Иоли благодарно улыбнулась.
- Спасибо! Можно мне вот эту?
Она указала на куклу в черных “чулках”.
- Возьми покрасивее! Зачем ты выбрала самую страшную?
- А мне она понравилась! - Иоли прижала куклу к себе.
- Тогда будь по-твоему, бери эту. Идешь завтракать?
Иоли, благодарная ей от всего сердца за отсутствие расспросов и проявлений жалости, кивнула и поцеловала Диану в щеку.
Так прошло утро необычного и щедрого на события дня, который был ещё далеко не закончен.
В тот же самый день...
К завтраку хозяева и гости собрались вовремя.
Сенешали и знатные воины заняли места за столом чуть раньше, хотя некоторым из них было нелегко это сделать после вчерашнего ужина.
- Можно было их не утаскивать отсюда глубокой ночью, а так и оставить! - ворчал управитель Гундобод. - Сразу бы и позавтракали, глаза утром продравши!
- Ладно, не бранитесь! - сказала Сунхильда. - Нужно же было слугам тут прибраться.
- Что прибирают, что нет! - угрюмо продолжал тот. - Только что солому новую насыпали, все здесь вычистили, ещё и завтрак не накрыли, а уже опять что-то набросано.
- Ну это же просто собака грызла косточку, что такого?
Гундобод только рукой махнул. Конечно, иначе быть не могло. Когда здесь собираются за трапезой только свои, это ещё куда ни шло. Но вчера замок буквально наводнили сначала гости, съехавшиеся на праздник, а затем и воины из Коллин де Шевалье и иных мест, явившиеся на помощь. И здесь ещё люди мессира Гастона, пусть вместе с господином их только семеро, но их уже видели в деле. Например, Сигерод сразу узнал оруженосца Тео, с которым ему не так давно довелось схватиться в Блуа, когда госпоже Диане срочно потребовался мастер Гоше. В тот день они не успели выяснить, кто сильнее, ибо драку пришлось прекратить. Но теперь эти двое вполне могли сцепиться снова. Слава Богу, до этого не дошло. Сначала оба делали вид, что не замечают друг друга, тем более, что Тео вовсю увивался вокруг хорошенькой бойкой Флоранс. А потом, когда мужчины опустошили несколько бочонков вина и стали кричать боевые песни, а дамы покинули их, Сигерод и Тео оба проявили широту души и помирились. Правда, сначала они пытались бороться посреди зала, чтобы выяснить, кто все же сильнее, но под суровыми взглядами своих господ вовремя прекратили и заверили, что просто собрались сплясать. И сделали это, причем очень быстро к ним присоединились все желающие. Шум поднялся просто невообразимый, ибо местные музыканты очень громко играли на свирелях и рожках, кто-то даже бил в бубен. А многие из танцующих ещё и пели, причем одновременно разные песни. В довершение всего, под ногами у них крутились хозяйские собаки, которых слуги безуспешно пытались разогнать.
Да, и ко всему прочему, Гундобод заметил в коридоре какое-то странное существо в одежде с нашитыми бубенцами, которое на первый взгляд и в полумраке могло показаться ребенком, в действительности же оказалось уродливым карликом-шутом.
Гундобод знал лучше, чем кто-либо, что в Шато де Линкс шутов нет. С тех пор, как мессир Рауль стал бароном, он велел отправить тех, что жили тут и развлекали гостей при Жоффруа, в богадельню, а кто из них не пожелал идти туда, пристроилась в других замках, ведь спрос на них обычно был высок. Многим нравились ужимки и грубые кривляния уродцев, народ валом валил глазеть на них, если они выступали где-нибудь в базарный день, да и хозяева замков развлекались подобными зрелищами. Некоторые бедные семьи даже продавали своих детей в шуты, если те урождались горбунами или карликами. Бывало и так, что увечья наносились здоровым детям нарочно, ибо уродец стоит дороже. Но только не в Рысьем Логове! Рауль давно объявил всем, кто живёт на его землях, что за торговлю детьми, уродливыми или здоровыми, виновных ждёт петля. А уж за намеренное нанесение увечий грозило четвертование.
Зная все это, Гундобод удивился и поспешил выяснить, в чем дело. Оказалось, что увиденный им карлик привезен из Коллин де Шевалье. Он, мол, просто необходим госпоже Бриджит, ибо хорошо развлекает ее, и она часто берет его с собой в поездки.
Сами по себе такие развлечения не считались чем-то дурным, но тут управителя словно что-то неприятно кольнуло. Возможно, из-за того, что неприятной показалась сама Бриджит. Слишком уж цепким и оценивающим был взгляд, которым она окидывала все, что видела здесь. И, казалось, стремится увидеть как можно больше.
Гундобод имел помощников из числа ловких молодых слуг, им он и велел приглядывать за нею и всеми, кто прибыл из замка Коллин, но чтобы это не бросалось в глаза.