– Попали? – дребезжащим и чересчур громким голосом спросил Боб. Глушило в нише знатно, так что и у Макса в ушах звенело. При таких раскладах услышать крик соседа чуда, что уже говорить о скрипе песка под ногами.
Макс бешено вращал головой в поисках противника, даже забыв о своей боли. Сердце качало адреналин, руки и ноги дрожали, а в ушах пульсировала кровь. Все же он упустил тот момент, когда из мглы освещаемой лишь робкими языками пламени почти потухших костерков вылетела тень. Парень не успевал перенести прицел. Все что он мог это только смотреть в темные и одновременно мутные глаза летящего на него дикса. Время словно застыло. Скриншот.
Позади раздался гулкий выстрел, ускорив все события. Из черепа монстра вырвало височную кость в фонтане черной крови и тут же с холодным блеском мелькнуло копье, насаживая тварь на длинное лезвие и слегка отбрасывая в сторону. Однако это не помешало полету уже запущенного тела. Тварь влетела ядром в нишу и распласталась на песке. Макса приложило древком копья масая и он рухнул рядом, хватая воздух непослушными легкими, не находя в себе сил заорать от дикой боли. Снова в глазах танцуют тени со всполохами.
Не отключаться! Не отключаться! Эту мантру твердил Макс, отпихивая от себя новое забытье. Не сейчас! Только не так! И он все же вытянул. Блики в глазах рассеялись, показалась тускло освещенная ниша, спины друзей и уродливая туша дикса. Парни с натужным хеканьем молотили топорами по еще агонизирующей тушке. Дина бросила пистолет рядом и снова использовала свою силу, чтобы вытащить Макса из беспамятства.
– Что там? – прохрипел он.
– Ушли. – улыбнулась девушка. – Это был последний из матерых.
– Да! – обернулся Медвед и радостно осклабился. – Диксы валят, только пятки сверкают.
– Так не должно быть. – возразил Макс. – Они должны переть до последнего. Это странно, а все что странно – опасно.
Медвед сбледнул с лица снова посмотрел наружу, покрепче сжимая рукоять меча.
– Да нет! Как есть бегут. Все уже! Никого не осталось. Наши фонарями водят во все стороны. Вон даже Комбайн к нам бежит и никто на него не кидается!
– Черт! Что за пакость? Да не могут они так действовать. – Макс попытался подняться, но его остановила Дина.
– Могут. – ответила девушка. – Их страхом принудили к подчинению. Я это чувствую. И когда объект страха, он же командир, исчез, остался только ужас без точных приказов. Вот они и сбежали. И будут бежать, пока из их голов не выветрится этот кошмар.
– Очуметь! – выдохнул кто-то со стороны. – Диксов можно напугать?
– То есть эти кузнечики не телепаты? – уточнил Макс.
– Нет. – мотнула головой Дина. – Они лишь сержанты или что-то такое. Более умные и на них подвязаны остальные. Без командования простые диксы становятся беспомощными. Их гложет такой страх, что я отсюда ощутила его эманации, но направить или удержать его некому. Вот они ему и поддались.
– Жесть!
– Что тут у вас? – через бруствер перевалился Комбайн. – Все живы? Я засек как один шустрила к вам в поезд заскочил.
– Не такой уж он и шустрила. – Медвед еще не отошел от боевого шока и пнул труп дикса. – Маса шустрее оказался. И Дина влет тому башку снесла.
– Так это ты стреляла? – удивился Макс.
– Да. – поежилась девушка. – Как почуяла его слепок, сразу же выстрелила. За тебя испугалась.
– Прорвемся! – Макс погладил свою жену по щеке. – Все у нас будет хорошо!
Он шептал ей нежности и утешающие слова, но сам в них не верил. Зато чувствовал, что так нужно. Как же ей досталось за последнее время. Ее менталитет, и соответственно психика, не настолько приспособлены к подобной жестокости. А вокруг только смерть и страдания. Только ей каждая такая смерть как незаживающая рана на сердце и душе. Странно, что она еще не сломалась.
– Так что дальше по программе передач? – вклинился Комбайн. – Стоим и ждем?
– Думаю, они уже сегодня не вернутся. – решил Макс. – Укладывай людей у ниш на отдых. Но часовых должно быть много. Мало ли это некая хитрость. И часть людей перетащи к нам.
– Сделаю! – кивнул Комбайн и перемахнул через бруствер.
Сам Макс, слава всем богам, никогда не попадал даже в опорный пункт, не то, что в тюрьму, но не раз слышал про «стакан» – фактически вертикальный гроб, куда помещали заключенного на несколько часов. Это одна из тех пыток, что не оставляют следов на теле, но вполне способна сломать человека. Вот приблизительно в таких условиях и держали оборону в «банке», потому ребятишки со стонами вываливались на песок или поскуливая разминали ноги, ковыляя к озерцу и обратно.