Когда я пришла, Зелон с порога объявил мне, что берет на себя роль моего опекуна на правах единственного оставшегося в живых родственника, так как совершеннолетней я стану только через 5 месяцев. Посему считает, что мне пора подыскать достойного жениха, а наилучшей кандидатурой несомненно является его племянник, будущий хозяин соседних земель… Стоит ли говорить, что брак с отвратительным пакостным мальчишкой, который еще и младше меня на четыре года, никак не входил в мои ближайшие планы на будущее, да и не ближайшие тоже…
Выслушав мою истерику, сопровождаемую магическим фейерверком, крушением всего, что попадалось под руку и размахиванием фамильными клинками эльфийской работы, сорванными со стены, меня скрутили, хоть и не без потерь с их стороны, и отправили в комнату для 'обдумывания своего поведения'. Что и говорить, утром меня там уже не было… Прихватив с собой упомянутые парные клинки и семейные реликвии, в виде массивного перстня и гранатовой подвески каплевидной формы, которые принадлежали еще моей пра-пра-пра-пра, короче много раз прабабушке, кое-какие вещи и более чем скромные сбережения, я покинула Эрдо на своей любимице, кобылке по кличке Дымка.
Из воспоминаний меня выдернул ощутимый тычок в плечо и последовавшая за ним ругань:
– Смотри куда прешь, дура нечесаная!!! – Задумавшись, я случайно налетела в толпе на высоченного красавца-мужчину в черном плаще и попутно отдавила ему ногу, судя по тому, что он стоял невдалеке, тихо шипя проклятия на мою голову, и брезгливо вытирал белоснежным платочком запачканный нос своего сапога. Я злорадно ухмыльнулась в капюшон, какие мы недотроги, тоже мне франт разодетый нашелся, а то вымахал с каланчу, смотрел бы почаще под ноги – не столкнулись бы, так что так тебе и надо, а 'дуру' я тебе припомню. Изобразив на лице глубокое отчаяние, я дурным голосом заверещала:
– Ой, высокочтимый тейнар, простите великодушнейше, я никогда в столице не была, столько интересного, засмотрелась, вы уж не обессудьте, какая я неуклююююжая, а сапог – это я мигом сейчас поправлю. – Я нагнулась, выхватив у его владельца платок, которым тот до меня успешно орудовал, случайно уронила его, да прямо в грязь, сделала попытку его поднять, одновременно на нем топтавшись, вскрикнула от огорчения, резко поднимаясь и заламывая ручки чуть задела локоть этого грубияна, добавив небольшой магический толчок… Эффект надо сказать превзошел все ожидания… Не думала, что в словарный запас этого индивида столь широк, хоть сейчас в сапожники. Естественно я кинулась поднимать жертву уличного беспредела, сидящую в грязи посреди мостовой. Но была остановлена тааааким взглядом, что сочла за лучшее ретироваться, пока меня здесь по-быстрому не прикопали. В след долетело злобное 'найду – убьююю!!' Вот-вот, сначала найди, в том наряде, в котором я сейчас была, а ля доярка из села Дальние Околицы первый раз в столице, меня и родная мама не узнала бы. Но на что только не пойдешь, чтобы стать незаметнее, а главное наивнее и беспомощнее в глазах окружающих. Я довольно хмыкнула, улыбаясь своим мыслям. У 'Серебряной Короны' я была через десять минут и пристроилась у лавки с украшениями. Но меня больше интересовал вход в означенное заведение, нежели серьги и бусы, представленные в огромном количестве.
За то время, что я там околачивалась, внутрь вошли только двое бывалых вояк, степенная парочка горожан и девка, явно легкого поведения. Видать клиента тут подыскать решила. Странно, я ее здесь никогда не видела, новенькая, наверное, судя по тому, как по сторонам озирается. Ну что ж, удачи в ее нелегких начинаниях.
Было невыносимо душно, конец лета в этом году выдался жарким. Тем более что под юбкой, на случай, если придется уносить ноги (а в ней-то особо не побегаешь, на месте кулем свалишься), у меня были надеты мои любимые кожаные штаны. Я уж было совсем заскучала, разглядывая одним глазом изумительно безвкусные серьги, а вторым кося на вход 'Короны', как вдруг обратила внимание на две фигуры, уже довольно долго таскавшиеся по этой улочке, с праздным интересом разглядывая предлагаемый в лавках товар. В животе неприятно кольнуло холодом, как всегда бывает, когда меня ожидают особо крупные неприятности. Я сосредоточила свое внимание на этой парочке, оба одеты как обычные горожане среднего достатка, ничего примечательного в их внешности не было. Вообще ничего, что могло бы их выделить из толпы, что как раз и настораживало. Буквально через минуту моего наблюдения один из них с огорченной физиономией покинул очередную лавку и, направившись вдоль по улице в сторону Центральной площади, вскоре скрылся из виду. Второй же, потолкавшись у витрин еще минут пять, решился-таки на покупку какой-то безделушки и со счастливым лицом потопал к цветочнице. Там, придирчиво выбрав букетик, расплатился и скрылся в толпе, что-то весело насвистывая. 'Так, Мэл, у тебя похоже паранойя на нервной почве начинается. Нельзя же везде видеть врагов'. Только после того, как скрылся второй подозреваемый в соглядатайстве, я заметно расслабилась и чуть не пропустила тот момент, когда мимо меня прошел быстрым шагом некий господин в темно-коричневом плаще, капюшон которого был надвинут так, что лица невозможно было разглядеть. Я недовольно фыркнула. То, что это и есть человек моего заказчика, я даже не сомневалась. Но кто ж его так на местности маскироваться учил? Любому идиоту станет ясно, что он сюда не просто поесть пришел. Поторчав на улице еще минут пять-семь, так, на всякий случай, и ничего подозрительного не заметив, я направилась ко входу в харчевню.
Внутри как всегда было шумно. Часть посетителей толпилась у небольшого возвышения, где заезжий менестрель аккомпанировал девушке, исполнявшей какой-то экзотический танец. Сквозь гротескный макияж я с трудом узнала лицо той серой мышки, которая прошмыгнула мимо меня полчаса назад. Завсегдатаи этого заведения сидели чуть в стороне, что, тем не менее, не мешало им наслаждаться созерцанием происходящего на импровизированной сцене.
Долю секунды я размышляла, стоит ли садиться за столик к незнакомцу в плаще сразу. Чуть замявшись, решила – нет, не стоит, пусть думает, что я не распознала, кто же из посетителей является тем, кто мне нужен. По сему, выбрав одинокий столик в углу справа от входа, я сделала заказ и стала ждать, когда на меня обратят внимание. Зал постепенно наполнялся посетителями. Я поковыряла вилкой мясное рагу, допила травяной настой и начала заметно нервничать, этот гнусный тип видимо и не собирался ко мне подходить, неужели я могла ошибиться, но если это так, то… 'Спокойно, Мэл, паника сейчас ни к чему. Расплачиваемся, встаем, не привлекая к себе внимания, и мееедленноооо двигаемся в сторону выхода, не забывая смотреть по сторонам' Как только я выложила пару монет на стол и собралась вставать, дверь в очередной раз распахнулась, впустив внутрь мужчину средних лет в одежде мелкого чиновника. Он окинул зал скучающим взглядом и, на секунду задуавшись, двинулся к моему столику.
– Доброго Вам вечера, тейнара. – Сказал он, присаживаясь напротив меня. 'Глаза как у змеи. Мокрой, скользкой и холодной' подумалось мне. – Прошу простить меня за столь неуместную задержку. Вы принесли то, ради чего я здесь?
– Можете не сомневаться, тейнар. Все как договаривались. Со своей же стороны позвольте поинтересоваться, готовы ли вы выполнить обязательства с Вашей стороны?
– Всенепременнейше, тейнара. – Он кисло улыбнулся. В этот момент я ощутила, как на мои колени опустились по очереди четыре вполне весомых мешочка. Что ж, хорошо, теперь моя очередь. Я, как можно незаметнее, извлекла из стоящей рядом сумки шкатулку и таким же способом, под столом, передала ее сидящему напротив мужчине.