- Простейшие души лишены разума и воли, потому с ними проще работать, и сюрпризов от них нет, – пояснил Эмиль.
Вот оно как…
Тогда мне понятно, что такое я ощущаю вокруг…
Это как с теми вурдалаками, тоже странная разлитая вокруг аура духов. Не скажу, что особенно приятно.
Я таких подробностей об артефакторики не знал. Видать, из-за таких вещей подобную информацию стараются не распространять. Узнай обычные люди, что то, чем они пользуются сделано – «грязной черной магией», и всякие крестьяне тут же начали бы надоедать магам. Был, помню, тридцать лет назад какой-то культ, который поднимал крестьянские восстания против магов и магии в целом, ведьм жгли и на колдунов охотились. Бред полный. И вся эта толпа однажды нарвалась на Старшего Волшебника, который и положил конец культу. Старший маг – это вам не деревенская знахарка, которую можно бревном по голове вырубить, а затем на костре сжечь, это сильный чародей, даже если его профиль не боевой, он все равно может за себя постоять. Как итог, весь этот культ и все бунтующие сгорели заживо в огненном смерче.
Глупо было.
- Погодите, – подала голос эльфийка. – Но ведь есть магические предметы без рун, и созданы они мастерами кузнечного дела. У моего отца были парные клинки Луан и Таун, которые были созданы явно не такими, как вы.
- Забавная у вас семейка, леди, раз обладает такими предметами, – усмехнулся дедуля. Рашира резко побледнела и прикусила язык. Это что, такие крутые клинки? Может, как-нибудь узнаю, но сама она точно не скажет. – Да, есть и иной способ создания магических вещей, но такие, как я, сделать его никогда не сможем. Делают его Чарующие Кудесники, кузнецы или иные мастера своего дела, которые обладают магическим даром. Они в момент работы могут вплести частичку собственной души в свое творение и создать поистине грандиозный артефакт. Такое обычно только дварфам приплетают, но у них просто процент волшебников больше, эльфы больше в обработке дерева специализируются, а среди людей мало кто, обладая магическим даром, не хочет стать магом, но тоже есть.
Вот оно как.
Подобное оружие я все же видел. У Себастьяна как раз дварфийский меч, и никаких рун у него я не замечал, да и магической силой оружие обладает. Хотел бы я такое оружие, но стоит, я так думаю, оно крайне много. Друзья среди дварфов у меня есть, но мастеров-кузнецов как-то из них я не помню.
Интересно было послушать об артефактах. Неприятно осознавать, что мой амулет пространственного кармана содержит чью-то душу, даже если это душа медузы. Некромантию я не люблю по весьма понятным причинам.
Вскоре мы двинулись к выходу из магазина.
- Эй, варлок, – окликнул меня продавец. – Знаешь, чем ты отличаешься от всего товара, что у меня в магазине?
- Я умею думать?
- Нет, – усмехнулся он. – На твое создание была использована только твоя душа. Хе-хе-хе!
Отвечать ему я ничего не стал и просто ушел.
Какой неприятный человек.
Неуютно осознавать, что ты всего лишь вещь, которую создали для определенных целей и которая стала не нужна, когда прошла надобность. Вот только, люди не вещи, и положить их на полку, пока не пригодятся, нельзя.
Я знаю, как работают гравировщики. Это настоящие мастера взаимодействия с аурой и энергетикой того, на ком они создают гравюры. Как я слышал, некоторые являются попутно и артефакторами, что с недавно узнанным несколько пугает.
Магия Смерти – довольно жуткая вещь, и мне как-то в голову не приходило, что ее так активно используют в мирных целях. Я слышал, что такое есть, но даже не думал, что в такой форме.
М-да, как многое я не знаю об окружающем мире…
- Ух… – послышалось рядом.
Обернувшись, я увидел кого-то на лавочке.
Он лежал, прикрыв голову руками, и громко стонал.
В нос сразу же ударил сильный запах дварфийского спирта. Кто-то слишком сильно перепил и теперь мучается от похмелья.
Одет этот человек весьма не бедно. Шелковая белая рубашка, поверх серый расстёгнутый камзол, черные брюки и эльфийские ботинки. Последнее точно показатель того, что этот кто-то небедный. Если одежку еще можно сделать красивой, то подделать ботинки эльфов нереально, а такую обувь я узнаю везде.
- Кажется, ему сильно плохо, – хмыкнул Эмиль.
- Ярмарка ведь недавно началась, когда он успел так напиться? – удивилась Рашира.
- Пойдем, узнаем, а то к этому умирающему уже воры приглядываются, – указал я на пару крепкого вида мужиков, стоящих в переулке. Увидев нас, они решили не лезть.
Подошли к человеку.
- Эй, вы в порядке? – спросил я.
- Воды… – хриплым голосом попросил он.
- Сейчас, – сказал Эмиль, достал кувшин из пространственного кармана, а затем призвал воду. – Вот.
Человек с трудом поднялся и принял кувшин, а затем стал хлебать из него.
Незнакомец оказался немногим старше меня, примерно того же роста. И у него длинные седые волосы, как у Эмиля. Такой цвет редок, и встретить сразу двух седых я точно не ожидал. До этого только всякие слухи про сероволосых слышал, но сам не встречал.
Мужчина выпил все, и, судя по лицу, ему стало лучше. Острые скулы, прямой нос и волевой подбородок и щетина. Выглядит сильным, широкоплечий и крепкий, явно или в дуэлях часто сражался, или воевал, скорее, второе. На руках видны мозоли, которые натирают все те, кто много орудуют мечом.
- Покорнейше благодарю, – слегка поклонился незнакомец. Притом он явно даже не думал о нашем происхождении, а чисто высказывал благодарность, и неважно, кто перед ним.
- Это как же ты умудрился так набраться? – спросила Рашира.
- Эх, у меня плохая переносимость алкоголя, – вздохнул он. – У нас это семейное, быстро пьянеем, а затем долго отходим от всего этого. Я уже неделю мучаюсь, – его начало качать, и он слегка позеленел, но с тошнотой справился. – Друга старого встретил, и он меня уговорил отметить встречу… Кошмар…
Он чуть не упал, но я его придержал.
- Ага, – кивнул он. – Мне надо идти… Я с трудом до этого города добрался, так что осталось недалеко.
- Помочь? – предложил я. Он выглядит совсем плохо. Упадет где или грабители пристать могут.
- Нет, благодарю за заботу, – махнул он рукой. – Я сам справлюсь. Еще раз спасибо за воду. Только встать помогите…
Подал ему руку и помог подняться. Хватка у мужчины сильная.
Кивнув нам в благодарность, он, шатаясь, пошел в нужную ему сторону. В этом городе он явно не в первый раз, так как двигался он явно с осознанием, куда ему нужно.
Имя забыл спросить, но не думаю, что это особо важно.
Ну, удачи ему. Надеюсь, дойти сможет.
А мы пока пошли обратно на праздник, но надолго задерживаться не будем, ведь завтра у нас путь в Просторы Гигантов…
- Легкая добыча, – усмехнулся Билл, переглянувшись с Аллом.
Оба вора давно уже орудуют в Рамау. Тут нелегко жить преступнику, народ весьма подозрительный и нервный, а соседство с Просторами спокойствия не добавляет. Но Билл и Алл хорошо тут освоились, пусть и не без труда. Слишком много вооруженных и опасных людей тут мелькает, чтобы бандиту было легко работать, да и город не такой большой, и злачных мест не так много. Стража везде бывает, и, как, например, в других городах, тут нет трущоб и заброшенных мест, где никого нет. Но преступность есть везде, и их небольшое воровское сообщество с трудом, но процветает.
Сегодня в городе ярмарка, а потому можно разгуляться. Много пьяных, много невнимательных и парочек, что хочет уединиться. Прекрасная ночь для любого вора.
Не так давно они увидели свою цель.
Обычный аристократ, страдающий от страшного похмелья. Он даже стоит с трудом.
Билл и Алл уже думали им заняться, когда какие-то сопляки вмешались и помогли этому типу. Пришлось выжидать, но оно того стоило. Дворянин отказался от сопровождения и пошел сам, а два вора тайно шли за ним. Поскольку большая часть жителей сейчас на ярмарке, то в этом районе никого особо нет.
- Хочу его ботинки, – усмехнулся Алл.
Да, эльфийские ботинки – крайне дорогая вещь. Если их продать, то можно несколько месяцев безбедно жить в хорошей гостинице и ни в чем себе не отказывать. Очень удобная и дорогая обувь, жаль, себе оставить нельзя, слишком они сильно в глаза бросаются.