Торговцы разворачивали перед нею рулоны дивных тканей. Парча, бархат, шелк, тончайшее фризское сукно, драгоценный алтабас... Она переворачивала, смеясь, горы тканей, так что к вечеру болели руки и даже плечи, а перед глазами мелькали разноцветные сливающиеся друг с другом сполохи.
Голубое? Она и так часто носит этот цвет. Желтое? Не для свадьбы. Золотая парча? Не для ее возраста. Серебряная парча? Недостаточно роскоши, не хватает яркости.
Но вот перед нею развернули невиданное ею прежде чудо, и она тут же поняла, что купит именно это, какую бы не назвали цену!
Голубой цвет она любила, а зелёный - нет. В том же восхитительно ярком цвете, что она видела сейчас, будто бы слились вместе небесная лазурь, сочная зелень лета, цветущие гиацинты и еще нечто неуловимое ... Наверно, такого цвета могли быть диковинные растения, на которые попадают то соленые брызги морской воды, то золотые лучи Солнца. И это было просто невероятно!
- Как называется этот цвет? - только и спросила она.
- Это цвет бирюзы, моя госпожа, - подобострастно склонился перед нею смуглолицый торговец. - Самой яркой бирюзы на свете! Очень редкий цвет!
Она вышла из лавки, приказав как следует упаковать и доставить ее приобретение в дом Гастона.
Он терпеливо ожидал ее, прохаживаясь вдоль рядов. Видеть перед свадьбой не то что платье, но даже ткань, из которой оно будет сшито, жениху нельзя!
Пока шли, обнявшись, к коновязи, Диана заметила мелькнувшее в толпе лицо. Мужчина явно знал их, слишком уж оценивающим и цепким был его взгляд.
Гастон тоже заметил его. Сошлись на переносице темные брови, заиграли желваки на скулах.
- Кто это? - спросила Диана.
- Мелло, мой брат по отцу, - пояснил он коротко.
- Тот самый?
Гастон уже рассказывал ей, кому был обязан пленом.
- Да. Но я еще не все рассказал тебе о нем. Помнишь, я говорил, что мне понадобится твоя помощь в поисках одного человека?
- Да. И кто же тот человек, которого мы будем искать?
- Ребенок. Мальчик одиннадцати лет от роду, его зовут Ален Подкидыш. Он живет в ваших владениях.
- Ален? - удивилась Диана. - Конечно, я знаю его. Он жил у местной знахарки Клэр, а после ее смерти Иоли забрала его к себе. А тебе он для чего?
- Матушка выяснила, что он - сын Мелловульфа, а следовательно, мой племянник, - пояснил Гастон. - Мелло сам подкинул его...
Он рассказал ей все, что знал, а закончил так:
- Мальчику надо помочь. Если он не пошел по нашим стопам, устроить на обучение к какому-нибудь торговцу или ремесленнику, чтобы не пропал в жизни. Если же он уродился в Монришаров и способен стать воином, то им пусть и будет! Это и предстоит выяснить.
- Может быть, ты и выяснишь, - рассмеялась Диана, - если застанешь его дома! Он привык гулять по несколько дней подряд и пока все леса не обежит, все деревья не облазит, домой не приходит!
Родная кровь?
И вот прощальный визит во дворец был нанесен, вещи уложены, воины и слуги готовы к долгому пути. Гастон надеялся добраться в Рысье Логово до весенних паводков, которые всегда усложняли жизнь путешественникам. По пути им нужно заехать и в Каменный Брод, дать необходимые указания и забрать Аделину. В замке Рауля они дождутся госпожу Элинрату и Луизу с мужем и сыграют свадьбу, после которой молодожены должны незамедлительно отбыть в Бретань. Дело — прежде всего, и с первыми теплыми днями строительные работы должны вестись полным ходом.
— Не волнуйся, любимая, — говорил Гастон, — через год или чуть больше мы снова приедем в Нейстрию, и вот тогда я отвезу тебя в свой замок, и мы побудем там подольше. Ты должна будешь познакомиться со своими подданными, а они пусть узнают свою госпожу.
Диана улыбнулась.
Ей очень хотелось к тому времени уже подарить своему любимому сына, чтобы в замок Монришар они приехали втроем.
Но будущее людей в руках Всевышнего, а пока она сидела в седле впереди Гастона. Передвигаться быстро вдвоем на одном коне, пусть даже таком, как Ромул, можно лишь недолго, и сейчас они ехали шагом. Потом Диана пересядет на свою Летунью, а пока было так упоительно и нежно прижиматься к его груди, слыша в каждом ударе его сердца свое имя.
У нее появилась еще одна кобылица — белоснежная красавица Фея, подарок Гастона. Это было роскошно и баснословно дорого, но раз уж недавно он подарил белую лошадь дочери, то и будущей супруге преподнес такой же дар.
Башни и стены Парижа уже остались далеко позади.
Отряд двигался по лесной дороге. Скоро они достигнут Этампа, а там до Каменного Брода уже рукой подать.
Разговор вновь зашел об Алене.