— Такие красотки и без охраны? — очень банально прозвучала прелюдия к знакомству.
— Почему это без охраны?! — хмыкнула Лёка, кивнув назад, где гордой и мрачной горой стоял Лысый, скрестив руки на груди. Танцевать он толком не умел, разве что бровями. Но и этого оказалось вполне достаточно, чтобы произвести на нежданного ухажера впечатление. Парень быстро сделал три танцевальных движения подальше от нас и больше не донимал, демонстрируя свой тик уже другим девушкам.
— Выпьем! — развернула меня подруга к стойке.
Сделав заказ, мы вернулись за столик. Алла что-то нашептывала Льву. Ни один мускул на его лице не реагировал на ее слова. Парень даже не кивал. Он будто был очень далеко от всех нас, в своей собственной туманности. Фима пытался тискать Ольку, но она после той истории с предложением родить ребенка, опасалась его, потому сделала меня буфером, усевшись на другой стул от парня. Теперь домогания проходили через меня, как через границу. И границе эти щипки, пинки и чмоки-чмоки не нравились!
— Все! Таможня вводит налог на все эти штуки! — взорвалась я, повернувшись к Фиме. — Хочешь поцеловать — плати десять грн.!
Мировое Зло — скупердяй! Денег пожалел. Он сразу раскрыл рот, подумывая, чем бы возразить. Но ему и слова сказать не дал Лева. Парень поднялся и кивнул мне, предлагая потанцевать. Я еще огляделась, убедившись, что Аллы рядом нет. Она каким-то чудом испарилась.
— Ну, ладно. — Робко согласилась я. Йорик тоже куда-то подевался.
Честно, было странно. После стольких недель молчания, отстраненности, приблизится к желанному мужчине, чувствовать его теплые руки на своей талии, а под своими ладонями ощущать, как нагревается под тканью тонкой рубахи его тело. Мое обоняние с эгоизмом и жадностью ловило запах его духов. Легкий, не приторный, а наоборот, освежающий, дурманил и затуманивал рассудок. Мне казалось, что еще пара секунд и, я поцелую его, плевав на все, Аллу, толпу людей вокруг, друзей и прочих. Взгляд тут же сосредоточился на линии его подбородка, и робко тянулся выше к губам.
«Не смотри! Не смотри!» — запрещала себе я, напоминая, что отдала, что он чужой.
— Кис, это неправильно все! — заговорил внезапно драматическим голосом Лева, разбивая мое сердце. Я стала очень чувствительной к любым интонациям, предвещающим неприятности, беды и горе. Вся насторожилась и готовилась к худшему. Потому и сейчас сжалась, ожидая услышать что-то плохое.
— Мы с тобой, Кис. Мы отдалились за эти несколько месяцев! — он крепче меня прижал к себе. — Мне тебя не хватает! — Это парень произнес шепотом, коснувшись губами моего уха. Что со мной произошло? Да внутри все перевернулось. Вот зачем он так сделал?
Пришлось сжать руку в кулак и всадить в кожу ногти, чтобы болью отвлечься от вспыхнувших чувств.
— Так и должно быть, — говорила я, изображая из себя благоразумную и взрослую. — Ты скоро женишься. Все твое время будет разделено на семью и работу. А когда появятся дети, то времени и вообще не останется ни на меня, ни на ребят. Скажи спасибо, если время появится с друзьями пива выпить!
— Какие дети? — удивился парень.
— Ну твои и Аллы. Она вполне готова к этому шагу…
Лева уставился на меня, выпучив глаза. Я прикусила язык от испуга.
Меня опять прижали к груди и, скажу, что достаточно болезненно.
— Я не об этом! — Лев говорил сквозь зубы, яростно и почти шипя, стараясь заглушить музыку и склоняясь еще ближе ко мне. Я опасалась, как бы Алла, увидев нашу идиллию, не восприняла сие изменой. Попыталась найти ее взглядом, но когда тебя тискают, такие простые вещи проделать невозможно.
— Мы никогда не бываем наедине, не говорим… — продолжал Лев. — Ты стала отчужденной. Кис, я хочу…
— А можно мне? Можно? — оттеснил Леву Йорик. — Давай же Лев, поделись! Ты у нас парень почти женатый. Иди к жене, а мне передай Кису!
Один друг посмотрел на другого с явным намерением подраться. Тем не менее, Лева нехотя разжал руки и меня бережно, но очень быстро переместили из одних объятий в другие. Лев ушел к Алле, а Йорик, несмотря на быструю музыку, стал медленно меня раскачивать.