— И всё же тебе стоит серьёзно заняться своим контролем ауры. Не всегда рядом окажется пользователь, который может влить немного своей.
— Я работаю над этим. Мне помогает Вельвет… — Жон напряг память, пытаясь вспомнить фамилию девушки. — Скарлатина, кажется. Она со второго курса.
— Ах, мисс Скарлатина, да. — Глинда направилась к шкафу с медикаментами, чтобы вернуть всё на место. — Талантливая девочка, пусть и не очень хороша в открытом бою. Если она не сделает с этим что-нибудь, то…
— …это ведь попытка перевести тему, не так ли? — Жон хмыкнул. — Не самая удачная, если честно.
— Конечно. — Глинда мягко улыбнулась. — И всё-таки… Это действительно то, чего ты хочешь?
— Что именно «это»? — Жон испытывал лёгкое чувство дежавю.
— Ты и сам понимаешь, о чём я, Жон. — улыбка сменилась строгим серьёзным выражением лица. — Озпин мне всё рассказал.
— Я в курсе. — Жон продолжал выжидающе смотреть на Глинду — И?
— И? — женщина с беспокойством смотрела на своего бывшего воспитанника. — Это опасно, Жон. Ты можешь пострадать, тебя могут убить!
— 10 лет назад моя жизнь, как оказалось, тоже не отличалась особой безопасностью. — Жон сдержанно усмехнулся. — Впрочем… Нельзя отрицать — я даже рад, что та атака случилась.
— … — Глинда потеряла дар речи. Женщина силилась подобрать слова, чтобы опровергнуть заявление Жона, пыталась сказать ему, что он не прав… Но всё, что она могла это бессильно открывать рот и в шоке смотреть на того, кого до этого момента считала лишь несчастной жертвой обстоятельств. — Как?!
— Безусловно, сначала было трудно, но потом… — Жон наконец поднялся с кушетки, полный решимости покинуть кабинет как можно быстрее. — Потом всё окупилось. Раньше я едва мог держать меч. Сейчас? Я могу в течение шести секунд поразить девять целей. Четырьмя пулями.
— Но… Но разве это то, чего ты желаешь на самом деле? Быть всего лишь солдатом, сражающимся в чужих войнах за чужие интересы? Инструментом в чьих-то руках? — Глинда разочарованно покачала головой. — Когда-то ты хотел быть героем, хотел защищать слабых…
— Я был дураком. — Резко перебил женщину Жон. — Я не видел, как работает реальный мир и не видел, что этот самый мир из себя представляет. Теперь же мне открыли глаза. Герои миру не нужны, да он их и не заслуживает. Что же до интересов… — Жон обошёл Глинду, направляясь к двери. — Меня всё устраивает. У меня есть цель и место в жизни, дом и семья. Настоящая семья, а не кучка лживых аристократов. Действительно ли я желаю этого? Чёрт возьми, да. Вообще, забавно слышать это из уст того, кто связан политикой королевства и закулисными планами так называемых Стражей… У меня вот таких помех и ограничений нет… Никто меня не держит. Захочу — уйду. Захочу — останусь.
— …так почему не уйдёшь?! — в короткой вспышке гнева Глинда сама не заметила, как слова вырвались из её уст.
— Так хочет наставник. А я не привык с ним спорить. Особенно когда он прав. — процедил через зубы Жон. — Доброй ночи, мисс Гудвич. — сказав это, он покинул кабинет и зашагал по коридору медицинского центра.
— Стой. — вылетев из кабинета следом за юношей, Глинда схватила его под руку, и развернула к себе. — П-прости, пожалуйста… Я знаю о том, какую роль ты играешь, знаю, как много на тебя свалилось… Я уже слышала всё это от Озпина, но… Но я до последнего надеялась, что ты не изменился… Наивно, не правда ли?
— … — Жон молчал.
— Ты вырос… Изменился… — охотница провела свободной рукой по щеке бывшего воспитанника, тихо вздохнув. — Но я до последнего глупо надеялась, что это не так. Я ведь… Написала то письмо… Ты… Извини меня, ладно? Я правда хотела как лучше. — Глинда всхлипнула и улыбнулась. — Возможно, это очень слабое оправдание, но я не так хорошо знала Арков, как думала. Мне казалось, что с семьёй тебе будет намного лучше… А теперь… А теперь вот как всё вышло… — женщина отпустила Жона, поникла и отвела глаза. — Наверное, после всего этого, я упала в твоих глазах ниже некуда…
Жон погрузился в воспоминания. Уроки… Прогулки в саду… Чарующий погружающий в сон голос, рассказывающий сказку… Всё то, что он так усердно гнал прочь, подавлял, пытался засунуть в самые дальние углы своего подсознания. В чём-то, впрочем, Озпин был прав. Человек живёт одну жизнь. Нет никаких «до» и никаких «после». Как бы он ни пытался всё это повторно забыть, как бы ни стремился оставить позади — у него бы не получилось. Арки это уже доказали. Так какой смысл?
— Что сделано, то сделано. — голос парня был ровным и спокойным. В нём не было ни злости, ни издёвки. — Я смотрю и вижу женщину, которая меня растила и учила. Женщину, которая осталась, даже когда Николас Арк с намёком замечал, «сколь неудобно вам заниматься столь нерадивым учеником» и спрашивал, не лучше ли вам переключиться на кого-то из моих сестёр. Женщину, которая заменила мне мать, когда моя биологическая не смогла быть рядом… Все совершают ошибки. С этим ничего не поделать. Сейчас нужно лишь идти дальше. В том, что случилось, нет вашей вины. Вы не могли знать.
Услышав слова Жона, Глинда подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза.
— Может быть, ты не так понял меня до этого… Я не хочу и не пытаюсь тобой манипулировать, управлять. Я тебе не указываю. Просто, пожалуйста… Будь осторожен. Я слишком много раз видела, как молодые умы то по стечению обстоятельств, то по недосмотру ступают на нежелательные дороги и… — охотница вздохнула. — Плохо заканчивают. Если в это число попадёшь ещё и ты… Я… Я себе этого не прощу. Ещё раз, будь осторожен, ладно? И пожалуйста… Помни, что у тебя всегда есть люди, готовые помочь. Люди, на которых ты сможешь положиться, если перестанешь от них убегать. Просто… Хотя бы подумай над этим, ладно? — Взглянув на часы, женщина охнула. Прошёл почти целый час. — Что-то задержались мы с тобой тут, не находишь? Тебе надо идти. Мисс Никос очень серьёзно относится к своим обязанностям лидера. Не стоит заставлять её ждать дольше чем нужно и излишне переживать… И, учитывая произошедшее… PJNR получают освобождение на завтра. Передай команде.
Мягко улыбнувшись, Глинда проводила студента к выходу и заперла здание. На душе было заметно легче.
***
Жон вернулся в комнату как раз когда на горизонте нарисовалось солнце, знаменующее рассвет. Правда насладится моментом парню помешал ставший уже практически привычным для него сверлящий взгляд Пирры, ставший первым, что его поприветствовало по возвращению в комнату. Рен с Норой, между тем, лежали на своих кроватях и видели уже третий сон. Никогда прежде Жон не думал, что будет завидовать этой парочке.
— Жон, на пару слов. — Пирра явно была настроена серьёзно. Хотя, Жон не мог припомнить ни одного случая, чтобы она не была настроена серьёзно…
— Пир, давай чуть позже. — Жон постарался выдавить улыбку, но получился лишь уставший оскал. — Это была чертовски длинная ночь.
— Я знаю, — взгляд девушки немного смягчился — Я тоже была там, если ты забыл.
— Так… — Жон сделал шаг по направлению к кровати. — Разговор откладывается?
— Нет. — Улыбка, которая расцвела на личике Пирры при любых других обстоятельствах вполне могла показаться Жону милой. При любых других обстоятельствах. Конкретно в тот момент она казалась ему визитной карточкой Люцифера. — Садись на кровать. Сейчас же.
Удивляясь сам себе, Жон послушно присел на ближайшую кровать. Позже, когда он не будет чувствовать себя настолько в буквальном смысле разбитым, он наверняка спишет это на начавшие в кои-то веки пробиваться в характере мистралийки зачатки командирского тона. Позже. Сейчас же он смотрел на присевшую рядом с ним девушку, надеясь на то, что она поймёт, насколько же он устал.