- Чего тебе, Иллиада? - Нахмурился названый капитаном.
- Примете в стражу новобранца? - хитро улыбнулась эльфийка.
- Тебе в новобранцы поздно уже - дернул свой светлый ус Соломник.
- А я не о себе пекусь, сестренку свою пристроить хочу. - С этими словами наемница сильно дернула меня за руку, выталкивая вперед.
Меня наградили внимательным взглядом.
- Защитник - одобрительно кивнул мужчина - Да вот только больно молодо-зелено. У меня в страже ж парни одни, тошно-то не станет?
- Нет - подала голос я, вспоминая о своей жизни в Арчете. Тогда я тоже была единственной девушкой среди защитников и других воинов.
Капитан посмотрел на меня с сомнением.
- Ладно, вепрь с тобой - Махнул рукой он - Месяцок в патруле походишь, не уживешься - не судьба значит.- Я обрадованно улыбнулась.
- Том! - крикнул капитан, к нему тут же подошел один из стражей - Принимай новобранца, выдай форму и пристрой к первому же патрулю.
Страж кивнул и куда-то пошел. Я поспешила следом. Иллиада же задорно свистнула нам вслед и растворилась в толпе.
Пожалуй, с этого момента моя жизнь и обрела цвет. Я стала Серой. Можно рассказать много историй и баек о моей службе в Брийской страже, но не стану марать бумагу, сие повествование заслуживает отдельного вечера (а лучше и не одного) у пылающего костра в компании подвыпивших друзей. Могу сказать, что почти три года моей службы всегда останутся в моей памяти как лучшее и спокойнейшее время. Я изучила Город и знала его так, как будто прожила в нем всю жизнь, мне был знаком каждый камень, каждый проулок и тайный проход. В страже меня любили. Я часто уже даже после ухода из Бри сидела с ребятами из патруля в «Гарцующем Пони», распивая эль или просто разговаривая за жизнь. К слову, мои знакомые эльфы в Бри долго не продержались. Я вообще заметила, что Иллиада просто физически не может долго обретаться на одном месте, а Леон, ставший ей верным спутником жизни, никогда не оставлял неугомонную эльфийку. Хотя, уходя из Бри, сестра все же оставила мне небольшое наследство в виде большого уютного дома в одном из брийских поселений, вместе с домом мне досталась лошадь Вирта (в переводе с эльфийского «мирная лисица»), гончая Байлайра (синд. «защитник дома») и пять золотых. Довольно неплохо для брийской стражницы.
Я помню свой последний вечер с эльфами перед их отъездом в Пустоши. Тогда мы допоздна сидели в “Гарцующем пони”, но не пили. Иллиада курила, Леон о чем-то думал, наблюдая за шумными посетителями, я клевала носом, в очередной раз не выспавшись после ночного дежурства.
- Ну что, Рысь, опять расстаемся - Сестра выпустила кольцо дыма и спрятала трубку. - Правда, в этот раз мы за тебя не волнуемся, ты ведь уже совсем взрослая стала, матереть начинаешь. - Наемница хрипло рассмеялась. В эти моменты она как никогда напоминала мне ту циничную пленницу из Минас Эриола.
- Двадцать лет не так уж и мало для человека - задумчиво согласился Леон.
- Куда вы потом? Наверняка в Пустошах долго не пробудете.
- Не пробудем. - Качнула головой эльфийка - Поживем немного в Ост Гуруте, а потом в Эстельдин к следопытам, в Эвендим к стражам Аннуминоса…
- В Ривенделл. - Улыбнулся целитель.
- Не без него - Согласилась Иллиада.
А с утра они ушли. Я еще долго стояла возле ворот, глядя как растворяются в утреннем тумане силуэты двух всадников. Потом вернулась в мэрию, в пристроенных казармах которой жила постоянно (ежедневно добираться от дома до Города было долго и неудобно), и проспала до самого вечера.
Острые черные копыта лениво месили осеннюю грязь. Еще не до конца объезженная кобыла ретиво дергала поводья, иногда норовя встать на дыбы, сбросив меня на влажную землю. Алое седло тихо поскрипывало. Черный плащ с глубоким капюшоном надежно защищал от моросящего дождя. Я негромко чихнула, легонько ткнув каблуками обленившуюся Ночку. Лошадь я купила недавно, буквально за день до отъезда. Вирта за года верной службы растеряла свою прыть и скорость и сейчас обретала покой в домашней конюшне. А я пересела на Ночку. Кобылка была резвой и более быстрой, нежели Вирта. Но пленила гнедая меня не только этим, кобылка невероятно напоминала моего Ласки. Я поморщилась, вспоминая друга. За все это время я не получила из Ристании ни одной, даже самой захудалой весточки. Сама я не раз писала в родной дом, просила передать привет едущих в Рохан воинов. Но ответом мне была лишь тишина и гнетущее молчание. А я все писала, отгоняя мрачные мысли, надеялась на лучшее и шла к своей мечте. С каждым днем, годом, месяцем я оттачивала и доводила до совершенства свое ремесло. Теперь я уже могла с гордостью назвать себя Защитником!
Ночка громко фыркнула, отвлекая меня от воспоминаний. Передо мной возвышался Ост Гурут. Я оглянулась на раскинувшиеся за спиной Пустоши.
Моя Серая жизнь закончена. Она оборвалась в этот момент. Отныне я Рысия Черная.
- Я смотрю, мой стол уже оккупирован - В дом вошла Иллиада, с наслаждением скинув в угол тяжелое снаряжение. Байлайра с заливистым лаем бросилась к эльфийке, стараясь облизать ей лицо.
- Что пишешь? - заинтересовалась сестра, отпихивая собаку и заглядывая мне через плечо.
- Автобиографию - хитро улыбнулась я.
- И как успехи?
- Осталось совсем чуть-чуть.
Зря я удивлялась Иллиаде, скитающейся по миру. Ведь та же участь вскоре постигла и меня. Я познала жажду приключений и путешествий. Я никогда нигде не задерживалась дольше чем на пару месяцев. Попав же в Аннуминоса, я зажгла огонь в своем сердце, греющий меня до сих пор. Я стала Алой. Иногда я задумывалась, не слишком ли быстро меняет цвет моя жизнь? Ведь если это будет продолжаться и дальше, то в Рохан я рискую вернуться и вовсе Бесцветной. Высказав как-то свое опасение сестре, получила в ответ странную фразу “Бесцветнось - прозрачность, прозрачность - чистота. Не к ней ли мы все стремимся?” Стремимся к чистоте? Возможно, она и права.
Я задумчиво взглянула на заснеженное окно. Скоро Йоль. Ради этого праздника мы даже устроили длительный отдых, вернувшись в наш общий дом. Иллиада занялась картографией и описанием мест, в которых ей довелось побывать, благодаря ее усилиям теперь почти все стены в доме были завешаны картами. Леон же занялся алхимией, правда, после пары взрывов, мы с Иллиадой, опасаясь дальнейших разрушений выгнали его из дома, и теперь эльф экспериментировал в чудом выживающей беседке возле него.
Дверь скрипнула.
- Ты куда? - удивленно спросила я выходящую Иллиаду
- В Форохель, снеговиков лепить - ехидно отозвалась эльфийка и закрыла дверь с той стороны.
Я задумалась, глядя на написанные строчки. Закурила. Эту вредную привычку я переняла от сестры и теперь уже не могла от нее избавиться. Мне слишком нравилось пускать к потолку дымные фигуры и вдыхать пряный запах табака.
Дверь снова скрипнула. Не успела я обернуться и спросить кто и зачем вернулся, как мне в затылок врезался снежок, а у дверей раздался переливчатый эльфийский смех.
Я вскочила, на ходу придумывая план мести наглой остроухой.
А по желтоватой исписанной бумаге медленно растекалась большая клякса…