Все, что так жаждала узнать одаренная, было связано с видением, в котором она находилась в палате, среди тысячи таких же пациентов, как и она — привязанных к койкам, потерявших сознание, безвольных и беззащитных. Это было ее первое видение, после которого еще совсем маленькая Сея могла с точностью сказать, что именно произойдет в тот или иной момент. Однако больничная палата так и осталась лишь ее воспоминанием, слишком четким, чтобы про него забыть, и слишком навязчивым, чтобы не пытаться выяснить, почему именно таким было ее первое видение. Именно это стремление в конечном счете привело ее к Миро, хоть она и сама этого не понимала, учитывая то, что это он выкопал ее бренное тело из могилы и воскресил, в не наоборот.
Задумавшись, девушка даже не заметила, как едва ощутимо коснулась кончиками пальцев гладкой поверхности волшебного шара. И картины будущего мгновенно пронзили ее податливый разум, вызывая у девушки головную боль и некое подобие судорог, из-за которых она инстинктивно сжалась всем телом, стараясь как-то сдержать это неприятное чувство. В голове тут же появился не один, а сразу миллионы всевозможных потоков будущего, которое может случиться при том или ином выборе каждого человека на этой планете. Но Сея знала, как именно работать с этим магическим предметом. Ей нужно было четко сформулировать мысль о том, что она хотела узнать в любом из времен. Она должна была видеть того, кто ей нужен с помощью своего воображения. Лишь в этом случае она получит то, что ей нужно, без искажений и вариаций. И перед ней предстали события, так сильно изменившие то будущее, на которое Сея уповала. Теперь ее планы пошли коту под хвост и все из-за запутавшегося Юстаса. Она видела это в его взгляде, движениях, мыслях… Шар показал ей все тайны несостоявшегося убийцы, вызвав у провидицы гнев. Она вскрикнула от злости и со всей силы опрокинула стол вместе со всем его содержимым, из-за чего на укатившемся в угол шаре предсказаний навсегда останется глубокая трещина, как напоминание о несносном характере и несдержанности.
— Юстас — козлина! — завопила Сея, чувствуя, как в венах закипает кровь. — Как ты только мог так поступить с моими планами, урод?! Ты должен был убить Влада! Убить! Пристрелить на кухне, даже не понимая этого! Что сложного в том, чтобы нажать на курок? — спросила девушка у пустоты просторной комнаты, но та ей не ответила, и Сея продолжила. — Ты не должен был целоваться с ним! Этого не должно было произойти. Я видела иное. Как такое возможно? Мое будущее никогда не менялось. Боже, что теперь будет? — в страхе спросила она, впервые за долгое время испытав трепет перед неизвестностью, представшей перед ней.
Девушка прикрыла глаза, вновь погружаясь мыслями в открывшуюся ей правду, словно желая найти в обрывистых картинках хоть какую-то подсказку. Но через минуту девушка открыла глаза со вздохом, полным усталости. Она ничего не увидела больше. И тут она вновь взорвалась:
— Урод! Засранец белобрысый! Плесень подбордюрная! — вопила она на образ Юстаса в своем воображении, после чего схватилась за голову, словно стараясь удержать в ней новое содержимое, и оглядела безумным взглядом устроенный ею беспорядок. — Что же делать? Черт! Нужно посмотреть, что же будет дальше. Нужно понять, как поступить теперь, чтобы не стало еще хуже. Боже, дай мне сил не сойти с намеченного пути, обезумев от увиденного.
Сея попыталась вновь уснуть, приняв сильные снадобья. Ее организм давно перестал понимать, когда день или ночь, поскольку девушка всегда плотно задергивала шторы и засыпала не тогда, когда этого требовал организм, а когда она сама этого желала. После своей смерти и воскрешения предсказательница словно сошла с ума, не желая останавливаться и продолжая все больше углубляться в будущее, которого еще нет. Миро предупреждал ее о побочных эффектах ее снадобий, благодаря которым девушка могла провести во сне не одни сутки. Но Сея никого не слушала. Теперь ей хотелось больше прежнего узнать, что хранит в себе то будущее, которое она смогла увидеть лишь сквозь замочную скважину.
Сон, в который погрузилась предсказательница был похож на ночной кошмар куда больше, чем все те, что довелось ей увидеть в своей жизни. Даже предвидение своей смерти и ее реальность не казалась теперь девушке таким ужасом, каким она прежде считала. Сея проснулась посреди ночи в холодном поту с оглушающим криком на губах. Ее собственные уши ответили болезненным звоном на ее крик бессильного ужаса, который она испытывала. У девушки не было часов, но она и без того знала, что ее путешествие в мир Морфея продлился намного меньше уже привычных для нее двенадцати часов. Она схватилась за голову, пытаясь преодолеть нарастающую панику, проливая столь редкие в ее жизни слезы. Сея видела все, что как-то влияло на ее судьбу. Она знала о том, каким образом Себастьян оказался в команде Алисы и скольких людей он убил на той проклятой стройке, которую так и не возобновили после закрытия дела, в котором наказали убийцу, который погубил много душ, но взял чужую вину на себя из-за душевной болезни.