Столько проблем из-за одной ошибки…
— Манул, Ирбис, ко мне! — Гаркнул Оцелот.
— Оцелот. — почти синхронно произнесли офицеры.
— Что с погрузкой?
— Почти закончили паковать, скоро прибудут вертушки и всё заберут.
— Хорошо… — Оцелот поморщился и как бы нехотя задал волнующий его вопрос. — Как Сервал?
— Развлекается с недобитками — Ирбис кивнул в сторону доносившихся издали криков и очередей. — Сомнительная практика, конечно, но мы всё равно планировали пустить их в расход. Да и ему это сейчас нужно… — Мужчина вздохнул. — Именно о таком дерьме я и говорил.
— Я знаю. — Оцелот продолжал тяжело смотреть на выложенные в ряд чёрные мешки.
— Парень банально понадеялся на то, что члена командования «Белого Клыка» будет сопровождать такое же никчёмное пушечное мясо, как-то, с которым мы время от времени сталкивались в пустошах. И что сам командир будет достаточно тупым, чтобы не предпринять никаких мер предосторожности. Я с самого начала предупреждал: нельзя на бойца, пусть хоть трижды профессионального, так резко вываливать ответственность. Простой боевик не может вмиг стать офицером. Управлять сражением — одно. Управлять войной — совершенно другое. Ты не к этому его готовил. Если можно будет сделать ошибку — он её сделает. Закон Мёрфи, мать его… В этот раз семеро, причём одна из потерь — едва ли восполнимая в ближайшем будущем, а для одного из нас так точно. Так ещё и сам чуть не отправился в мир иной. В следующий что будет? Десяток? Два? Сотня? — Оперативник приближался к точке кипения.
— Следующего раза не будет. — Отрезал Оцелот. — Жон больше не командир вейлийской группировки. Манул, займёшь его место. Опыт у тебя есть, а заодно и у генштаба Вейла не будет никаких вопросов, почему высокопоставленное лицо наёмной армии — семнадцатилетний юнец. Ирбис — вылетай обратно в Атлас. Сообщи мистеру Шни приятные новости. После этого — продолжай делать то, что делал. А я… — Оцелот перевёл взгляд на «Блэкфут», в салоне которого медики хлопотали вокруг лежащего без сознания юноши. — А я буду исправлять собственные ошибки.
***
Блейк крепко зажмурилась и испуганно прижала свои кошачьи уши к голове. Всё это время ей хотелось только одного: чтобы стрельба, взрывы и вопли стихли. Но наступившая тишина не принесла ей даже тени облегчения. Совсем наоборот, Блейк начала чувствовать всё возрастающий ужас от мысли о том, что её могли заметить. Блейк выждала момент, когда тишину вновь разорвут крики, но на этот раз уже не принадлежащие голосам раненых и умирающих фавнов, но полные ярости восклицания неизвестных ей головорезов. Блейк больше не теряла ни секунды. Фавн выпрыгнула через окно и перескочила на крышу пристройки. Она видела, что люди заняты поиском кого-то или чего-то, но не придала этому значения. Ей нужно было выбраться самой. И выбраться как можно быстрее. В определенный момент Блейк оказалась за пределами лабиринта контейнеров, приготовленных к погрузке на «Сом» и, оказавшись на краю и собираясь спрыгнуть вниз, чтобы сделать последний рывок за пределы комплекса, замерла как вкопанная, после чего мгновенно переместилась обратно в тень ящиков с грузом. Тяжёлый винтокрылый транспорт прошёл прямо над тем местом, где она пряталась мгновение назад. Блейк в немом изумления наблюдала за тем, как никогда прежде не виданная ею машина заходит на посадку прямо посреди склада. Когда винты машины остановились, а аппарель транспортника опустилась перед Блейк предстали несколько человек в черной броне и красных беретах и… Охотник? Блейк во все глаза рассматривала седовласого человека в довольно примечательной одежде. Хотя куда более примечательными были два огромных револьвера у него на поясе. Она точно когда-то видела этого человека, но когда? Пока она размышляла, новоприбывший начал раздавать команды, всем своим видом показывая, что именно он стоял за произошедшим. Прилетевшие с ним люди следовали за своим командиром, как привязанные, при этом внимательно оглядывая каждый закаулок, мимо которого собирался пройти «охотник». Наконец они остановились, встретившись с небольшой группой головорезов. Блейк не могла расслышать их разговор, сколько бы не напрягала свой слух, но чётко видела, что «охотник» чем-то невероятно раздосадован. В это же время в поле зрения Блейк попали несколько бойцов, несущие тела. И среди этих тел…
— Оум всемогущий… — прошептала девушка, когда, к своему ужасу, опознала одно из тел.
Адам был мёртв, в этом не было сомнений: даже аура едва может спасти от пробитого горла. Вслед за ним, в соседний транспортник внесли знакомого ей блондина. Жон выглядел не лучше Адама: порванная, изрезанная одежда, залитая кровью голова — но, судя по тому, что его несли на носилках, а рядом бежал боец, спешно ставящий капельницу, он, по крайней мере был жив. В шоке фавн на мгновение забыла о том, что её могут в любой момент обнаружить и, скорее всего, убить те, за кем она так пристально наблюдает. К двум телам добавилось третье, однозначно живое и всё ещё брыкающееся. Это явно была девушка, но её лица не было видно из-за мешка у неё на голове. Седовласый подошёл к Жону, покачал головой и что-то сказал. Что именно — Блейк не расслышала, но, судя по мимике, вряд ли что-то хорошее. Он направился обратно к своей винтокрылой машине, а его охранники всё так же следовали за ним. Как только он ушёл, неизвестную девушку и Жона погрузили на ближайший транспортник, а труп Адама уложили в мешок и, застегнув оный, оттащили в сторону. Блейк, впрочем, было уже не до этого. Её тонкий слух резанул полный ненависти крик, за которым последовала новая пальба. Стрелял всего один человек, но явно не жалея боеприпасов. К звукам стрельбы и неразборчивым проклятиям примешивался другой звук. Звук, окончательно обративший Блейк в бегство и прописавший эту ночь в кошмарах Беладонны до конца её жизни. Даже спустя годы, этот затравленный вопль продолжал преследовать её. Вопль разрываемого автоматным огнём фавна.
***
Выпуск новостей застал Селестину в трапезном зале, за чашкой бодрящего кофе. Большинство её сестёр, за исключением вечно пропадающей в городе Афины и медитирующей в саду Бланш, всё ещё спали, а потому она наслаждалась заслуженными тишиной и покоем. И, разумеется, слушала вполуха новости. Поначалу старшая из сестёр Арк даже не обращала внимания на болтовню Лизы Лавендер, как обычно подводящей итоги прошедшего дня. Однако потом, краем уха, Селестина услышала то, во что при всём желании не могла поверить.
-…Таким образом ешё одна ячейка террористической организации «Белый клык» в Вейле была уничтожена в результате совместной операции армии и полиции, — ведущая прокашлялась, прежде чем продолжить. — которым великодушно оказали помощь наши добрые «друзья из-за горизонта», как нынче модно называть жителей Земли. Частная военная компания Diamond Dogs, получившая контракт на защиту «разлома» показала себя на высшем уровне, что отметил сам генерал Триам, этим утром обнародовавший результаты операции. К другим новостям…
Первые несколько секунд ей казалось, что она ослышалась. Она не слышала ни о какой совместной операции с землянами… Она, коммандант, далеко не последнее лицо в иерархии вейлийских вооружённых сил. Помимо того, что подобное не было возможно в принципе, никто из её подчинённых не посмел бы не оповестить её, а уж командование… Не оповестило бы её только в том случае, если бы никакой «совместной» операции не было бы и в помине.
Зевающая Шарлотта, пришедшая в обеденный зал в одной ночнушке успела отскочить с пути урагана, который она иногда называла сестрой, когда тот проносился через двери. Возмущённый крик средней сестры прошёл мимо ушей старшей, что в тот момент была всецело сосредоточена на одной единственной цели: узнать правду и покарать виновных. Не ожидавший столь ранний приход своей начальницы пилот, толком не успевший прогреть двигатели транспортника, вынужден был немедленно подняться в воздух, когда его буквально за шкирку закинули в кресло пилота. Селестина была в ярости. И эта ярость медленно переходила в чистое бешенство. Произошедшее не просто выходило за все рамки допустимого, оно было неслыханным. И Селестина не намеревалась оставить это просто так. Когда она добралась до здания штаба, она на ходу выпрыгнула из транспорта и немедленно устремилась к офису генерала Триама. Охрана и персонал в ужасе жались в стены при её приближении. Никто из них не хотел испытывать судьбу. Слухи о том что коммандант «Буря» могла выкинуть, пребывая в плохом настроении никогда не вызывали смех. Ведь все слишком хорошо знали своего комманданта. В кратчайшие сроки преодолев то ничтожное расстояние, что разделяло её кабинет и офис того человека, на которого в данный момент был направлен её гнев, Селестина столкнулась с последним препятствием. Очень невезучим препятствием. Попытка караульного остановить её, закончилась для него близким знакомством с поверхностью стены. Селестина же, даже не взглянув на него, ворвалась в кабинет генерала, подобно буре. с которой все её сравнивают.