Старый сенешаль ушел с обидой на сердце, Родерик это чувствовал. Но позволить вертеть собою он не может никому!
Вот и Бриджит сидела вчера все время обеда хмурая. Вот интересно, что она хотела этим показать? Ну да, он не сказал, куда и для чего уезжает. А кто она ему, чтобы он стал ей это говорить?
Удивительно, как подчас досаждают люди, имеющие даже самые лучшие побуждения!
Но в целом, как он заметил, появление Бретонки люди восприняли хорошо. Одни восхищались ее красотой, другие, в основном - кто постарше, сразу начали вспоминать былое. Ведь все они помнили Ансберта, Роже и их набеги друг на друга, да и участвовали в них.
— Вот, помню, сколько лет они оба своими землями правили, столько друг друга терпеть не могли! — говорил один, осушая кубок.
— Это ты плохо помнишь, — возражал другой, наливая ему и себе. — Или просто ты не штурмовал Сицилию вместе с Ансбертом, да судится ему Царство небесное! Ведь и покойный Роже там был в то время. Только он моложе нашего господина был. Совсем юнцом был тогда, а Ансберт уже командовал целой армией! И вот там они, казалось, примирятся друг с другом. Глядя на них, можно было так подумать. Но вот потом, на обратном пути, между ними вновь как будто кошка черная пробежала. И вот это уже было навсегда.
- Женщина, может быть? - спросил кто-то.
- Вряд ли. Ведь господин наш Ансберт тогда как раз и увез из дворца мавританского короля госпожу Розамунду и только на нее и глядел. Но никто не замечал, чтобы Роже пытался соперничать с ним за нее.
- У Роже женщин всегда хватало, - захохотал кто-то. - И выбирал только красавиц!
- А дочка у него - прямо королевна!
О да, она была похожа на королевну. Сегодня она собрала в тяжелый жгут свои дивные волосы,, но мелкие вьющиеся прядки своенравно выбились из общей массы и добавляли что-то трогательное и нежное ее облику.
На эти переговоры с ним Диана решила явиться в своем платье, что ж, он понимал ее. Ведь он пока не стал для нее другом!
- Итак, госпожа моя, вот что я хотел бы вам предложить. Вы отпускаете из темницы моих людей и отдаете стадо, которое угнали. Я же, со своей стороны, верну скот, который угнан нами.
Он ожидал ее ответа, но Диана молчала и смотрела на него тоже выжидающе, будто он непременно должен был сказать что-то ещё.
- Вы уверены, что ничего не забыли, сир Родерик? - наконец спросила она. - Например, о том, что ваши вассалы должны выплатить сто денье. Я ранее передавала вам это, хотя, возможно, ваш посланник забыл вам сказать.
- Мне все передали точно, прекрасная девица! - нахмурился Родерик. - Но ведь и я ранее вам передавал, что вы должны уплатить мне двести денье. Теперь я про те деньги уже не упоминаю, да и скот, что сам забрал у вас, верну. Но отвечать за то, что кто-то неизвестный когда-то давно у вас украл, я не хочу.
- Но ведь и ваши люди, грабя поместье моего брата, заявляли, что их тоже кто-то грабил. Доказать, кто это был, они не смогли. А значит, не имеют права обвинять моих вассалов и присваивать имущество на землях Рысьего Логова! Пусть платят сто денье, мессир!
- Вы желаете сказать, Диана, что сарай, пусть даже с припасами внутри, стоит сотню денье? Выплатить тридцать денье я ещё мог бы их обязать, но не больше.
- Это очень мало и ничему не научит их! А уплатив сто денье, они в другой раз ещё подумают, стоит ли ходить в набеги!
Родерик рассмеялся:
- Диана, вы наивны, если так думаете!
- Ничего смешного, сир Родерик! Действуя так, как предложила я, мы сможем добиться спокойствия на границе владений! А предлагаемая вами безнаказанность приведет только к новым стычкам!