Патрик Эрсин в одной прозрачной накинутой на голое тело тоге, раздвинув драпировки, тихо шлепая по бетону босыми ступнями, вошел в помещение. Принес огромное серебряное блюдо с посыпанным специями сырым мясом и фруктами, конический серебряный графин приправленного наркотическими травами кофе и кальян с густой красной, похожей на кровь жидкостью. К неудовольствию принца присел на край ложа, поставил поднос на вульгарно раздвинутые колени и, взяв кусок сырого сладкого мяса, крепко поперчив его, подав с пальцев ей прямо в рот, угостил им демонессу. Она приняла подношение и, захватив губами его руку, облизав его пальцы своим очень длинным, с ладонь величиной, лиловым языком, развратно улыбнулась ему в ответ. Закончив кормить сестру, Эрсин точно также протянул угощение и принцу, поводя пальцами так, как будто предлагал сунуть в рот их в рот и ему, но тот отказался, попытался высвободиться из крепко обвившего хвоста своей любовницы, кончик которого нашел уже дорогу между его ягодиц.
— Уйдите прочь! — неприязненно потребовал принц Ральф у Эрсина.
— Патрик, не ври мне, ты же тоже уже насладился этим мальчиком? — спросила демонесса, обращаясь к Эрсину и, еще крепче сжав хвостом принца, спросила — куда же ты?
Обхватила его руками, прижалась к нему своей грудью и присосалась к его губам своим ртом, запустила ему глубоко в рот свой язык.
— Мне надо… — попытался высвободиться принц Ральф.
— Давай! — распахнула рот, приготовившись, выгнулась демонесса.
— У тебя отличный вкус, сестрёнка! — оценивающе кивнул Эрсин, бесцеремонно и по-хозяйски ощупывая, глядя горячей раскрытой ладонью принца по бедрам и спине.
— Да что вы творите! — оторвался от демонессы тот, но она снова привлекла его к себе и снова сунула ему в рот свой длинный язык, наслаждаясь его смущенными, но все же неспособными сдержать страсть судорожными движениями.
— И все же, не более того, что позволяют эти шкурки из кальция, углерода и воды — проверяя хвост демонессы, вынимая и облизывая его, спокойно и рассудительно ответил на возглас принца Эрсин. Отставил поднос, пристроился сверху и сзади и, не прерывая своей лекции, принялся совершать поступательные ритмические движения — никто не может понять, ни мы, ни ученые, ни доктора философии, ни мыслители. Вот сделал же создатель их такими, какие они есть, и тут же всем им и запретил. Где логика, где смысл? А, Ральф, может ты скажешь мне? Ну, хотел бы он, заткнул бы вас со всех сторон и не было бы даже повода нарушать эти ваши правила и запреты. Нет же, оставил, сделал именно так, нарочно, чтобы поглумиться. Как с тем яблоком, теми ангелами в Содоме и Иудой. Дешевая провокация чистой воды. И что в итоге? Нет, я конечно нисколько не возражаю, он тут хозяин, он это все придумал, и так даже веселее и интереснее, но я вижу в этом парадокс. Двойные стандарты. Лицемерие. Зачем запрещать то, что естественно, а тем более приносит такое волнующее наслаждение и при этом даже запрограммировано у вас на уровне гормонов, генетического кода и рефлексов? А тем более наказывать, клеймить? Какой был в этом смысл? Или банальный непрофессионализм? На одном из планарных пластов я проектировал вычислительною машину, которая должна была моделировать максимально полное строение вселенной. Когда я закладывал в нее программу, я продумал все как следует до мелочей. Предусмотрел все, что мне было необходимо, а недокументированные возможности и аберрации максимально ограничил. Мне дали грант, потому что это была идеальная машина, не тратила лишних ресурсов, энергии и нервов. Это была достойная работа, и она показывает, что можно ведь, если захотеть. А то, что мы видим вокруг? Все ваши заповеди, духовная борьба и ограничения естественных потребностей тела вкупе с вашими пороками и низменными устремлениями, все это больше похоже на веселый серпентарий, цирк уродов, где собрали злобных безмозглых и жадных карликов у тесной кормушки и на потеху стравливают их. И не надо говорить, как вы любите о том, что какие-то там провидения выше разумения, выше простых логических выводов. Если бы создатель хотел чтобы мы все, да-да и вы и мы все вместе, были такими уж идеальными хорошими, как он говорит нам через каких-то, претендующих на истину, ради своей выгодны называющих себя его пророками, проходимцев, он бы изначально заложил во всех нас самые лучшие качества, чувства и мысли, чтобы вообще не было надобности в каких-то условностях и ограничениях. Но по факту выходит совсем наоборот. Он предлагает вам некачественный продукт: слабое тело, подверженный страстям, замутненный гормональным фоном мозг, отстраняется, как будто это такая лицемерная, без чудес и четких научных, или иных явных подтверждений его существования свидетельств свобода выбора и предлагает вам побороться со своими пороками и недостатками, которые сам же заложил в ваши головы генетически с самого вашего рождения. Так ведут себя либо дилетанты, либо жестокие шуткари из популярных комедийных постановок и конкурсов, придумывающих глупые задания для участников, чтобы те в своих еще более тупых бестолковых метаниях и низменном паясничестве веселили их, поднимая рейтинги. Ральф, что вы напряглись? Вам же нравится, я вижу, не спорьте. И Йекти в восторге, с дальней дороги насладиться своим новым телом. Кстати это я придумал, как вам, великолепно? А вот хвостик такой — он взял в руку кончик ее хвоста и пристроил себе сзади — это уже ее маленькая шаловливая выдумка. Ловко и занятно не правда ли? Бросьте, не впадайте в краску, как в семинарии на исповеди. Оставите предрассудки, доверьтесь разуму, логике и влечениям вашего великолепного мужского тела. Раз приятно и есть физическая возможность, почему бы и нет? Какой-то дурак-импотент, моральный кастрат, неуч, мракобес, непроходимый, начитавшийся до одури каких-то книжек неудовлетворенный рефлексик-тупица сказал вам, что это плохо, а вы поверили? А слову на заборе вы тоже верите?