— Саванна!
Я резко развернулась, услышав голос брата. Он вообще не был на тропе. Он бежал ко мне по траве. Я поспешила навстречу и бросилась в объятия-атаку, как только он оказался в пределах досягаемости.
— Ой! — он рассмеялся, когда я его отпустила. — Когда ты стала такой сильной?
— Я всегда была сильной, Данте, — я посмотрела ему в глаза и усмехнулась. Для этого мне пришлось запрокинуть голову. — Вау, ты высокий. За ночь подрос?
— Нее, это ты скукожилась, — он подмигнул мне голубым глазом. Правым. Его левый глаз был янтарным, в точности как мои глаза.
— Ого, шутка про мой рост? — я закатила глаза. — Как оригинально.
Он пожал плечами, продолжая улыбаться.
Я не могла скрыть свою улыбку. Не могла поверить, что мы здесь. В Замке. Пребывание здесь напоминало мне о том, как мы оба близки к становлению Рыцарями. Все было идеально.
Так что, естественно, это не продлилось долго.
— Йоу, Винтерс!
Я развернулась, занимая положение возле брата. Два парня направлялись к нам — быстро, как ураган по океану. Один из мальчишек имел чрезвычайно короткие и колючие светлые волосы; у второго были чрезвычайно короткие и колючие чёрные волосы. Если не считать волос, они могли бы быть близнецами. Крупные и крепко сложенные, они выглядели как живые танки. Они определённо были мощнее, чем может быть любой шестнадцатилетка.
— Ты реально думал, что можешь уйти от нас? — спросил мальчик с колючими чёрными волосами.
— Я и ушёл от вас. Просто вы не поняли намёка, — парировал Данте, принимая скучающий вид.
Но я знала своего брата. Он не скучал; он злился. Его напряжение трещало в воздухе. Это заставляло меня тоже нервничать.
Паренек-блондин взглянул на меня.
— Кто твоя подружка?
— Она не моя подружка, — сказал ему Данте. — Она моя сестра.
Мальчики присмотрелись ко мне получше. Для этого им пришлось слегка нагнуться.
Я бы соврала, если бы сказала, что это не ранило моё эго хотя бы немного. Я терпеть не могла, когда люди смотрели на меня сверху вниз. Сколько бы раз я ни испытывала это, я просто не могла привыкнуть… и не хотела.
— Она маленькая.
— А ты тупой, — сказал ему Данте. — Серьёзно, чувак, не лезь к моей сестре.
— А то что?
— Поверь мне. Ты очень не хочешь узнавать, — в глазах Данте горела угроза.
Черноволосый мальчик на несколько секунд посмотрел ему в глаза, затем поспешно отвернулся.
— Ну и пофиг, чувак.
Я улыбнулась Данте.
— Дорогой братик, ты разве не представишь меня своим новым друзьям?
Он закатил глаза от слова «друзья», но всё равно подчинился.
— Савана, познакомься, Датч… — Данте показал на светловолосого мальчика. — …и Ретт, — он показал на черноволосого мальчика. — Или, как мне нравится их называть, Труляля и Траляля.
— Очаровательно, — я протянула руку как принцесса, просто чтобы посмотреть, что сделают мальчики.
Датч уставился на мою руку, ничего не понимая. На мгновение я подумала, что он возьмёт её и поцелует как в сказках. Ретт шлёпнул меня по ладони прежде, чем его другу представился такой шанс.
— Твоя сестра — сплошная проблема, — сказал Ретт Данте. — Как и ты.
— Ну на этом всё? — Данте рассмеялся. — Потому что нам бы очень хотелось воплотить в жизнь свой план не разговаривать с нами.
— Берегись, Винтерс. Умники никому не нравятся, — сказал Датч, пихнув Данте плечом, и они с Реттом потопали прочь как пара голодных тираннозавров.
— Вау, ну и кадры, — прокомментировала я.
— Они все такие. Ученики с Виктори, — объяснил он, когда я моргнула и уставилась на него. — Виктори — это свихнувшийся городок где-то в Европе. Мэр Виктори вкладывает большую часть их еды, образования и других ресурсов в группу подростков, которые, по его решению, имеют наивысшие шансы на избрание. И они полностью игнорируют остальных детей в городе.
— То есть, горстка людей получает все ресурсы, предназначавшиеся тысячам? — спросила я. — Да уж, абсолютно справедливо.
— Похоже, это работает, — сказал Данте. — Почти все из этих «особенных» детей были избраны в этом году. И в прошлом.
— Те, кому дают больше, и достигают больше. Какой сюрприз. Самосбывающееся пророчество, — я попыталась отбросить раздражение, но довольно сложно небрежно относиться к несправедливости.
Данте кивнул.
— Ну, никто не обещал нам, что жизнь будет справедливой, Сав.
— Но быть Рыцарем — это про галантность, справедливость и исправление всех изъянов в мире, — проворчала я. — Как вообще возможно, что Правительство позволяет таким засранцам становиться Рыцарями?