— И что? Разве смерть Алисы не откроет врата в Ад? Она ведь однажды уже вызвала Люцифера, едва не умерев, — напомнила Анна о происшедшем несколько десятилетий назад. Однако женщина замолчала, заметив недовольство на лице влиятельного собеседника, который продолжал внимательно наблюдать за плясками языков огня в старом камине.
— Есть один нюанс в этом обряде, — спокойно ответил ей мужчина. — Если убить кого без его желания, врата навсегда закроются, и моя связь с Люцифером безвозвратно прервется. А до тех пор я буду чувствовать его гнев, его слабость и его сожаления. Меня больше ничто не будет сдерживать от расправы над монстрами и всеми недостойными, — с уверенностью заявил Михаил, чувствуя, как даже теперь ему приходится бороться с желаниями брата, которые он чувствовал в своем сердце.
— Что за связь такая? — не понимала Анна. Она впервые заговорила с Михаилом о чем-то столь личном и сокровенном. Прежде архангел старательно избегал рассказов о своем брате и не посвящал никого в подробности их с Люцифером ссоры, в результате которой один оказался заперт в подземном царстве, а второй предпочел остаться среди смертных вместо того, чтобы вернуться на Небеса. Теперь же, заполучив возможность, Анна не хотела ее упускать.
— Что ты знаешь о том, как и из-за чего Люцифер попал в Ад? — удивился ее вопросу Михаил, вновь обратив внимание на стоявшую рядом смертную.
— Ты прогнал его туда из-за его желания убить всех людей, — спокойно ответила Анна. — Из-за его нежелания понять любовь Господа к его смертным детям, из-за презрения к тем, кто, по его мнению, был недостоин жизни. Версий много, так что ответить точно едва ли кто-то в состоянии, — честно призналась женщина, чувствуя некий стыд за свою неосведомленность в делах Небес, во имя которых она жестоко убила не одно невинное создание, словно рыцари во времена крестовых походов, уничтожая всех неверующих и неверных ее Богу и его написанным кровью законам.
— Нет, — резко ответил ей Михаил спокойным тоном. — Ваши земные легенды врут. Это не он, а я хотел всех уничтожить, поработить слабых и убить сильных, тех, кто бы сопротивлялся. Я мечтал почувствовать на себе, какого быть Богом. Но я прекрасно понимал, что наш Отец сделает со мной, если узнает о моей задумке.
Неожиданный шум прервал рассказ Михаила. Оба собеседника обернулись в сторону двери, за которой несколько воинов едва ли не дрались за награбленное во время казни золото. Михаил не был против такой мотивации своих людей, если они никак не выдавали себя и свои проделки ему. Но теперь, когда он отчетливо услышал их ругань из-за драгоценностей и узнал их голоса, этой компании осталось недолго жить. Анна вопросительно посмотрела на своего господина, и, заметив едва ощутимый кивок головы, тихо пообещала ему, поняв его приказ:
— Они не доживут до рассвета.
— Замечательно, — в той же тональности признал Михаил, торжественно улыбаясь женщине. — Я всегда знал, что лучше воина, чем ты, мне не найти среди смертных. Будь ты ангелом, то могла бы стать мне равной. Но не переживай, прекрасная Анна, у тебя еще будет возможность, — обнадежил ее ангел.
— Эти несчастные прервали твой рассказ, — заметила Анна в надежде услышать продолжение. — Ты остановился на том, что мог бы сильно пострадать из-за своего мнения о людях и на том, как ты намеревался выбраться из такого своего положения, — напомнила женщина, представляя в своем воображении образ того Господа, который мог наказать за подобные мысли даже своих самых дорогих и любимых детей.
— Ах, да. Я совсем забыл о своей повести. Да, ты права. Моему Отцу бы не понравилось мое мнение. Но я быстро нашел выход из своей ситуации. Я не стал действовать напрямую, а вселил зло в сердца людей, и они начали убивать друг друга, по сути выполняя мою работу. Люцифер понял, что они позорят своего создателя и решил избавить их от мучений. Но ему было мало просто убить всех смертных. Он жаждал понимания. Мой младший брат искал причину чудовищных изменений в мыслях и сердцах любимых детей Господа. А когда он понял, кто во всем виноват, попытался рассказать нашему Отцу правду. Но не успел. Мне удалось поймать его до того, как он смог рассказать обо всем Господу. Стоило молить его о помощи и прощении, как мой добрый братец во все поверил, — пожал плечами Михаил, с улыбкой вспоминая свой триумф на Небесах, результатом которого стал несправедливый суд.