Но это все было тогда, в Советские еще времена, и сейчас уже звучит почти, как не-правда. Потому что магазины сейчас в Байконуре полупустые и купить сбе что-нибудь из продуктов к утреннему и вечернему чаю оказалось проблемой из проблем. Не то, чтобы колбаски там или ветчинки купить, батон хлеба приобрести оказалось не так уж и просто. Единственное, что их всех спасало в данной непростой ситуации – обед на объектах в сол-лдатских столовых Солдатской еды по прежнему готовили помногу и сытно и даже хле-ба с собой можно было взять. Ну, а чай, сахар или конфеты, пряники, печенье – с этим бы-ло уже попроще. Это еще можно было и купить. А купить надо было обязательно. И сразу на всех пятерых. Потому что все дни они пропадали на объектах. И назад, к себе в гости-ницу, возвращались поздно вечером, часам к восьми, не раньше.. Времени оставалось лишь на перекусить, да себя немного в порядок привести. И сразу же – в постель. Устава-ли – страшно. А утром в восемь часов надо было быть уже на вокзале, у местной электри-чки, так называемого, "мотовоза", который повезет их на объект.
И так продолжалось все три недели их командировки в Байконур.
Даже просто ото-рваться, выпить и посидеть всем вместе за столом со стаканами в руках, болтая и говоря каждый о своем, о сокровенном; болтая и говоря сразу все вместе, не слушая никого из ок-ружающих и, в то же время, прекрасно понимая друг друга, даже такой, чисто мужской возможности у них не оказывалось. Только в выходные. А выходных у них не было. В выходны е дни они тоже – работали. Главная их задача заключалась в одном – побыстрее закончить свои дела и – уехать. Ничего хорошего в жизни на нынешнем космодроме Бай-конур не было. Делать им здесь было абсолютнейшее нечего. Мертвый город. И такая же мертвая в нем – жизнь. Поэтому все они всеми своими силами и возможностями спеши-ли поскорее закруглиться.
Но когда у них хоть что-то прояснилось с окончанием их работы, вдруг выяснилось,. что выбраться из этого, опротивевшего им города не так теперь-то и просто. Билеты на Москву достать было практически невозможно. Ни на самолет, ни на поезд. Раньше, в Со-ветское время подобные вопросы решались через комендатуру города.. Надо было только во время подать заявку на билеты с визой местного твоего военного начальника, на объекте которого ты работал, с разрешением на отъезд. Если ты свое дело сделал, если к тебе претензий нет со стороны местных военных начальников – то езжай себе на здо-ровье.. И все. И никаких к тебе больше проблем. Все остальное делалось уже само собой. Начинала работать система. Правда, если с точки зрения местных Байконуровских воен- ных начальников ты здесь еще нужен, то ни о каком отъезде даже мысль не могла возник-нуть. Сиди и – работай. Бывали случаи, когда на похороны родных и близких не отпуска-ли. Не давали хода соответствующим телеграммам из Москвы. Припрятывали их. И не придерешься, не пожалуешься. Тебе же в итоге будет хуже.. Ибо государственные интере-сы всегда должны главенствовать над твоими личными интересами. Такова логика жизни тоталитарных режимов. И против нее – не пойдешь. Сломают, сомнут, раздавят – и не по-морщатся. И будут – правы. Потому что у них своя, не наша с вами логика. Для них чело-век – это винтик в большой государственной машине. А дело винтика – работать на своем месте столько, сколько тебе положено и так, как тебе положено по твоей должностной ин-струкции.. И главное – не рассуждать. Рассуждать винтику не надо, не. требуется. Для рассуждений существуют специальные механизмы. С них-то и спрос соответствующий.
Теперь же всем все было до лампочки. Полная свобода, полная самостоятельность в действиях Сами приехали, сами и выбирайтесь. А как – никого это не интересует. Не маленькие, сообразите, как подопрет. И что ж соображать пришлось.. И соображать – кре-пенько.
Прилетели-то они сюда на самолете. Из Москвы. И никто тогда не обратил внима-ния, что рейс-то был специальный. Разовый. В самолете летели, в основном, руководители среднего и высшего звена
Королевской фирмы. И только лишь десятка три ИТР-овских Работников низшего уровня,. таких, как Олег с его друзьями. И после прилета в
Байко-нур, они этих товарищей практически и не видели. Эти руководящие работники даже жи-ли не с ними в гостинице, а где-то в других местах. И сферы их деятельности практически не соприкасались.
А то, что им нужно было делать на объектах – они прекрасно знали и сами. Да и рабочих из солдат им давали в неограниченном количестве….
А сейчас же аэропорт практически не работал Только лишь какие-нибудь спецрей-сы по "спецзаявкам", решаемым чуть ли не на правительственном уровне.. А они под эту марку, естественно же, не подходили. Поэтому для них оставался лишь один выход. Поезд "Ташкент
Москва", который проходил через станцию "Тюра-Там" один раз в сутки.
Раз в Москву и раз из Москвы. Они и сунулись было на станцию. Там – столпотворение! Люди неделями сидят на чемоданах, ждут билеты. В основном русские, уезжающие на совсем из Казахстана в Россию.
И тогда родилась идея. Простая до гениальности. Ехать сначала в
Ташкент, до конечной станции маршрута. А там уже, поднатужиться, поднапрячься и взять билеты до Москвы. То ли на поезд, то ли на самолет. Как где повезет. Ташкент – конечный транс-портный пункт.
Все – проще. Надо только набраться терпенья. И бить сразу по двум нап-равлениям. И в аэропорту и на вокзале.
Так оно в итоге и вышло. А так как они свое задание выполнили полностью и уез-жали с похвального одобрения своего "Подлиповского" начальства, то дополнительные затраты на непредвиденное удлинение их пути домой, им оплатили без особых затрудне-ний. В Ташкенте после покупки билетов Олег дал телеграмму Юлии:
– "Буду дома 21 ноября. Поезд N 828 "Ташкент-Москва", вагон N7"
Целую. Твой Олег.
Была гаденькая мыслишка нагрянуть домой неожиданно, врасплох, не предупреж-дая заранее Юлию о своем приезде. Была. Точно. И от этого никуда не денешься. Но Олег пересилил себя и мыслишку эту
"поганенькую" – отбросил. Было стыдно и противно пе-ред самим же собой. Да и перед Юлией – тоже. Если не доверяешь жене – зачем тогда жи-вешь с ней?! Но, в тоже время, где-то в глубине души упорно и настойчиво шевелился маленький и въедливый червячок сомнения, рождающий панически-роковое – а вдруг?! Приду вечером, открою дверь, а она – не одна! С другим мужчиной?! Что – тогда?! Что?!
Были ли основания для подобных мыслей у Олега? Раньше бы Олег твердо и уве-ренно сказал бы кому угодно: – "Нет! Я верю своей жене!" Выходит – раньше верил. А сейчас, что – нет? Так?! Не веришь?! Почему?! Разве что-то изменилось за это время в ваших с ней супружеских взаимоотношениях. В принципе – нет. И, в тоже время – да, из-менилось. В первую очередь, в их сексуальных отношениях.
После всех этих их идиот-ских сексуальных экспериментов. Когда он впервые в жизни наяву увидел, как трахается его любимая жена, его
Юлия с чужими мужчинами. И к своему несказанному удивлению он увидел, что Юлия и с чужими мужчинами может испытывать сексуальное наслажде-ние, может получать оргазм. Да еще – какой!!! Посильнее, чем с ним самим, с ее мужем, с ее законным мужчиной. А раз так, значит, ее теперь явно потянет на сторону. Не может не потянуть. С какой это стати она будет теперь отказываться от радостей жизни?!
Она те-перь твердо знает, что с другим мужчиной ей может быть гораздо лучше, чем с родным мужем. Так чего же это – упускать свое?!
С какой такой стати?! Жизнь ведь коротка, мо-лодость и красота уходят. Так надо ловить свои мгновения, пока она еще пользуется успе-хом у мужчин, пока еще есть у нее такие прекрасные возможности.
Вот так она и проявилась, эта оборотная сторона их сексуального любопытства; так неожиданно отрыгнулся этот их злосчастный сексуальный эксперимент. Хотя, почему – неожиданный? Все было заранее ясно. Все – заранее предопределено Когда человек ради элементарного любопытства или тупого самоутверждения начинает пробовать наркотики – конец предсказуем. А секс – это еще тот наркотик! Особенно с разными партнерами. Здесь остановиться трудно.