поклонялись иным Богам и рассказывали совершенно иные легенды, но в силу своего бродячего образа жизни он знал суть всех религий, существовавших в мире, как среди людей, так и среди монстров, и имел представление различных сценариев сотворения мира. И потому его реакция была вполне ожидаема и понятна. Он и так был уверен, что Алиса была слишком необычной для охотника и уж тем более для типичного человека, коим многие годы пыталась казаться, даже не смотря на основной род занятий. Однако теперь, когда ее прошлое понемногу раскрывалось, развивая все лживые слухи, юноша все чаще задумывался о том, что Алиса обладает куда большей силой и могуществом, чем она показывает или осознает.