Макс и сам ощутил гостеприимство готов, но когда слышал краем уха истории беженцев, невольно стискивал зубы. И на остальных эти рассказы произвели не меньшее впечатление. Все осознавали, что однажды могут оказаться на месте жертв и будут лежать прибитыми деревянными кольями к земле с отсеченными конечностями и отрезанными частями лица.
— Леха, – Макс впервые назвал Кирпича по имени, так что тот невольно вздрогнул, — как у тебя дела с Натахой?
— Чо? – гот явно растерялся. — Причем тут Натаха. Ты думаешь, мне сейчас задвинуть слезливую историю про то, что и она может оказаться у готов? Это не заставит меня переть через весь архипелаг с безумным крестовым походом!
Макс в ответ невесело хмыкнул. Он сам до конца не понял, как эта свадьба изменила его самого и его отношение к жизни и обязанностям. Только в тот момент, когда он при всех признал Дину своей семьей, а не просто девушкой, с которой делит кров и постель, он задумался над будущим. Уже сточки зрения реальных перспектив, а не только «лишь бы день прожить».
А вот Кирпич этого еще не понял, а может никогда не поймет. Он, в целом, неплохой парень, но предпочитает легкие пути из всех доступных, а его природная харизма позволяет выходить сухим из любых неприятностей. Он как раз из тех типов, что имеют детей от трех разных женщин и продолжают гулять холостяком. Но каким-то невообразимым образом умудряются остаться с ними в хороших отношениях. И даже иногда получает тарелку борща и ночь ласки от них по старой памяти.
— У нас как-то сложно с презервативами. – делано равнодушно сказал Макс. — Что мы оставим тем, кто придет после нас? Твоим Кирпичикам и моим Ныряльщикам?
– Мудак! – зло ощерился Кирпич, явно задетый за живое. — И с кем ты предлагаешь идти в бой? С тремя криворукими калеками и детсадом имени Снежка пойдем на Столицу? Ты серьезно?!
– Я не идиот. У нас есть пять ружей и полторы сотни патронов к ним, а так же толпа разъяренных союзников и проводники из бывших готов. — Макс внимательно посмотрел в глаза Кирпичу. — Этого должно хватить для быстрого рейда по тылам. Думаю, такого они не ждут.
— Рисковая затея. -- Кирпич понял, что Макса не переубедить, да и звуки снаружи говорили о том, что его слова попали в благодатную почву и стал продумывать действенные варианты. – Как мы протащим эту орду через рифы?
– Возьмем самых опытных, толковых и выносливых ребят. Пойдем на рыбацких плотах. Битком набьемся, а все остальное место займем водой и едой. Толпой сможем перекидывать кораблики через рифы. Это поможет избежать косаток.
– Тогда лучше на двух плотах. – задумчиво почесал подбородок Кирпич. – Больше народу возьмем и плоты легче перетаскивать толпой. К тому же ни дай Бог поломаем посудину. Хлипкие они. Но кого ты хочешь оставить здесь?
– Пикар со своей командой и мои пловцы. Оставим им пулемет и твой автомат. Если что просто сбегут на Челленджере. В остальное время пусть дальше работают.
– Хорошо, а что дальше? Ну отплыли мы и…?
– Пойдем от поселка к поселку. – пожал плечами Макс. – Вряд ли у них там большие гарнизоны. Перебьем готов и освободим рабов. Дадим им оружие и отправим в Триглаву. Пусть снова обживают, а сами наберем из них проводников и отправимся к следующему.
– Логично. – кривясь согласился Кирпич. – Все равно мне это не нравится.
– А кому тут нравится? – хмыкнул Макс. – Не зря же мы за яхтой приплыли. Все хотят на материк.
– Вот бы подняли ее и свалили, а не лезли геройствовать. – буркнул Кирпич.
– Это яхта, а не лайнер, что бы все влезли. Потом вернемся на пепелище? Нет уж! С готами что-то нужно решать и срочно.
Когда Макс вышел к людям, на берегу уже собралась толпа. Народ тихо и тревожно гудел, но основная волна спала. Тут далеко не все бойцы, так что хватало и стыдливо отводящих глаза, кто совсем не хотел лезть в пекло. Естественно большая часть таких из островитян. Им совсем не улыбалось решать чужие проблемы. Они сюда плыли поднимать яхту. Вон есть Принц и Рыцари, вот пусть и рубятся с отмороженными готами.
Но это не касалось триглавцев. Вокруг Гудвина сгрудилось два десятка парней с решительными лицами. Эти точно с Макса не слезут, пока он не даст им порвать готов на тряпки. Каждый из них потерял друзей и подруг, а еще своими глазами видел, что после себя оставляют черные.
Макс огласил свой план, используя палубу «Челленджера» как трибуну. Рядом с мрачным видом стоял Кирпич и его бойцы. С другой стороны эбеновой статуей нависал над Диной Маса. Снежок и компания крутились на берегу и по их глазам Макс понял, что мальчишки хоть вплавь, но пойдут за ними. Слишком молодые и еще не понимают, как близко смерть ходит рядом. А может наоборот, лучше остальных адаптировались к таким условиям. Вот и все кто пойдет от островитян.