— Генерал! — Селестина вложила в этот выкрик всё своё негодование.
— А, коммандант… — Генерал Триам приветствовал Селестину снисходительной улыбкой. — Что привело вас ко мне этим чудесным утром?
— Операция, о которой меня не оповестили. — Селестина постаралась взять себя в руки и говорить как можно спокойнее. — Та самая операция, в которой земляне, якобы, только оказывали поддержку нашим солдатам и полицейским.
В следующий момент её взгляд упал на ещё одно действующее лицо, сидящее за столом с генералом. Причём абсолютно неизвестное для неё. Целая секунда понадобилась Селестине для осознания того, что она неким чудом не заметила сидящего напротив генерала Триама великана. Человек-гора был на голову выше всех, кого ей доводилось видеть, но не это приковало внимание Селестины. Мужчина был одет не в вейлийскую форму.
— Я не узнаю ни вас, ни вашу форму, мистер…
— Илья Сенавьев, тактический командир ЧВК Diamond Dogs. Я — командующий «Гончих» в Вейле. — офицер говорил с сильным акцентом, коверкая произношение некоторых слов и звуков. В сочетании с низким зычным голосом это создавало неизгладимое впечатление.
— Землянин. — Селестина произнесла это слово настолько спокойно, что сторонний наблюдатель мог посчитать назревающий конфликт предотвращённым. Однако это было совсем не так.
— Мы с мистером Сенавьевым… — Триам с улыбкой обратился к землянину. — Я же правильно произнёс вашу фамилию? Прекрасно. Мы только что закончили обсуждение того щекотливого вопроса, который…
— Щекотливого вопроса?! — Селестина из последних сил сдерживала вновь накативший на неё порыв ярости. — Так вы это называете, генерал? Внеплановая операция, о которая ни я, ни кто-либо ещё из офицеров ничего не слышал, да ещё и вместе с землянами! Этими бесчестными наёмниками, которые хозяйничают на территории королевства, как у себя дома!
— Селестина. — Генерал перестал улыбаться. — Усилия наших доблестных стражей порядка и усилия наших… партнёров обезглавили Белый клык. Это значительное достижение и не тебе оспаривать то, какими методами оно было достигнуто.
— Обезглавили? — Селестине показалось, что она ослышалась. — Вы хотите сказать, что горстка землян и отряд полицейских убили Адама Тауруса?
— Допустим, что по официальной версии, там был не только отряд полицейских, но и кое-кто посерьёзнее. — Землянин хмыкнул. — Да и землян там была вовсе не горстка… Но да, убили. Пробитую башку этой сволочи аура точно не залечит. — Мужчина сделал на своей голове жест рукой, изображая взрыв.
— Вы всё равно не имели права. — Селестина поправила сползжую на лоб челку и обратилась к генералу Триаму. — Эта тема не будет так просто закрыта, генерал.
— Как вам угодно, коммандант. Однако подумайте-ка вот над чем: земляне блестяще справляются с тем, за что им обычно платят, не потребовав с нас ни гроша, а все лавры за выполненную ими работу достаются нам. И, что самое главное, люди в безопасности и могут хотя бы какое-то время не беспокоиться, что очередной псих устроит взрыв или массовую стрельбу. Кроме того, это ещё одна возможность утереть нос про-охотничьим активистам, считающим, что мы в мирное время бесполезны. Ситуация, выгодная для всех, коммандант.
— Выгодная? — Селестина второй раз за день отказывалась верить своим ушам. — Выгодная? С каких пор в Вейле выгода стоит выше чести? Выше верности стране! Выше чувства собственного достоинства, в конце концов! Когда Совет узнает о том, что вы сде…
— Совет уже знает. Всё произошло с их отмашки и под их надзором. Даже твой отец согласился, пусть и со скрипом. — отрезал Триам.
Селестина молчала. Впервые в жизни ей было просто нечего сказать. Селестина лихорадочно соображала. Что она могла сделать? Если всё случилось с официального одобрения Совета, то все её жалобы и крики не просто не найдут нужных ушей, на них даже не обратят внимание. Снова начать кричать на генерала, проверяя на прочность его выдержку и благодушие? Нет, Селестина Арк выше того, чтобы устраивать балаган. В конечном итоге она просто развернулась и ушла. Когда дверь за Селестиной захлопнулась, оставив офицеров наедине, землянин, совершенно точно знающий, что гордая дочь Арков его все ещё слышит, обратился к генералу с крайне волнующим его вопросом. Этот вопрос ещё очень долгое время заставлял Селестину в бешенстве скрежетать зубами, от осознания того, что она не сможет спустить шкуру с его адресата, не вызвав кошмарного политического скандала.
— Хмм, товарищ Триам, мы только что, случаем, не наблюдали тяжёлую форму нехватки мужского внимания?
***
— Ничего не хочешь рассказать? — голос Вайсс, прозвучавший у неё прямо над ухом вернул Блейк в реальность.
Кошачьи уши слегка дёрнулись. Только это выдавало её несколько нервное состояние. Белладонна надеялась, что этого разговора всё же не случится. Очень сильно надеялась
— Что именно? — спросила Блейк, откладывая книгу, которой пыталась отгородиться и от окружающего мира и от вчерашнего дня. Вдруг юная Шни имела в виду что-то другое?
— Жон. Я просила за ним присмотреть, — чеканя каждое слово, произнесла Вайсс. — Где он был? Что делал? Ты обещала мне рассказать!
Пальцы стиснули книгу сильнее. Блейк приказала себе не вспоминать увиденное, но не получалось. Произошедшее было слишком ужасно.
— Он… гулял. Встретился со… знакомыми с Земли, — ответила фавн, тщательно подбирая слова. — Они долго болтали о чём-то, а затем пошли в Криспи Грим и съели по бургеру. Потом за ними приехала одна из этих машин, которые ездят на горящем масле и они уехали куда-то.Причем так быстро, что я даже потеряла их след. — Блейк натянула фальшивую улыбку. — Прости, что подвела, подруга…
Она не могла сказать правду, да и не хотела. Если вскроется, что случилось вчера, Жон может догадаться, откуда эти сведения, а потом… потом Блейк присоединится к тем, кого когда-то называла товарищами. Да и не факт, что ей кто-то поверит. Тем более Вайсс.
— Жон не вернулся в академию, — Вайсс скрестила руки на груди, нависая над ней. — Либо он вчера от радости напился до беспамятства, где-нибудь в не самых приятных районах Вейла и сейчас страдает от похмелья, думая как добраться до академии, либо… — Вайсс прищурилась. — Либо ты что-то недоговариваешь.
Хлопнула резко закрытая книга. Блейк вздрогнула и покосилась на свои дрожащие руки, захлопнувшие невесть какой том «Ниндзя любви». Нервы были на взводе. Белладонна чувствовала, что ещё немного — и просто сделает какую-нибудь глупость. Ей срочно нужно было придумать отговорку поумнее да поправдоподобнее. К её счастью, хорадочный поток мыслей, пытающихся подыскать ответ, нашёл его очень и очень быстро.