Она помолчала немного и сказала с грустью:
- Я отправила письмо обо всем случившемся Раулю. Очень надеюсь, что он приедет, как только получит его. Но Иоли я не говорила об этом, и вы не говорите. Кто знает, что еще может быть...
- У вас благородное сердце, - сказала Клэр. - Берегите себя, моя госпожа! Вам могут причинить зло. Я не знаю, какое именно, но оно придет через любовь.
- Ах, Клэр, не слишком ли много загадок? Мне уже недавно пытались погадать, но только все запутали. Впрочем, я благодарна вам и буду осторожна.
- Что же вам нагадали?
Диана рассказала, что услышала от Сунхильды.
- Верное гадание, - Клэр улыбнулась, но только губами, усталые глаза в мелкой сетке морщинок оставались серьезны. - Вам предстоит встретить большую любовь.
- Встретить? - переспросила Диана. - Я уже встретила ее. Может быть, тут небольшая неточность?
- Все может быть. Но одно я вам точно скажу: тот, кто вас любит, приедет за вами.
- Конечно, приедет! Мы же завтра вместе поедем на охоту!
- Завтра он еще не приедет.
- Не сможет? Ну, это не беда, поохотимся послезавтра, а заодно и поглядим, сбываются всякие предсказания или нет!
Она уехала, а Клэр долго смотрела вслед.
- Ох, Русалка, дай тебе Господь сил! - проговорила старуха едва слышно. - Молись, ибо я не могу отвратить такое зло. Но Бог... он один может все!
Сезон больших охот
- Так значит, ты посадила этого Лауберта в темницу?
- Разумеется, посадила. С меня хватит всяких смут и резни! Кто один раз подстрекал к убийству, может сделать это снова.
Двое всадников, молодой человек и девушка, шагом двигались через лес.
Слуги и егеря ехали на достаточном расстоянии, чтобы не мешать их беседе.
Охота выдалась удачной и веселой. Удалось добыть несколько крупных подсвинков и косуль, и это только улучшало настроение.
- Но ты все равно слишком часто рискуешь, Диана! Вот позавчера этот ваш безумный Ромнульф мог выстрелить и в тебя.
- Но что же мне оставалось делать? Ты даже не можешь представить, какой хорошей мишенью были наши воины, когда бросились в воду! Он начал расстреливать их, стоя на круче, на самом верху!
- Я понимаю, - кивнул Родерик. - Но ведь он мог попасть в тебя!
- Ведь не попал же! Я верю в то, что каждый человек умрет в свой час, а до этого ничего с ним случиться не может!
- Но этого часа никто из нас не знает. Прошу тебя, Диана... Я хотел бы все время быть рядом! Я буду оберегать тебя, моя любимая. Чтобы никакой безумец и негодяй не посмел целиться в тебя!
- Но ты же знаешь, Родерик, что сидеть дома и только ткать и вышивать я не смогу.
- Ты найдешь себе любое занятие по вкусу, уверяю тебя! Дел в замке всегда много.
- И кто же ведет все дела в Коллин де Шевалье сейчас, пока у тебя нет супруги? - невинно спросила она.
- Это делает Бриджит.
- О, как раз о Бриджит я и хотела кое-что спросить. При ней ведь был некий карлик, когда она приезжала к нам?
- Да, наверно, был. Его зовут Нарцисс.
- Нарцисс? - удивленно переспросила она.
- Ну да. Не знаю, как его звали раньше, но Бриджит уже давно купила его у прежних хозяев и назвала так. Она часто берет его с собой, так как он хорошо веселит ее.
- Как может веселить подобное уродство? Впрочем, это ее дело. Так вот я о чем. Из нашего замка пропала молодая служанка. Мы искали ее всюду, расспрашивали всех, отправляли людей предупредить по всей округе, обещали вознаграждение - все тщетно. И вот я узнаю, что последним, кто беседовал с нею, был этот карлик. Поговорив с ним, Аригунда бросилась на конюшню, взяла лошадь и ускакала. Больше ее никто не видел, а прошло уже много дней. Можно ли расспросить карлика, о чем шла речь? Возможно, так мы хоть что-нибудь узнаем. Сейчас важно все, любая мелочь.
-Ты желаешь сама задать ему вопросы?
- Да, так будет лучше.
- Тогда я привезу его к тебе завтра. Но ты так и не рассказала, как чувствует себя твоя подруга.
- Не очень хорошо, хотя могло быть и хуже. Боль ее души сейчас тяжелее, нежели телесная боль.
Родерик некоторое время молчал, а когда заговорил вновь, в голосе его прозвучали ревнивые нотки.
- Тебя увлекает столь многое, Сирэн! И для всех людей находится место в твоем сердце.
Это чудесно, но скажи, будешь ли ты любить меня больше всех? Любить так же сильно, как я тебя люблю?
- Ах, Родерик, ты ведь не заставишь меня делать выбор между моими братьями и тобою?
- Конечно, нет. Любовь к родственникам - это другое. Но, ты понимаешь, моя любовь вся, без остатка, будет отдана только тебе одной! Ведь мне некого больше любить, кроме тебя. Когда-то я любил моих родителей и сестер, но... Одним словом, отдашь ли ты мне сердце, как я отдал тебе свое?
- Оно уже принадлежит тебе!
- Как это чудесно, Сирэн! И ты разрешишь мне всегда оберегать тебя?
Родерик развернул коня боком, так, чтобы тот встал вплотную к ее Летунье.
Целовал ее и думал, что все ее рискованные поездки и желание быть воительницей - лишь девичьи причуды. Ведь она еще почти девочка, пусть умная и подготовленная к жизни настоящей дамы, пусть с вполне сформировавшимся, готовым для ласк телом, но девочка. К тому же, фантазия у Дианы бурная, книг она прочла много, вот и видит себя амазонкой, но это же только игра! Выйдя замуж, она узнает страсть - новую для себя сторону любви, которая ей точно понравится! Потом появятся их дети, и уж тогда она окончательно повзрослеет и посвятит себя только семье. А сейчас, ну что поделаешь, пусть ищет каких-то там преступников и восстанавливает справедливость, а он будет рядом, чтобы никто не посмел причинить ей вред!
- Я люблю тебя, - сказал он.
Свита была где-то очень далеко, за деревьями, лишь изредка ветер доносил голоса...