– Вопрос, сударь, не касается наших дел, – сухо заметил де Брег, – но вы явили отменную храбрость и добрую товарищескую взаимопомощь, чтобы я мог взять и отмахнуться от этого вопроса. Посему готов вам ответить. – Он немного помолчал и скривился. – Этот человек поклялся отомстить мне за смерть своего сына, которого я убил пять лет тому назад. Убил в честном поединке. С тех пор он пытается меня уничтожить.
– Вы дрались на мечах?
– Эх, Жак… Будь на вашем месте другой человек, я бы кивнул не раздумывая, но после всех наших приключений не буду лгать. Я убил его в образе зверя.
– Зверя?!! Простите, шевалье, но как это могло быть честным поединком?!
– Убитый юноша находился в облике волка-оборотня, – пояснил де Брег. – Оборотня, который напал на невинную… невинного человека и чуть не разорвал его в клочья. Будь у меня возможность остановить его иным способом, я бы обязательно это сделал, но он не сумел сдержать жажду крови. Молодой и глупый зверь. Увы, мой друг! Увы…
Пораженный этим неожиданным признанием, я замолчал. Вскоре мы добрались до моста, где некогда встретил свою смерть графский конюх, и перебрались на другой берег. После недолгой паузы де Брег вернулся к нашим делам:
– Итак… Что вы можете сказать, Жак де Тресс?
– О чем, сударь?
– У нас, если не ошибаюсь, всего одна забота! Нет, пожалуй, их все же две! Нужно найти убийц, которые изрядно проредили род Буасси.
– Вы все-таки уверены, что это разные люди?
– Да, уверен, и меня смущает одно обстоятельство.
– Какое же?
– Почему графу Арно де Буасси отрезали голову? Почему ее положили в ногах?
– Не только Арно. Его сына – Лиона де Буасси убили таким же способом.
– Я уже говорил, что убийство молодого графа лишь подражание. Голова… Почему ему отрезали голову?
– Так поступают лишь с вампирами, – заметил я. – В книге, спасенной в Лесной обители, я наткнулся на весьма интересные заметки одного ученого мужа. Он высказал некие догадки о природе вампиризма.
– Да, я видел этот текст, – кивнул де Брег. – Там много надуманного, но в деле упокоения этих мерзких тварей сей муж описал все довольно точно.
– Неужели граф де Буасси…
– Нет! Старый граф, несмотря на все свои причуды, никогда не был вампиром, и это мне доподлинно известно. Здесь что-то другое. Если мы это выясним, то сможем найти убийцу.
Кузнец, который уже имел возможность убедиться в щедрости шевалье, был искренне рад нашему появлению. Выслушав пожелания де Брега, он ушел в заднюю комнату и вынес образцы кольчуг. Позволю заметить, что кольчужное полотно двойного плетения отличалось отменной выделкой! После некоторых раздумий Орландо сделал выбор и выплатил часть денег. Обрадованный кузнец снял мерки и обещал подогнать кольчуги к нашим фигурам.
– Кстати. – Де Брег прикоснулся рукой ко лбу, словно вспомнил нечто важное. – Где в вашем городе живет врачеватель?
– Мельник?
– Разве мельники занимаются врачеванием? – искренне удивился Орландо.
– Как вам сказать, сударь… – Кузнец поморщился и даже развел руками. – Не то чтобы он врачевал, но, когда меня укусила змея, мельник дал выпить отвар из каких-то трав, и боль как рукой сняло! Мельника у нас не особо жалуют, но это и понятно: живет на реке, а там, где вода, – там и нечистая сила! Святой отец давно на него косится. Мельник, позволю заметить, тоже людей не любит, что и понятно! Невестка больная – из дому не выходит, а сын и вовсе исчез, как сквозь землю провалился. Помер, поди… Тут поневоле загорюешь!
– Да, да… Все мы смертны, – рассеянно кивнул шевалье. – И как давно исчез этот парень?
– Даже и не вспомню… Погодите! Аккурат через несколько дней после приезда молодого графа, да упокоит Господь его душу! На третий или четвертый день. Точно не скажу.
– Благодарю вас, мастер. Когда нам заехать за кольчугами?
– Полагаю, до завтра управлюсь. Ваша милость будет довольна.
– Вот и славно! До встречи!
Де Брег спросил, как нам добраться до мельницы, и мы вышли из лавки.
– Разве мы не поедем к врачевателю?
– Этот отшельник, судя по всему, знает толк в травах не меньше здешнего медикуса.
– Как скажете, – пожал плечами я.
Мельника, о котором упомянул кузнец, мы нашли в небольшом доме, расположенном на берегу широкой запруды. Судя по всему, это был один из притоков реки, протекавшей рядом с городом. Небольшой бревенчатый дом, изрядно пострадавший от времени, сарай и замшелая водяная мельница, скрытая от взглядов густым кустарником. Эти заросли были запорошены снегом и походили на диковинных зверей, пришедших на водопой.