Бриджит и впрямь не теряла даром времени.
Перед завтраком она успела с самым невинным лицом рассказать Родерику, как любит своих друзей прекрасная Диана, даже обнимается с ними, оставаясь наедине.
Затем она пошла переодеться в привезенное с собой синее платье тонкого сукна, украшенное вокруг ворота нашитыми жемчужинами, а понизу - золотой тесьмой. На талии оно было схвачено поясом в тон, с золотой же вышивкой. Так она выглядела знатной девицей и очень нравилась самой себе.
Рассматривая свое отражение в бадейке с водой, она вспомнила Белинду.
Легко было понять, отчего та мечтает о мщении. Конечно, жаль потерять такой замок. А всего-то и надо было - родить наследника. Видно, слишком поздно она спохватилась, а завела бы любовника чуть раньше... Могла получить все. Но могла и принять ужасную смерть, если бы Жоффруа узнал.
Ладно, хватит о нем. Теперь важно не повторить чужих ошибок. Уж она, Бриджит, не станет разбрасываться замками.
Теперь она должна посеять сомнения в душе Родерика. Но и не допустить, чтобы он вызвал Монришара, ведь тот может убить его. Убить... Как всегда, при мысли о Родерике ее охватила внутренняя дрожь, которая иногда бывала очень болезненна, и ее так трудно было унять. Она и себе не призналась бы, но иногда ей думалось, что, умри Родерик, он не достанется никому, и это было бы легче, чем видеть его с другой!
Родерик был так прекрасен, и столько лет не обращал на нее никакого внимания, страсть же Бриджит, между тем, разгоралась все сильнее. Но, не имея возможности проявить свое чувство открыто, Бриджит привыкла скрывать его и загоняла все глубже, забыв о том, как опасны вот такие, оставшиеся в глубине, раны. Это было как перебродившее вино, которое может разорвать бочонок... или стать ядовитым.
Напрасно думают, что жестокий, эгоистичный человек не способен любить. Он может любить очень сильно. Но любовь его такова, как он сам. В ней нет жертвенности и самоотречения, но есть хитрый расчет охотника, готовящего силки или ловчие ямы для своих жертв. Так чревоугодник любит яства, которые намеревается поглотить, а если выразиться по-простому, как говорят вилланы: любил волк кобылу...
Родерик должен был стать ее. Или не достаться никому.
Она достигнет своей цели - заполучит его и отомстит - ещё раз, но и этого мало! - его отцу. Когда пестуешь свою обиду и только о ней думаешь годами, это только сначала больно, зато потом привыкаешь и становится легко. Легко быть уверенным в своем праве мстить и ни в чем не сомневаться.
О да, она помогла Жоффруа, хоть из-за стремительного нападения норманнов не все получилось по их плану. Ну, теперь без разницы, все равно вышло хорошо для нее.
Бриджит усмехнулась, вспомнив покойную баронессу. Та ни за что не дала бы ей приблизиться к сыну, мечтая о самой прекрасной и знатной невесте для него. А значит, проклятая мавританка была достойна своей участи.
Что касается ее дочерей, этих глупых сытых гусынь, то, где бы они не были, они не опасны. Они ничего не знали. Уж наверняка младшая попалась в руки к норманнам. Бриджит довелось раз увидеть, как северные набежчики гнали на драккары перепуганных, плачущих женщин и детей. И она знала, что если пленных пытаются отбить, и перевес на стороне противника, то викинги прикрываются беднягами, как живым щитом, а иногда просто сразу убивают несчастных. А если и не убили малышку Римберту, то теперь она продана в рабство. Красивая юная невольница стоит хороших денег. Жаль, что она не светловолосая, таких обычно везут очень далеко, на Восток, для продажи в гаремы. Но если она и где-нибудь в Нормандии, с нею так и так все кончено.
О, теперь никто не сможет сказать Родерику, что она, Бриджит, не пара ему!
- А если он скажет это сам? - издевательски шепнул кто-то.
Бриджит резко обернулась.
Она была в комнате одна.
Завтрак прошел быстро, ибо утром в замке слишком много дел. Тем более этим утром, когда предстояла казнь бандитов, и масса народу уже собралась в назначенном месте. Многие, несмотря на грозу и ливень, ждали со вчерашнего дня.
Вестовой уже сообщил, что палач приехал. Было велено сразу же сопроводить его вместе с помощниками к месту казни, чтобы они могли подготовиться.
Воины, гости замка и вассалы тоже готовились к выезду.