Глава 4
Наутро Лена потихоньку начала приходить в себя. Первым делом она вышла проверить, не приснилось ли ей всё это. Окно в гостиной так и зияло дырой.
Вынув из всё ещё кровоточащих ран осколки и обработав их, она бросила испачканное постельное бельё в стирку, убрала следы ночного происшествия и проверила Бонда. Тот, к счастью, не успел порезаться. С опаской девушка всё же выглянула на улицу, предварительно долго собираясь с духом.
Стены дома и дорожка вокруг него были покрыты уже успевшей высохнуть грязью. Местами на земле валялась черепица, и Лена подозревала, что если бы она сейчас приставила лестницу к крыше и залезла посмотреть, то наверняка увидела бы на ней борозды, оставленные острыми когтями. Водосточный желоб, тянувшийся по периметру крыши и уходивший вниз по стене, частично отошёл и теперь безвольно висел, как выбитый плечевой сустав. На окне остался грязно-серый отпечаток ладони — слишком длинный для человеческого, — от чего у девушки по спине пробежал холодок.
Сделав фотографии на телефон, Лена собиралась написать тёте, когда заметила одну важную деталь.
У неё не было связи.
Wi-Fi пропал, и что бы Лена ни делала с роутером, тот никак не хотел работать. Мобильная связь тоже исчезла. Прихрамывая и морщась от пульсирующей боли в стопах, Лена обошла весь участок, залезла на качели, вытянув руку к небу и надеясь увидеть хотя бы какие-то изменения — ничего. Телефон упорно показывал надпись «Нет сети».
В отчаянии девушка направилась к воротам, чтобы выйти на улицу и попробовать ещё раз, когда в глаза ей бросилась следующая — и, к сожалению, не последняя — неприятность того дня.
Серый седан, когда-то доставшийся в наследство от матери, стоял там же, где и вчера, но был гораздо ниже, чем обычно. Причиной тому стали колёса — спущенные все до единого. На передних явно виднелись следы зубов, а заднее левое выглядело так, словно в него бросили петарду.
«Как же я этого не услышала?» — подумала она. — «Обычно при любом лишнем движении машина орёт, а тут — ни звука».
В носу защипало, и Лена разрыдалась.
Подгоняемая паникой, она пошла искать помощи у Егора Валентиновича. Впрочем, удача то ли окончательно покинула её, то ли даже и не была у неё в гостях уже долгое время, потому что старик просто-напросто не ответил. Ни стук по забору, ни крики не привлекли его внимания.
«А что, если та тварь добралась до него?» — подумала Лена, и мысль эта напугала её даже сильнее, чем разорванные шины. Если это так, то на этот раз она действительно осталась здесь совсем одна.
Девушка попыталась обойти участок деда Егора по периметру и найти хоть какую-то лазейку или калитку, но забор шёл сплошной чередой, и ни один его лист даже не был хоть чуточку расшатан. Она уже было плюнула на все приличия и попыталась перелезть, но только оцарапала ладони и прокляла себя за ужасную физическую подготовку. Давно пора было пойти в спортзал, но Лена всё откладывала, а теперь страдала от собственной нерасторопности.
Если бы только выбраться отсюда, уйти куда подальше и… уйти.
Ну конечно — трасса! Съезд в посёлок начинался именно с неё, и на машине всё расстояние занимало не больше пяти минут, а значит, пешком — минут пятнадцать. Сейчас утро, выходной день, кто-то должен будет по ней ехать, и этот кто-то наверняка не откажется подвезти девушку с собакой. Собака, конечно, не маленькая, но она опишет всю ситуацию, будет слёзно умолять, если придётся. Господи, да Лена была готова отдать любые деньги, лишь бы убраться подальше от этого места.
Быстро перекусив остатками вчерашней пиццы и надев на Бонда поводок, Лена запихнула воду, ноутбук, документы и все зарядные в рюкзак, после чего закрыла дом и направилась вон из Багрюево. Путь лежал через лес, но другого варианта не было. Нож она тоже прихватила с собой.
То и дело оглядываясь, парочка шла настолько быстро, насколько могла. Одна лямка рюкзака ослабла, из-за чего тот методично бил по правой стороне спины, прямо под лопаткой, но Лена не хотела останавливаться и тратить время ещё и на это. Она не была уверена, что существо, которое приходило к ней вчера ночью, не было где-нибудь поблизости и не бродило по лесу в светлое время суток.
Бонд не нервничал и не был напуган, но вчера он проспал (Лена подозревала, что дрых он тогда во второй спальне) ровно до того момента, пока не разбилось окно. Хотя, точнее сказать, пока его не разбили. Кто знает, может, и сейчас он спохватится только тогда, когда хозяйке уже рассекут горло прицельным ударом. Было похоже на то, что для пса это была самая что ни на есть обычная прогулка.