Белинда вновь сидела в саду под яблоней. Сборщицы яблок ещё не пришли, но она была терпелива, как плетущий сеть паук. Она дождется свою жертву, а пока почему бы просто не отдохнуть на свежем воздухе. За последнее время все в монастыре привыкли, что знатная молодая вдова, если не в церкви, то проводит время чаще всего здесь. Ее уединение обычно не нарушали, полагая, что она предается благочестивым думам. Потому Белинда немного удивилась, увидев идущую в ее сторону аббатису Марию в сопровождении незнакомой дамы. Белинда быстро окинула цепким взглядом вновь прибывшую, сразу оценивая наряд и украшения. Платье незнакомки было дорогим, но достаточно скромным, чтобы можно было появиться в обители, серьги и браслеты — не крупные и не мелкие, а как раз такие, как нужно, чтобы не выглядеть ни бедной, ни вульгарной. Голова скромно прикрыта широким капюшоном плаща, накинутым прямо поверх плоской шапочки. Значит, не замужем и не вдова, тогда носила бы покрывало.
По всему, это была девица хорошего рода.
— Госпожа Белинда, — произнесла настоятельница, — я нарушила ваше уединение, дабы познакомить с еще одной нашей гостьей, благочестивой девицей Бриджит из замка Коллин де Шевалье. Как и вы, она перенесла тяжкую утрату и ищет покоя и тишины в этих стенах.
Обе дамы сдержанно приветствовали друг друга, и аббатиса, сославшись на дела, оставила их.
Белинда с ехидством подумала, что слишком уж засиделась в девицах эта Бриджит. А ведь не уродина и явно не бедна. Такие обычно без мужей не остаются. Может, и не потерю кого-то из близких оплакивает, а грехи бурной юности замаливать приехала?
— Я наслышана о вашем благочестии, дама Белинда, — кротко проговорила Бриджит. — Люди с восхищением говорят о нем, и я давно имела желание быть представленной вам.
— Да неужели? — притворно удивилась та. — Странно, я никогда не видела вас прежде.
— Ничего странного, мадам, ибо вы до недавнего времени жили в замке Рысье Логово! Я же проживаю в Коллин де Шевалье, и уже одно это обстоятельство не способствовало знакомству!
— Что ж, верно.
— Я впервые в обители Святой Моники, — продолжала Бриджит, — матушка настоятельница рассказала мне, что именно здесь находят утешение многие страждущие. Она говорит, что помогая тем, кому хуже, чем нам, мы совершенствуем свои души. И потому я хотела бы попытаться по мере ничтожных своих сил заняться благотворительностью…
Белинда не успела ответить, ибо в это время попарно потянулись в сад монахини и послушницы.
Все они были в одинаковых рясах и огромных белых чепцах, и потому она не сразу разглядела среди всех Кристину. Сначала даже подумала, что та не пришла сегодня. Но затем увидела ее. По всей вероятности, лечение и спокойная жизнь среди добрых монахинь шла на пользу бывшей узнице. Белинда заметила, что ее движения стали живее и свободнее. Теперь Кристина даже помогала переносить яблоки в хранилище.
Это хорошо, что теперь она не сидит все время на месте, можно будет улучить минуту и заговорить с нею. К тому же, в паре с Кристиной стояла глуповатая с виду молодая послушница, эта не помешает.
Но гораздо больше мешала Бриджит. И что ее принесло сюда?
— О, вы говорите, что хотели бы заняться благотворительностью? — Белинда изобразила приветливую улыбку. — Здесь принято кормить странников, паломников и просто нищих с дороги. Святые сестры и гостьи обители готовят еду и раздают всем этим беднякам. Скоро время обеда, и вы как раз успеете…
Ее речь прервал вскрик молодой послушницы, которая оступилась на пошатнувшейся лесенке, уронила сорванное яблоко и чуть не упала, после чего и она сама, и другие девушки, что помоложе, захихикали. За высокими стенами монастыря, для укрытых от мирских соблазнов насельниц даже это было чем-то вроде развлечения. Пожилая наставница сказала неодобрительно:
— Не шумите, дочери мои. Вы можете напугать Кристину!
— О нет, матушка, — ответила самая бойкая послушница, — она в последнее время не так пуглива. Вы сами на нее поглядите!
И правда, бывшая узница стояла вместе со всеми, робко улыбаясь, и страха на ее лице не было.