Она могла бы добавить, что Белинда вряд ли знает дорогу в библиотеку, ибо не обучена грамоте. Может, поэтому, подумалось барону, Диана в последнее время пропадает среди книг, когда не занимается на плацу.
Зато часто Белинду можно было видеть в погребах и на поварне. Там она следила, рачительно ли расходуются припасы, и наблюдала, как бы не растащили провиант неверные слуги.
Показное благочестие невестки раздражало барона.
Она могла, как подобает родовитой даме, отстоять мессу, скромно потупив очи и сжимая молитвенник в своих маленьких, похожих на паучьи лапки руках, но едва услышав “Ite, messa est» (Ступайте, месса окончена), она говорила камеристке по дороге в свои покои:
- Право, не понимаю, для чего оставляют в замке таких, как Диана. Даром только хлеб ест. У язычников-норманнов ее после рождения выкинули бы прямо на снег. В чем-то можно и с них брать пример!
Роже подозвал дочь ближе и протянул ей парчовый мешочек, затянутый шелковым шнуром.
- Что это? – удивилась девочка.
- Это тебе. Развяжи.
На ладони Дианы оказались разноцветные камушки, все разной величины, яркие и блестящие, и как много! Девочка не смогла удержать восторженное восклицание.
- Я слышал, ты хочешь заказать нарядные башмачки, - барон старался говорить бесстрастно, но наивный восторг дочери помимо воли тронул его. - Этими самоцветами можно их украсить! Но смотри, закажи только у хорошего мастера, и не здесь. Съездите с Аделиной в Блуа, там отыщете мастерскую Гоше, он неплохо шьет...
- Благодарю вас, отец, они прекрасны!
Диана поцеловала лежавшую на подлокотнике кресла руку отца.
Он никогда прежде ничего не дарил ей.
- Ты уже почти невеста, - проговорил барон, – И должна выглядеть, как подобает.
Был конец ноября, зиме еще только предстояло войти в силу. Лесные звери в такую пору не прячутся в дальних чащобах. Это случится в разгар зимних холодов, вот тогда морозы и снегопады загонят лесных обитателей поглубже в лес, в самые потаенные логова и лежбища. Там зверю легче найти пропитание и почти не встретишь охотников и оставленные ими ловушки и капканы.
Сейчас охота была еще хороша, и редкий день проходил без этого веселого и шумного развлечения. Вот и сегодня младшие сыновья барона в сопровождении вассалов, оруженосцев и егерей отправились за дичью.
С верхней площадки башни Роже смотрел на группу всадников и пеших, только что выбравшуюся из леса в сопровождении своры борзых. Отсюда местность просматривалась как на ладони. Замок стоял на возвышении, да и вокруг него деревья были вырублены, чтобы никакие чужаки не могли приблизиться незамеченными.
Рауль ехал впереди, разрумянившийся от ветра, весело смеющийся.
У барона был разговор вчера и с ним.
Рауль, как когда-то в детстве, разглядывал подлокотники массивного отцовского кресла, выполненные искусным резчиком в виде рысьих голов. Хищники выглядели почти как живые звери, только маленькие, яростно вгрызались зубами в древесную толщу. Ребенком Рауль иногда быстро просовывал маленький пальчик в одну из этих пастей, но сразу же отдергивал, а ну как откусит!
- Ну, а ты что для себя решил, сын мой? Что собираешься делать?
- Мне, отец, герцог дал отпуск на месяц. Мне так хорошо с вами, но потом придется вернуться на службу!
- Я не о том спрашиваю, Рауль, и ты знаешь, о чем речь. О твоём будущем.
- Но ведь оно как раз напрямую связано со службой у герцога!
Что верно, то верно, не в монахи же парню идти.
- О женитьбе пока не думаешь?
Рауль сделал досадливый жест. Сейчас он мог рассчитывать разве что на брак с какой-нибудь состоятельной и не слишком молодой вдовой. Нередко это становилось выходом для безземельных рыцарей, но Рауль был ещё так молод!
- Я все же постараюсь собственным мечом себе добыть и славу, и земли, и деньги.
- Славу-то ты добудешь, - кивнул его отец. - Но насчёт остального... Ты уже сам убедился, сколько увенчанных славой рыцарей, и поопытнее тебя, продают свой меч то одному владетельному сеньору, то другому, а сами не имеют ни кола, ни двора. Пока выслужишь хоть усадьбу с земельным наделом, сто раз могут убить! Да, с землями и деньгами всегда всё сложнее.
Рауль знал это и сам. Знал и то, что на свое жалованье рыцарь покупает доспехи, коня и сбрую и содержит не менее двух оруженосцев. Не говоря уже о том, что кони нередко гибнут в боях, недешевые доспехи оказываются покореженными и пробитыми, а на торжественных приемах и пирах нельзя выглядеть оборванцем, надо появляться в модной дорогой одежде.