До этого все складывалось просто и привычно. Ведь уже не раз герцог Роберт отправляет своего верного рыцаря Рауля с различными поручениями. Обычно, выполнив очередной приказ, они сразу возвращались в Париж. Иногда ехали спокойно, останавливались на отдых в деревнях или замках. Бывало и так, что мчались во весь опор, уходя от погони. Приходилось и в схватки вступать, и под видом нищих или монахов в толпе паломников куда-то тащиться. Такая уж она, служба!
Но сегодня было что-то определенно новенькое.
Рауль велел Жиральду, второму оруженосцу, и нескольким сопровождавшим их воинам, ждать на постоялом дворе, сам же в сопровождении Дидье направился сюда.
Сказать по правде, Рауль присмотрел это место еще несколько дней назад. И решил на обратном пути исполнить свой обет именно здесь. Место было самое подходящее.
Теперь оставалось рассказать Дидье то, что ему нужно было знать.
Услышав о замысле своего господина, оруженосец побледнел. Но по опыту он знал, что отговаривать Рауля нет смысла.
- Итак, Дидье, - говорил Рауль, - я должен погрузиться по шею в эту полынью, дабы исполнить свой обет. И находиться там столько, сколько времени потребно для троекратного прочтения Литании Святейшему Имени Иисуса. Ты тоже читай, для верности!
- Литания! – ахнул Дидье.- Она же длинная!
- И что? Ты хочешь сказать, что тебе лень прочесть ее?
- Нет, господин, но ведь вода-то ледяная! Так долго…
- Не мели чушь. И знай, что я останусь жив и невредим, если невиновен. Если же виновен, то нечего обо мне и сожалеть! Тогда скажешь герцогу, что его послание графу Вермандуа я передал.
Дидье хотел еще что-то сказать, но Рауль остановил его:
- Скоро местные бабы могут явиться полоскать белье. Не будем терять времени.
Он велел Дидье помочь освободиться от доспехов, затем скинул одежду. Странно, но, оставшись совершенно нагим, холода он не почувствовал. Наверно, это случится позже, уже там… Нет, не думать! Решение уже принято.
Он дошел до дымящейся, за ночь слегка подернувшейся ледком полыньи, и остановился на минуту.
- Боже! – проговорил юноша. – Тебе ведомо, почему я это делаю. Я думаю, что невиновен и уповаю на твою защиту, Боже, но ведь не самому же грешнику судить о степени своих грехов! Если я по недомыслию вел себя неподобающе и толкнул мою мачеху на грех, то покарай меня, Иисусе. Отец, ты видишь, я держу данное слово!
Сказав это, он погрузился в ледяную воду. Кто это придумал, что огонь обжигает? По-настоящему обжигает, оказывается, речная вода! Наверно, люди просто не знают, и потому используют пытку огнем или раскаленным железом. Но под такой пыткой человек может хотя бы дышать, а здесь… О, как мучительно это чувство удушения! Ведь он сделал глубокий вдох, когда опустился в воду, почему же теперь…
Господи, помилуй. Христе, помилуй
Господи, помилуй
Иисус, внемли нам. Иисус, услышь нас
Отче Небесный, Боже, помилуй нас
Сын, Искупитель мира, Боже, помилуй нас
Дух Святой, Боже, помилуй нас
Святая Троица, единый Боже, помилуй нас
Побелевшими губами он говорил слова молитвы, сперва беззвучно, потом появился и голос. А вместе с голосом - и силы, чтобы это перенести. Ведь он был невиновен!
Он не слышал, но точно знал, что на берегу его верный Дидье шепчет вместе с ним:
Иисус, Сын Бога живого, помилуй нас
Иисус, Отца сияние, помилуй нас
Иисус, вечного света блистание, помилуй нас
Иисус, Царь славы, помилуй нас
Иисус, Солнце правды, помилуй нас
Иисус, Сын Марии Девы, помилуй нас
Иисус отраднейший, помилуй нас
Иисус предивный, помилуй нас
Иисус, Бог крепкий, помилуй нас
Над лесом медленно поднималось окутанное розоватой дымкой зимнее Солнце. В последние несколько дней оно не показывалось, но тут, видно, даже небесному светилу захотелось взглянуть на безумца, подвергшего себя добровольно такому испытанию.
Как сквозь пелену, до Рауля долетел голос Дидье:
- Мессир Рауль, я прочел Литанию трижды! Молю вас, выходите!
Он подбежал к самой кромке воды, чтобы помочь своему господину.
Рауль, ухватившись за протянутую ему руку, выбрался на лед.
Дидье тут же закутал его в походное одеяло, благо, в седельных сумах уважающего себя оруженосца такая вещь найдется всегда! Теперь сверху – плащ, подбитый мехом волка. И еще – вино, много вина, оно вернет силы, заставит кровь быстро бежать по жилам.
Немного позже они сидели у костра на краю леса. Вместе с теплом на лицо Рауля вернулся румянец, но что важнее всего – на сердце у него теперь стало спокойно, словно камень с души свалился. Теперь он в полной мере понял, почему люди идут на испытание Божьим Судом, для чего дают и исполняют обеты.