— Вот оно, то, о чем они все говорили… — подумал он. В зале стало тепло, почти что жарко. Тяжелый горячий аромат раскаленного железа разлился по комнате, как будто при каждом движении куратора полиции Гирты словно распахивались раскаленные крылья, поднимая вокруг нее потоки горячего, как от доменной печи, ветра.
— Где Лео? — быстро спросила она у Инги и поставила на стол закрытую клетку с деревянной ручкой, которую принесла с собой в отдел. Кот Дезмонд сразу заинтересовался ей, подошел, гордо и надменно вскинул голову, принюхался, хлопнул хвостом и выгнул спину.
— Во дворе — с готовностью кивнула на окно Инга — собирают карету.
— Времени нет, идите за ним! — приказала ей Хельга Тралле и позвала громко и звонко так, что, казалось, от ее голоса затряслись стекла — Валентин!
Сверху загремели тяжелые шаги.
Инспектор, держа в руках дымящуюся трубку, поспешно, вразвалочку, спустился вниз.
— Собирайтесь. Время — приказала она ему — Герман уже на месте. Он будет ждать у Прудов.
— Я понял — выпятив нижнюю губу, кивнул инспектор и прибавил осторожно и тихо — Хельга, насчет твоего плана…
— Это не мой план. И это не стоит твоих сомнений, у меня же нет души — сказала она ему, не обращая внимания на подчиненных, коснулась руками его одежды, оправила застежки и полы синей с фиолетовым старой мантии инспектора, что была немного мала ему и всегда так некрасиво разъезжалась на его толстом выпирающем животе. Проникновенно заглянула в лицо. В ее глазах промелькнули забота и улыбка. Несколько прядей ее золотых, всегда идеально чистых и расчесанных волос кольцами выбились из хвоста. Еще раз оправив застежку его мантии на груди, она кивнула инспектору и отошла на полшага назад, сообщила так чтобы слышали все — также как и у всех остальных участников плана, который сейчас приводится в исполнение в Гирте, у каждого из вас есть индивидуальные инструкции и цели. Вы все знаете их и, несмотря ни на что, любой ценой, вы должны их выполнить. Я верю в вас и теперь все зависит от вашей сноровки, умений и того, благословит ли Господь Бог наши начинания и служение или нет.
— Да — утвердительно кивнул за всех инспектор и, решившись, шагнул вперед. Наверное, он хотел поцеловать ее, но в последний миг передумал, не то смутился, не то не хватило смелости, просто обнял ее за плечи, робко и неловко вытянутыми руками, как юнец и, также быстро отпустив, махнул рукавом — ладно, черт с тобой. Все, мы все поняли, иди, если потребуется, я сделаю все, как ты предписала мне.
И он, встав по стойке «смирно» поклонился ей и отсалютовал рукой от груди.
— Служу Господу Богу, Гирте, Северному Королевству и государю Арвестину! — продекламировал он ей слегка смущенно, но все же решительно и торжественно — Христос Воскрес!
— Воистину Воскрес! — отозвались все.
— Воистину Воскрес! — также ответила и Хельга Тралле, отсалютовала инспектору и, развернувшись, без дальнейших лишних слов и напутствий быстро вышла из отдела. Снаружи еще некоторое время через грохот шагов и гром дверей в длинном коридоре на втором этаже слышались ее быстрые и четкие распоряжения, которые она отдавала жандармам и полицейским офицерам, когда в отдел ворвался встревоженный, но как всегда при параде, всех регалиях полицмейстера, генерал полиции Абелард Гесс. Бросил быстрый взгляд на все еще стоящего посреди отдела инспектора.
— Валентин! Вот приказ со всеми подписями, как всегда, в последний момент — заявил он, вручая инспектору бумагу и быстро оглядывая зал — все, давайте, быстрее, быстрее!
— Да — утвердительно кивнул ему инспектор и обратился к подчиненным — а вы что расселись? Вам же сказали, бегом собираться и ехать!
Поспешно вернулись студенты и Фанкиль. Школярам выдали укрепленные металлическими пластинами кожаные куртки, шлемы и короткие пики. Быстро кивнув инспектору, что все готово, Фанкиль выдвинул ящик стола достал из него блестящие латные перчатки-гаунтлеты. Даскин схватил свои лук и стрелы, перекинул через плечо перевязь, на которой висел короткий меч. Инга подхватила свою толстую кожаную сумку, что стояла у нее под столом, запихала в туесок кота Дезмонда. Лейтенант Кранкен проверил свои топор и плеть. Доктор Сакс с остервенением сорвал и затер полой мантии очки. Вертура примерил на плече свой длинный меч, что привез с собой еще из Мильды.