Ужин и впрямь оказался вкусным и прошел весело.
Родерик и сам не помнил, когда в последний раз у него было так легко на душе. Наверно, это было ещё в той, прежней, счастливой жизни, где с ним были все — отец, мама, сестры, и казалось, так будет всегда.
Во дворе уже стемнело, осенний вечер выдался холодным, и Юдит поспешила закрыть ставни.
Большое, но с низким потолком помещение освещалось факелами, воткнутыми в закреплённые на стенах подставки, и огнем открытого очага, в котором трещала, стреляя искрами, огромная груда дров.
За деревянной ширмой, которую хозяева спешно откуда-то притащили, уже спали крепким сном двое проезжих торговцев и странствующий монах. Других гостей сегодня не было. Что ж, решила трактирщица, так даже лучше, всякие убогие бродяги и бедные крестьяне не много прибыли приносят, от них больше шума и мусора, а во хмелю могут подраться между собой. Сейчас они только мешали бы знатным гостям. Бывает, конечно, что и знатные распускают руки, но эти были настроены мирно.
Жаркое, сыр и пирожки с медом явно всем понравились, ибо исчезли со стола в мгновение ока, и тогда по знаку Родерика хозяйка с дочерью подали ещё.
Обычно тетушка Юдит по вечерам подавала на стол сама или с помощью мужа, чтобы лишний раз не привлекать к дочери внимание подвыпивших гостей. Но сегодня девушке ничто не могло угрожать, и она с видимой радостью прислуживала вместе с матерью.
- Какие красивые у нас сегодня гостьи! - простодушно говорила дочь трактирщицы, закончив подавать на стол.
Теперь она устроилась вместе с матерью у стены в глубине комнаты, наблюдая за бароном и юными дамами.
- А уж сир Родерик прямо глаз не сводит с одной из них! Наверно, будь я мужчиной, тоже так глядела бы на нее, и впрямь очень хороша! Кто же она такая, мама?
- А ты не знаешь?
- Откуда мне знать, - девушка немного надулась, - если вы с папой не пускаете меня никуда? Я же все новости узнаю последней и ничего и никого не вижу!
- И правильно, что ты нигде не бываешь! Зато целее будешь и выйдешь замуж невинной! Даже знатные девицы подвергаются насилию, вот какие настали времена! Сама знаешь, что сестры сира Родерика исчезли, и до сих пор неведомо, что уж там случилось! А сидели бы дома, и все было бы в порядке, и не ходил бы он, красавец наш, таким грустным!
- Но сейчас-то он как раз не грустный. Ты так и не сказала, кто эта прекрасная госпожа, что сидит напротив барона!
- Это же Диана-Бретонка из замка Рысье Логово!
- Не может быть! Почему же тогда он везёт ее к себе?
- Ему виднее!
- Наверно, потому, - со вздохом заключила дочь, - что она так красива! Жаль только, что свое платье она где-то порвала.
- Ладно, ты лучше подойди и спроси, не нужно ли им что-нибудь? Вот видишь, вторая барышня и служанка их из-за стола поднимаются, значит, спать хотят. Посвети им на лестнице!
Диана и Родерик остались одни за столом.
Оба были поглощены своим разговором и даже не заметили, как догорели на стенах факелы, как трактирщица убрала посуду и поставила между ними большое блюдо с яблоками.
- Я благодарна тебе за спасение, сир Родерик, - говорила Диана, - но знай: проигравшей я себя не считаю, и ты не думай, что победил меня! Тебе просто помог случай.
Он не знал, сердиться ему или смеяться, и яростно впился зубами в сочный плод.
- Ты так говоришь из упрямства, Диана, или просто не хочешь возвращать угнанный скот?
- Я говорю так, потому что это справедливо!
- О, вот как! Ну, тогда суди сама. В руки к норманнам ты попала по своей неопытности. Конечно, мне было бы труднее изловить тебя, будь ты осмотрительнее! А так мне и делать почти ничего не пришлось. Вот и выходит, что помог мне не случай, а ты сама!
— А мой трюк с Сирэн уже позабыл, мессир опытный воин? — подтрунила она. — Помнится, пришлось тебе побегать за мною в тот день, и все напрасно! И уж мне точно помог не случай, а именно ты, ты сам, когда я была у тебя в руках!
- Да ты и так у меня в руках!
Диана негодующе вскрикнула и вскочила, но он уже обошел стол и взял ее за руку.
- Не злись! Я совсем не хотел обидеть тебя и обещаю, что твое пребывание в плену не будет тягостным.
Она не отвечала, но и не уходила, и Родерик провел рукой по ее волосам, нежно коснулся щеки.
- Я очень хочу ещё поцеловать тебя, Сирэн.
- Нет.
- Но почему? Разве ты не хочешь того же, чего хочу я? По-моему, мы могли бы стать друзьями, и даже больше!
- Но друзья должны быть во всем на равных между собой, Родерик! Сейчас это не так, если я у тебя в плену, и ты уже не раз напомнил об этом! Когда я буду свободна, только тогда мы сможем вести речь о дружбе.
- Значит, всё-таки ты сердишься, - покаянно проговорил он.
- Ничуть. Просто уже поздно, а я устала и хочу спать.
- Что ж, иди.
Она ушла, слегка задев его взметнувшейся длинной косой и краем рукава.