— Ему хочется лишь получить возможность служить вам. Думаю, ничего больше ему не нужно, — раздался высокий голос за спиной Анны. Та резко обернулась, готовая ударить человека за собой, но не увидела никого. Женщина растерянно огляделась по сторонам, не понимая, что вообще происходит. Михаил был не менее заинтригован, рыская глазами по помещению, но ему в голову уже пришел ответ на вопрос о том, кто пришел к нему на разговор.
Миро оглядывал свое новое место обитания. Повсюду находились отрубленные части тел, мертвые и еще живые, хоть и ненадолго, тела. Но среди всего этого безумия выделялся один странный узник. Он, как и цыган, находился в клетке. Он был подвергнут другой казни, куда более изощренной и чудовищной. Но даже несмотря на это пленник продолжал сидеть с полным спокойствием на лице. Его глаза были вырваны и лежали рядом в полуметре от него. Судя по запекшимся ранам и высохшим следам крови на лице, это произошло достаточно давно. Миро внимательно посмотрел на брата по несчастью и заметил несколько странных деталей. Этот человек не был избит, как другие пленные, не искалечен и выглядел довольно спокойно. Он не голодал. Но то, что лежало в миске рядом с ним, нельзя было назвать нормальной едой. Это было что-то серое и весьма зловонное. От этого бедолаги исходил тошнотворный запах, говорящий о том, что испражнялся тот там же, где и жил. Это могло быть вызвано его слепотой или полнейшим равнодушием к происходящему вокруг. Рассуждать о подобном Миро мог еще долго. У него на это хватало времени.
— Повезло тебе. Ты не видишь того кошмара, что вокруг тебя, — сказал ему Миро без всякой надежды на ответ, просто рассуждая вслух, как он часто это делал, глядя на портреты погибших родственников, которых он уже давно пережил. Перед собой он видел лишь тень человека, замершую, словно портрет на картине.
— Не обязательно видеть, чтобы понимать, что на самом деле происходит вокруг, — тихо ответил мужчина, вызывая у Миро удивление и интерес. Впервые он был рад столкнуться с новым собеседником. Ему была интересна история этого незнакомца, который продолжал сидеть на месте. Борода и длинные немытые волосы мужчины едва заметно тряслись при каждом слове. Почему-то именно на это в первую очередь обратил внимание цыган.
— За что тебя так? — спросил колдун, намекая на глаза, которые продолжали лежать на полу. Миро любопытствовал на случай, если ему предстоит та же процедура.
— Не пошел против своих правил, но нарушил правила этих людей, — с горькой усмешкой заметил собеседник. — Я не захотел приклоняться перед ними, — с печалью ответил заключенный, прислушиваясь к голосу нового собеседника, который звучал слишком бодро для того, кто сидел в клетке в подвале замка Михаила.
— Перед Михаилом и Анной? Почему они не убили тебя, как остальных? — удивился Миро. — Они же часто встречают тех, кто непреклонен. Но ведь они убивают таких. Так почему ты все еще жив? Если это, конечно, можно назвать жизнью, — сам поправил себя цыган, уже более тихо, но собеседник все же его услышал.
— Да уж. Это не самая приятная процедура, — хохотнул мужчина. — Но между нами теперь не самая большая разница. Мы оба сидим во тьме. Только ты можешь вернуться ко свету, а я привык уже ко тьме, — поправил он колдуна.
— Так за что тебя так? — не переставал задавать вопросы Миро, не желая упустить возможности узнать новую удивительную историю, которую он постарается запомнить на всю жизнь.
— В назидание. И для потехи. Я их новая любимая игрушка, — слегка пожал плечами незнакомец. — Они иногда заходят сюда, чтобы посмеяться надо мной. Порой мы беседуем с ними подолгу, рассуждаем и вспоминаем прежние времена, — ответил ему незнакомец. — Возможно, и тебе удастся поболтать с ними, но с глазами на месте, — заметил незнакомец. Миро показалось странным то, что его собеседник так спокоен и силен духом. Ни жуткая процедура казни, ни сильное психологическое давление не смогли сломить его и превратить в трусливое маленькое существо, как остальных.
— Кто же ты? — удивленно спросил Миро.
— Меня когда-то звали Кларк. Теперь же я и сам не уверен, что все еще остаюсь им. Никто не зовет меня этим именем теперь. Для всех я лишь безумный старик, — пожал плечами мужчина, вновь улыбаясь собеседнику, которого мог представить лишь только по голосу с помощью своего развитого воображения. — Мне не повезло иметь дело с теми, кто тебя поймал. Когда-то я был тем, кто основал Лигу охотников, — смело заявил слепой слегка дрожащим голосом, выдающим его истинные чувства.