Часовые день и ночь следили за окрестностями с дозорной башни. Сначала часто был виден то тут, то там поднимавшийся к небу дым пожаров, но в последние несколько дней это прекратилось. Видно, захватчики двинулись обратно, хотя наиболее буйные и алчные до добычи ярлы со своими людьми часто отделялись и шли вглубь страны. И все они будут грабить и уводить людей в неволю везде, где это можно сделать побыстрее.
Насколько были известны повадки северных набежчиков, часто они двигались не одной сплошной лавиной, а растекались отдельными отрядами в разные стороны, и потому появиться могли в любом месте.
Едущие мимо воины-франки иногда делились новостями.
Так Диана узнала о нападении на обитель Святой Урсулы, причем предводительствовал этим отрядом страшный Гуннар Отче Наш, датчанин, прозванный так из-за особого пристрастия к разграблению храмов и убийству монахов и священников. После нескольких дней осады норманны пошли на штурм монастыря. Им удалось сделать пролом в стене, через который с десяток воинов ворвались внутрь, но защитники монастыря и сами сестры-урсулинки отважно оборонялись, сумели вышвырнуть незваных гостей и дождаться подкрепления. Матушка Корнелия даже была ранена, но жизни ее ничто не угрожает.
Единственное, что заставляло Диану беспокоиться, так это вероятность измены. Особенно теперь, когда в усадьбе, кроме защитников, сгрудились больше двадцати перепуганных крестьянок с детьми.
Крепость, стоявшая здесь прежде, тоже была почти неприступна, но из-за одного подкупленного мерзавца превратилась в пепел.
Рауль настрого приказал сестре вешать ключ от наружного двора в изголовье своей постели и не доверять его никому, кроме Гальфрида, если ей самой придется уехать.
Размышления Дианы прервал хриплый звук рога.
— Кто-то подъехал, госпожа! — в дверях показался сенешаль Гальфрид.
Со смотровой башни они увидели отряд — не менее дюжины всадников во франкских доспехах, с эмблемами герцога Нейстрийского на каплевидных щитах.
— Кто вы такие? — крикнул Гальфрид. — По какому делу прибыли в Каменный брод?
— Я желаю видеть госпожу этой крепости! — ответил один из всадников.
Он сорвал с головы шлем. Светлые волосы заискрились на солнце, рассыпались по плечам.
А он продолжал кричать:
— Диана! Ты здесь? Это я, Гонтран!
Действительно, это был он.
Диана подала знак опустить мост, и через несколько минут ее заключил в объятия радостно смеющийся молодой человек.
Гонтран сильно вырос и возмужал, хотя и не достиг еще своей полной силы.
— Ну вот! — вскричал он, чуть отстраняя сестру, чтобы получше разглядеть ее. — Какая же ты красивая, Диана! И какая высокая! Ты решила стать ростом с ваш частокол?
— Тебя я, по крайней мере, догнала! — смеялась она.
— Смотри не обгони, малышка, а то трудно будет найти жениха! — весело парировал юноша.
— Каким чудом ты здесь?
— Никакого чуда. Я ведь бился с варварами, — с гордостью проговорил он. — Теперь вот получил приказ герцога доставить тебя в Париж. Здесь тебе лучше не оставаться, ибо отступающие норманны все-таки опасны, их слишком много, и как знать, что они выкинут напоследок.
- Зачем мне уезжать, Гонтран? Здесь я в безопасности, и совсем не хочу покидать усадьбу и людей...
- Слово герцога - закон для его вассалов, - строго сказал он. - Сама подумай, сидя здесь, вы не знаете всего, а его светлость зазря приказывать не станет. Собирайся.
С этим поспорить она не могла. Да и человек Рауля ясно сказал, что в случае необходимости ей надлежит ехать в Париж. Видимо, необходимость появилась.
- Да, вот еще и подобрали в лесу двоих мальчишек, - рассказывал ее брат. - Их деревню разграбили, тоже где-то неподалеку.
— Что ж, надо везти их с собой в Париж, пусть помогают на строительстве укреплений.
У нас тут уже яблоку упасть негде!
— Ты их сначала послушай!
К Диане подтолкнули двоих подростков в изодранной одежде, с застывшей коркой грязи и крови на лицах.
— Откуда вы прибежали? Прежде я вас в наших местах не встречала, — сказала она. — Как здесь оказались?
— Мы из селения смолокуров, госпожа, — принялись объяснять они.
— Большое ли ваше селение?
— Было семь дворов, благородная дама! Но теперь нет ни одного! — младший из ребят шмыгнул носом. — Варвары все разграбили и сожгли, а людей… Кого поубивали, кого с собой угнали. Нашего отца убили!
— Мы сами видели, — всхлипнул второй, — как двоих младенцев подбросили вверх и поймали на копья!