Как ни странно его бросок удался на все сто процентов. Воздух снова пошел внутрь корпуса. Плохо если все же стекла на иллюминаторах битые. Первичный осмотр не показал больших прорех. Да и толщина стекла должна впечатлять. Море не терпит китайских поделок и быстро вскрывает любую слабину у судна. Тот же «непотопляемый Титаник» тому примером.
Минут двадцать ничего не происходило. Однако Макс кожей чувствовал, как истекает его время. Он как мог очистил поверхность своего кармана, выкидывая в коридор все лишнее. Но углекислота неумолимо накапливалась и отравляла организм. Дышать становилось все тяжелее. Появились сиплые хрипы, а до упора расширенные легкие не приносили облегчения.
Саму же яхту начало покачивать. Хороший и плохой симптом одновременно. Хороший – потому что герметизация прошла испытание. Плохой, от того что неизвестно как все дальше обернется.
Страховки у Макса нет. Судно никто не подхватит сверху. А ну как ее поднимет и снова долбанет о дно? Мало того что прилетит вещами с отрицательной плавучестью, так еще и корпус даст течь в новых местах.
Матерясь сквозь сомкнутые зубы, Макс метнулся к каюте. И тут карман. Отлично. Вот только под ногами много гнилого мусора. Один раскисший до одуряющих размеров матрац чего стоит. Повезло, что все остальное наглухо прикручено к любой поверхности, иначе он бы плавал в мусоре. И слава всем Сеятелям, что тут не нашлось ни одного яркого осьминога или голодной щучки. Во все стороны прыснула мелкая рыбешка и только. Сеятели берегут отчаянных идиотов!
В новом кармане дышалось намного веселее. Плотно зажатый в губах фонарик не намок, если не считать немного слюны. Он же и осветил это царство водорослей. Стены каюты когда-то были отделаны деревом, но сейчас представляли собой один осклизлый ковер из водорослей. Мусора тут плавало еще больше, чем на камбузе. Из полезного только размокшая пачка презервативов. Макс тут же распаковал один и наполнил его воздухом.
– Заначка! – хихикнул он.
А вот второй отправился наружу. Нужно дать понять, что он еще жив и борется.
И снова потекли томительные минуты ожидания и страха, что в одно прекрасное мгновение шланг перестанет исторгать из себя воздух. Причин тому масса. Сел аккумулятор, подводный хищник разорвал пуповину жизни, лопнула китайская поделка, сдох просоленный водой компрессор. Соревноваться в скорости даже с обычными акулами не хочеться. А уж если вокруг кружит Лютый… Нет, лучше переждать до упора. Здоровее будет.
А ведь случись что-то одно из перечисленного и впереди только резкий рывок на поверхность с минимальными шансами на благополучный исход.
Снова яхту дернуло и застонал корпус. Нос приподнялся вверх, а двери оказались где-то внизу. Еще один минус. Теперь всплывать станет труднее. Закрыть бы внешний люк, но Макс не уверен в его герметичности и целостности. А вдруг потом заклинит?
Фонарик пару раз мигнул и приказал долго жить. Вокруг темень, хоть глаз выколи, хотя виднеются более светлые пятна. Наверняка иллюминаторы, что поросли все теми же водорослями. Чистить их страшно. Вдруг уже на полном издыхании. Из всех развлечений только шипение пузырьков воздуха. Пропадут они и пиши пропало.
Гул мотора вывел Макса из странного ступора. Так наверное чувствует себя оправданный в последний момент смертник. То ли нервное напряжение его вымотало, то ли он все же отравился. А может просто началась гипоксия. Сколько он тут сидит? Час, два, пять? Он уже и не знает. А может это его качает, а не яхту? Да все равно уже. Тянет в сон. Даже удивительно, что ребра не болят. А ведь дол…
Глава 22
Последнее время Макс взял за привычку выныривать из беспамятства. Слишком часто его приключения заканчивались плачевно. Происходило это по-разному и с различными эффектами, но всегда вокруг были друзья и Дина. Только головная боль частенько портила момент.
В этот раз все случилось почти так же, но намного суровее. В голову словно сверло вставили. Едва свет коснулся глаз тело свело судорогой, за которой пришел озноб и кашель. Макс помимо воли забился в болезненных конвульсиях.
Парень не сразу понял, что находится не в одиночестве. Боль оттянула на себя все внимание от окружения. Даже Дина с ее даром не справлялась. Оттого первые часы он провел в горячечном бреду или подобном ему состоянии. Да и выжил лишь чудом, но осознать это смог лишь спустя сутки мучительных метаний.
— Хр-р! – Макс вскинулся на циновке, едва осознал себя и свои силы.
Вот только хватило их на секундный рывок, при том, что из всех усилий ему пришлось сбросить с себя кучу тряпья. После этого руки подогнулись и он рухнул на твердое ложе. До ног волна энергии так и не дошла, хотя окатила все остальную тушку колючей болью.