Вновь дали себе секунду передышки, чтобы затем сойтись в последний раз.
- «Я не проиграю! Этот момент все решит!»
Их мысли были одинаковыми.
Плевать на раны, плевать на боль, плевать на усталость, плевать на все!
Рывок!
Они бросились в свою последнюю атаку!
Шаг! Шаг! Шаг!
Они сближались и уже забыли обо всем на свете. В мире исчезло все, кроме их самих.
«Есть только Я и Враг, остальное не имеет значения!»
Шаг! Шаг! Шаг!
Вот они почти столкнулись…
ВЗРЫВ!
Ударная волна, возникшая между ними, просто снесла девушек с ног и оттолкнула друг от друга, протащив обеих несколько метров по земле!
В ушах у них звенело, голова закружилась, а все полученные раны вспыхнули болью, чуть не лишив их сознания.
- Достаточно! – сильный и холодный голос прозвучал перед ними.
В центре их поля боя стоял Ферокс…
Ледяной взгляд его желтых глаз не предвещал ничего хорошего.
- Бой окончен – Ничья.
- ЧТО?! – подскочили они.
- Вы обе нарушили правила, – заявил он. – Это тренировочный бой и самоубийственные атаки тут тоже запрещены, а вы совсем головы потеряли.
- Нет! Я еще могу сражаться! – возмутилась Лилджа, с трудом оставаясь на ногах. В глазах двоилось, а дыхание сопровождалось хрипом и писком.
- Я тоже еще не сдалась, – нахмурилась Рашила, стоя на одной ноге. Наступать на вторую она уже не могла. Она закусила губу от боли и пыталась не выдавать своего состояния.
Но это не убедило варлока.
Тот сначала посмотрел на одну, а затем на другую.
И от его взгляда на душе стало как-то нехорошо.
Рашира впервые за долгие годы чувствовала себя неуютно под его взглядом. Создавалось впечатление, будто она сильно разозлила отца, такой же взгляд бывал и у него, когда он был зол. Сейчас Ферокс был сам на себя не похож. Если раньше он казался более пассивным и спокойным, тем человеком, который предпочитает плыть по течению, то сейчас перед ней стоял тот, кто русло реки может менять.
Лилджа тоже сглотнула. Она помнила, насколько страшным Ферокс может быть в гневе. В моменты настолько плохого настроения варлока лучше не трогать и не злить, можно сильно поплатиться. Хевил как-то тоже так полез и, несмотря на всю свою силу, получил он тогда знатно.
- Или вы прекращаете, или я вас заставляю прекратить…
Вот такого поворота никто из них точно не ожидал. Лилджа очень хорошо знала эту темную и раздраженную часть Ферокса, а потому первая отступила. Ферокс может быть сколь угодно спокойным, ленивым или даже пассивно принимать все проблемы, но стоит его разозлить, и никому не захочется оставаться с ним рядом. Одно воспоминание о том шадакре, который им попался, заставляло ее содрогаться от того, какая ярость тогда пылала в душе Ферокса и от того, что он с ним сделал.
Рашира не знала всего этого, но нутром чувствовала, что продолжать не стоит. Ферокс никогда раньше с этой стороны ей не открывался. Она запомнила его очень флегматичным и спокойным в Академии, потому подобная резкая перемена ее несколько пугала.
Обе девушки отступили и опустили оружие.
- Чудно, – кивнул он.
Это стало последним, что они услышали от него, а после потеряли сознание….
Девушек унесли в лазарет и оставили там лечиться. У Лилджи парочка треснутых костей и куча синяков, а Рашира получила сильное повреждение стопы, да и во время последней стычки несколько ударов пропустила. И ведь пожалела, что броню не надела, так что сама виновата. Могла бы отделаться более легкими травмами, но теперь мы тут еще на день застряли.
Эмиль смотрел на весь этот процесс с неким шоком.
Действительно. Бой, который вначале показался ему предсказуемым, поразил своим исходом. Еще в рельсовике он увидел все мастерство Раширы, как он думал, но сегодня она продемонстрировала нечто большее, чем еще сильнее удивила его. И вот такого мастера сумели подловить и нанести серьезное повреждение.
Да, отец правду говорил, рассказывая, что талант – это еще не все:
- Запомни, Эмиль. Талант не даст тебе победу. Только твоя внимательность и осторожность позволят выжить, а талант лишь облегчит достижение этого. Не более.
Теперь он в полной мере понял значение этих слов. Небольшая двельфийка смогла удивить всех. Зефира рядом с ним тоже явно переосмысливала многое.
- Никогда подобного не видела, – говорила она. – Есть чему поучиться.
- Согласен, – кивал парень. – Наглядный пример понятнее, чем тысячи слов.
- Так, а где мы? – спросила амазонка.
И только сейчас Эмиль понял, что в поисках Ферокса по зданию дварфов они несколько заплутали. Таверна на самом деле несколько больше, чем казалось с начала. Под землей у здания оказалось несколько больших залов, куда они и зашли в поисках друга. Им сказали, что Ферокс в тренировочном зале практикуется со своим новым мечом, а вот как туда дойти, они спросить забыли.
Сейчас они находились в некой галерее, где на стенах висели картины, а за витринами лежало разное оружие. По большей части это оружие было старым, проржавевшим, и представляло больше историческую ценность, чем боевую, но смотрелось все красиво.
- Не туда, – хмыкнул он. – Придется возвращаться.
Направившись к выходу, Эмиль резко остановился, увидев одну картину.
Картина была очень большой и занимала половину стены. Была изображена дуэль двух эльфов. Один был исконным эльфом в бело-золотой броне, который, потеряв свой шлем, крепко сжимал в руках черную искривленную саблю. Его темные волосы развевались на ветру, и голубые глаза смотрели на противника. Врагом его был южный беловолосый эльф в таких же черно-синих доспехах, который был внешне очень похож на исконного. В руках он держал такую же саблю, только белую.
Эти двое сражались посреди безжизненного поля, оба выглядели уставшими и измотанными, но все еще готовыми бороться. При этом они не выглядели озлобленными друг на друга или сердитыми. Они наоборот веселились и улыбались этой битве. Бой был явно серьезным и жарким, но улыбки не сходили с их лиц.
- Красиво, – прошептала Зефира.
Девушка заворожено смотрела на картину и восхищалась этой работой.
- «А в племенах амазонок кто-нибудь живописью занимается?» – подумал он.
Спрашивать подобное он не решился, но ответ был очевиден. Живя в изоляции от всего мира, они вряд ли могли увидеть подобную красоту. Нет, у них наверняка есть и свои проявления искусства, но подобное вряд ли имеется.
Девушка молча осматривала изображение, ничего не говоря, а парень просто молча стоял рядом, не торопя ее и давая ей насладиться искусством.
Тут дверь в зал открылась, и внутрь вошел господин Рурджа.
- А, юнцы, – улыбнулся им дварф.
- Здравствуйте, господин Рурджа, – поклонился Эмиль. – Мы немного заблудились вот и…
- Ничего страшного, – махнул он рукой. – Этот зал для того и сделан, чтобы любой мог зайти сюда и посмотреть на историю нашего народа. Будь этот зал запретным, он был бы заперт.
- Историю дварфов? – удивился парень. – А как с ней связаны эльфы?
- А эти, – улыбнулся Рагнхилдер. Он подошел к картине и посмотрел на изображение. – Этих эльфов звали Луанель и Тауналь, два брата-близнеца. В молодости они сбежали из дома и отправились странствовать по миру и ввязываться в разные приключения. И однажды их занесло в Подгорье… – рассказывал дварф. – Их сначала пленили и посадили в тюрьму как вторженцев, но потом именно эти двое спасли Подгорье от нашествия троглодитов и других тварей Подземья. Монстры прорвались через новый туннель и могли бы уничтожить ничего не подозревающих жителей, но эти двое обрушили своды той пещеры и спасли всех. Так что Луанель и Туаналь считаются героями для подгорного народа, и именно благодаря их действиям дварфы вообще начали вести дела с эльфами.
- Ого, я и не знал такого, – удивился Эмиль. Он многое читал про дварфов, но этой легенды не знал.
– Это все политика, – скривился глава клана Нерушимых Дланей. – Сейчас отношения наших народов испортились, а потому некоторые события прошлого правители стараются не вспоминать, но обычные дварфы помнят деяния этих близнецов. Именно наш народ выковал для братьев эти два клинка: Солнечного Певца и Лунного Поэта.